Десятого декабря

Сондерс Джордж

Жанр: Современная проза  Проза    2014 год   Автор: Сондерс Джордж   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Десятого декабря (Сондерс Джордж)

Джордж Сондерс

Десятого декабря

Рассказ

От переводчика

Американский писатель Хунот Диас так описал «эффект Джорджа Сондерса»: «Он, как никто, метко подметил абсурдные и обесчеловечивающие параметры нашей нынешней „культуры капитала“. Но есть в его произведениях и другая грань: холодная строгость уравновешивается глубочайшим состраданием». Это относится и к сборнику «Десятого декабря», где присутствуют все любимые жанры Сондерса: душераздирающая антиутопия, чистый реализм, социальная сатира. В США сборник стал одним из самых заметных литературных событий 2013 года. 3 января «Нью-Йорк таймс» категорично заявила в заголовке: «Джордж Сондерс написал лучшую книгу из тех, которые вы прочтете в наступившем году». А уже в апреле Сондерс был включен в список «Сто самых влиятельных людей мира», регулярно составляемый журналом «Тайм», и удостоен премии для крупных мастеров короткой прозы «ПЕН/Маламуд» (среди лауреатов прошлых лет — Сол Беллоу, Джон Апдайк, Джойс Кэрол Оутс). Давние поклонники писателя были приятно удивлены этим ажиотажем. Сондерс далеко не дебютант. В 1996 году Томас Пинчон похвалил его первую книгу, заметив: автор «рассказывает именно те истории, которые помогают выжить в наше время». Собратья по цеху давно ценят Сондерса за виртуозную работу со словом. Зэди Смит поставила его рядом с Марком Твеном. «Сондерс словно бы играючи решает почти непосильные задачи. Нам очень повезло, что он у нас есть», — написал Джонатан Франзен. Почему же широкий читатель открыл для себя Сондерса именно в 2013 году? Рассказы из новой книги «пробирают сильнее, чем ранние» — как пишут в отзывах в интернете. С другой стороны, на фоне экономического кризиса и затяжных войн в каких-то непостижимых странах легче понять проблемы любимого персонажа Сондерса — измученного безденежьем «маленького человека», потерявшегося в жестоком и абсурдном мире.

В 2001 году «ИЛ» опубликовала рассказы «Стопудовый шеф» и «Приморские дубы», где Сондерс предстает как мастер социальной сатиры с элементами сюрреализма. На сей раз мы предпочли вещь, написанную в ином ключе, — венчающий книгу рассказ «Десятого декабря».

Светлана Силакова

Бледный мальчик — злополучная стрижка «под пажа», ухватки медвежонка — подошел к вешалке и реквизировал папин белый пуховик. И еще реквизировал сапоги, которые сам покрасил белой краской. А пневматическое ружье не разрешили покрасить. Подарок тети Хлои. Тетя приходит в гости и каждый раз требует продемонстрировать ружье и трындит, трындит: «Ах, ах, натуральное дерево, ах, фактура».

Боевое задание на сегодня: поход на пруд, осмотр бобровой плотины. Учесть, что по пути его наверняка попробуют перехватить. Эти, которые живут под старой каменной оградой. Они мелкие, но, когда вылезут, сразу здорово увеличиваются. И бросаются в погоню. Их обычный метод. Им досадно, что он — неробкая десятка. Он знает все их уловки. И только рад. Обернется, вскинет ружье, вскричит: «Вы в курсе, для чего служит это человеческое орудие?»

Пиф-паф!!!

Они — подземлянцы. Или просто подзы. У него с ними довольно странные отношения. Иногда он целыми днями лечит их раны. А бывает, возьмет и просто для прикола стрельнет в одного, когда тот удирает. Подз останется хромым на всю жизнь. А жизнь у него длинная-предлинная — еще девять миллионов лет.

Забившись глубоко под стену, раненый говорит: «Ребята, посмотрите, что у меня с задницей».

И все рассматривают раненую задницу Гзимона и хмуро переглядываются: так и есть, бедолага Гзимон охромел надевать миллионов лет. Грустно, очень грустно, невыносимо грустно!

Не удивляйтесь: подзы обычно разговаривают, как тот дядька из «Мэри Поппинс». И, несомненно, этот факт отчасти сдирает покров с тайны их изначального происхождения на нашей планете.

Подзам нелегко его перехватить. Он хитрый. Плюс — он слишком большой, чтобы втиснуться в лаз под ихней стеной. Ну, они его скрутят, уйдут под стену варить свое специальное уменьшательное зелье, а он — р-раз! — порвет их допотопные веревки одним из приемов боевого искусства, которые разработал сам. «Туа-фуа» называется, «Разящие предплечья». И привалит к их порогу беспощадный камень-удушитель — замурует их в стене.

Позднее, представив себе, как они бьются в агонии, он сжалится, вернется, отодвинет булыжник.

И тогда какой-нибудь подз возопит из внутристенья: «Счастье привалило! Премного благодарны, сэр. Вы воистину достойный противник».

Иногда доходило до пыток. Его валили на землю, и он смотрел на полет облаков в высоте, пока подвергался мучениям, вообще-то терпимым. К его зубам подзы не притрагивались. Уже повезло: он даже чистить зубы терпеть не может. Но подзы вообще тупые. Никогда не трогают его письку, никогда не трогают его ногти. А он спокойно валяется себе на снегу, словно играет в «снежных ангелов» [1] , и этим дико бесит подзов. Они пытаются как-нибудь его допечь. Пробуют задразнить до смерти. Типа: «Робин, Робин, где твой Бэтмен?» И хихикают своим особым подзовским смешком, дураки. Не понимают, что насчет имени его подкалывают с незапятнанных времен, а ему хоть бы хны.

Сегодня у него предчувствие, что подзы похитят Сюзанну Блидсоу, новенькую из их класса. Сюзанна раньше жила в Монреале. Ему очень нравится ее манера говорить. И подзам, наверно, тоже: Сюзанна нужна им, чтобы восполнить убыль их популяции и испечь кое-что, чего они сами не умеют.

— НАСА, НАСА, докладываю: к выходу готов. Делаю попытки развернуться, чтобы выйти из люка. Прием.

—  Вас понял. Мы знаем ваши координаты, Робин. Не теряйте бдительности в открытом космосе.

Фу, черт, холодрыга.

На утенке-термометре — минус двенадцать. И это без поправки на коэффициент резкости погоды. Что ж, так даже интереснее. Все взаправду. В тупике, где улица Пул утыкается в футбольное поле, стоит зеленый «ниссан». Будем надеяться, что его хозяин — не какой-нибудь педофил, от которого придется спасаться хитростью.

И не подз, замаскированный под человека.

День ясный. Ясный, синий, холодный. Скрип-скрип — снег под его подошвами на футбольном поле. Почему у бегунов болит голова на морозе? Наверно, из-за скорости розы ветров.

В лес ведет тропа шириной с одного гуманоида. Неужели подз и впрямь похитил Сюзанну Блидсоу? Чтоб он пропал! И все его племя тоже. Отпечатки только двух ног — значит, подз тащит Сюзанну на себе. Мерзкий шельмец. Если он не только тащит на себе Сюзанну, но и непристойно пристает к ней, пусть пеняет на себя. А Сюзанна, конечно же, сопротивляется с неукротимой яростью.

Ситуация тревожная, крайне тревожная.

Он нагонит их и скажет:

— Послушай, Сюзанна. Я знаю, ты не знаешь, как меня зовут, ты недавно назвала меня Роджером… помнишь, как ты сказала: «Роджер, подвинься»? И все же я должен признаться: по-моему, в нас с тобой что-то есть. Разделяешь ли ты мое чувство?

У Сюзанны удивительные карие глаза. Но сейчас они заплаканные, от испуга и от внезапного осознания.

А Подз, деловой такой:

— Брось с ней трепаться, старина.

А он:

— Фиг тебе, не брошу. — И снова Сюзанне: — Знаешь, Сюзанна, даже если ты не думаешь, что в нас с тобой что-то есть, поверь, я все равно убью этого негодяя и верну тебя домой. Напомни, где ты живешь. В Эль-Сирро? Где водокачка? У вас там дома красивые.

— Да, — сказала Сюзанна. — У нас и бассейн есть. Приходи летом. Захочешь, купайся прямо в футболке — это дико круто. Кстати, в нас с тобой правда что-то есть. Ты самый проницательный мальчик в нашем классе, сто очков вперед остальным. Даже если присчитать моих знакомых ребят из Монреаля, ты просто… ну никаких сравнений.

— Что ж, приятно слышать. Спасибо на добром слове. Я, конечно, понимаю, что не самый стройный в классе.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.