Котовский

Шмерлинг Владимир Григорьевич

Серия: Жизнь замечательных людей [113]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Котовский (Шмерлинг Владимир)

В. ШМЕРЛИНГ

КОТОВСКИЙ

Я знал т. Котовского, как примерного партийца, опытного военного организатора и искусного командира.

Я особенно хорошо помню его на польском фронте в 1920 году, когда т. Буденный прорывался к Житомиру в тылу польской армии, а Котовский вел свою кавбригаду на отчаянно-смелые налеты на киевскую армию поляков. Он был грозой белополяков, ибо он умел «крошить» их, как никто, как говорили тогда красноармейцы.

Храбрейший среди скромных наших командиров и скромнейший среди храбрых — таким помню я т. Котовского.

Вечная ему память и слава.

И. Сталин И. В. Сталин, Сочинения, том 8, стр. 99.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

АКТИВНЫЙ МСТИТЕЛЬ

Глава первая

ГАНЧЕШТЫ

В Бессарабии, в глубокой долине, среди огородов, плантаций табака и виноградников, течет мелководная речушка Когыльник.

Когыльник протекал по землям князя Манук-Бея. В долине, у речки и вдоль грунтовой дороги на Кишинев, раскинулось большое волостное местечко Ганчешты.

В центре местечка размещались лавки, лабазы, придорожные кузницы, трактиры, дома купцов, две церкви и синагога. На окраинах ютились небольшие домишки бедноты и селян.

В стороне от Ганчешт, на пригорке, окруженный дубовой рощей, высился белый дворец князя Манук-Бея. Манук-Бей был одним из богатейших землевладельцев Бессарабии. Ему принадлежало имение площадью более пяти тысяч десятин, огромный тенистый парк, плодовые сады, кудрявые виноградники.

По сравнению с необозримыми помещичьими землями особенно жалкими выглядели лоскутки крестьянских наделов.

Дворец Манук-Бея возвышался над степными просторами. Сверкающий белизной и великолепием, он словно придавливал собой и без того приземистое местечко. Манук-Бею были подвластны не только Ганчешты, но и все окрестные села.

Отличавшийся предприимчивостью, Манук-Бей в конце семидесятых годов прошлого столетия начал строить винокуренный завод.

На постройку завода из Каменец-Подольской губернии в Ганчешты приехали два брата Котовские. Старший — Петр Николаевич был архитектором, младший же, Иван Николаевич — механиком. Происходили они из семьи военного. Отец их вышел в отставку в чине полковника. За поддержку участников одного из польских восстаний против царского правительства он был лишен дворянства, и сыновья его приписались к мещанскому сословию.

Ганчештский спиртовый завод был выстроен на плавунах, без свай и без фундамента, из больших серых камней. Спирт гнали из кукурузы. Тяжелый запах разносился далеко от мрачных корпусов. Высокая кирпичная труба, упиравшаяся в голубое небо, почернела от копоти. По дороге к заводу непрерывным потоком тянулись широкие арбы, наполненные кукурузой.

Иван Николаевич Котовский остался работать на заводе главным механиком, получая в месяц пятьдесят рублей жалованья. Вначале жил он с семьей в заводской казарме, а потом построил близ местечка, по соседству с усадьбой бедняка Федора Ромашкана, небольшую хатенку, такую же, как у молдавских селян. Над дверью, как полагалось, повесили подкову «на счастье». Вокруг хаты разбили небольшой виноградник.

В метрической книге ганчештской церкви за 1881 год появилась новая запись о том, что «у мещанина Ивана Николаевича Котовского и законной жены его Акулины Романовой двенадцатого июня родился сын Григорий». Это был четвертый ребенок в семье.

…Каждое утро, как только раздавался гудок, Иван Николаевич шел торопливой походкой на завод.

Свое свободное время он обычно проводил дома: что-нибудь мастерил, ухаживал за молодыми, посаженными им деревьями, а вечером, когда жена нянчила детей, читал ей вслух журнал «Нива».

Главного механика Котовского ценили за знания, исполнительность и исключительную честность. В Ганчештах все относились к нему с уважением, а рабочие на заводе часто просили его быть крестным отцом их детей.

Через два года семья главного механика увеличилась — родилась дочь Мария. Но ее рождение принесло большое горе семье: от родильной горячки скончалась мать. На руках Ивана Николаевича остались малолетние дети и грудной ребенок. Иван Николаевич тяжело переносил утрату. Несмотря на свою молодость, он даже не помышлял о вторичной женитьбе.

Гриша Котовский рос без материнской ласки и любви. Мать, высокую блондинку с голубыми глазами, он помнил только по скупым рассказам старшей сестры и соседей. Все говорили о том, что он больше других детей походил на мать. В Ганчештах Акулину Котовскую считали красавицей, любили её за скромность и застенчивость, за приятный голос. Укачивая своих детей, она негромко напевала русские песни.

Григорий Котовский с самых малых лет говорил и по-русски, и по-молдавски. Трудно было сестрам уследить за младшим братом. Он рос вместе с другими ганчештскими ребятишками, детьми рабочих и батраков Манук-Бея и молдавских селян. Родители от темна и до темна трудились на поле, на виноградниках, на заводе. Детишки же, оставляемые без присмотра, забавлялись у большой дороги на Кишинев. Здесь они, вооруженные деревянными мечами, играли в войну. Побежденных стегали крапивой. Гриша всегда предводительствовал в таких играх, устраивал засады и внезапные набеги, первым бросался на «противника».

Часто пробирался он на винокуренный завод. Особенно нравилось ему машинное отделение. Слушая однообразный гул машин, мальчик наблюдал за работой отца. Он заглядывал в давильни, во внушительные кадки и железные чаны. В свободные минуты отец брал сына на руки, и его обычно суровое лицо оживлялось улыбкой. Гриша подолгу бродил по заводу.

Любил он также лазить по крышам и чердакам. Однажды, взбираясь на крышу, он сорвался и полетел вниз. Это случилось, когда ему было семь лет. Мальчика без чувств принесли домой. Он долго пролежал в постели, некоторое время совсем не мог говорить, а когда речь вернулась, стал заикаться. Заикание проходило постепенно, но следы его остались на всю жизнь. Выздоровев, Гриша, как и прежде, продолжал бегать и лазить повсюду. С ватагой мальчишек носился он по улицам, местечка, по базару, заглядывал в кузницы, смело вступал в разговоры со взрослыми. Всегда веселый, живой, он становился молчаливым и задумчивым, слушая грустные, протяжные молдавские песни. Всякий раз бежал он на окраину, когда селяне собирались там в круг и начинали танцы.

С детства Гриша любил музыку и, разыскав заброшенный Корнет, по слуху подбирал любимые мотивы. Он рос среди молдаван, слышал, как пели дойны сторожа на виноградниках и сам играл, подпевая по-молдавски.

Здесь же, в Ганчештах, Гриша Котовский был отдан в народное двухклассное училище.

Котовский учился хорошо. Его успехами были довольны учителя, но зато они не знали, как обуздать его живость и энергию. Он рос сказочно сильным. Во время перемен Гриша затевал игру: повиснут на его руках пять человек, а он всех держит. Никто из товарищей по ганчештской школе не мог разогнуть его согнутую в локте руку; никто не мог так далеко забросить камень и бешено промчаться на самой резвой неоседланной лошади.

Сыновья ганчештских лавочников, кулаков и шинкарей, живших на главной улице местечка, побаивались сына механика винокуренного завода. Однажды в школе один из них накинулся на батрачонка. Гриша заступился за своего товарища и избил обидчика.

Механика Котовского не раз вызывали в училище и требовали большей строгости к сыну. Но дома мальчик был совсем другим. Он был нежен с сестрами, нянчил младшую, Марию, старался не шуметь, когда отец усталый приходил с завода.

Однажды отец вернулся с завода домой измученный, в мокрой одежде.

Алфавит

Похожие книги

Жизнь замечательных людей

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.