Больше чем любовь(другой перевод)

Робинс Дениз

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Больше чем любовь(другой перевод) (Робинс Дениз)

Часть первая

Глава 1

Заупокойная служба по случаю кончины Ричарда Коррингтон-Эша подошла к концу. Присутствовавшие в церкви гости начали медленно расходиться. Подступы к собору были перекрыты зеваками и репортерами. Они изо всех сил вытягивали шеи, чтобы лучше рассмотреть высокую стройную женщину в длинном черном элегантном пальто, шедшую рядом с седовласым мужчиной, который нес в руках шелковую шляпу и то и дело бросал обеспокоенные взгляды на свою спутницу. Пара направлялась к машине, ждавшей их у края тротуара.

Защелкали затворы фотокамер. Одна женщина из толпы толкнула локтем свою соседку:

— Вон она… вдова… Я сто раз видела ее фотографию в «Скетчез» и в «Тэтлер». Моя мать их все время приносит с работы. Это та самая знаменитая Марион Коррингтон-Эш.

Женщина постарше, к которой были обращены эти слова, привстала на цыпочках и слегка подалась вперед, пытаясь разглядеть молодую вдову, садившуюся в машину. Один миг — и светлые длинные волосы, небольшая черная шляпка с густой вуалью, изящный классический профиль скрылись за стеклами авто.

— Бедняжка, — вздохнула женщина. — Она выглядит очень грустной. И еще такая молодая. Что же случилось с ее мужем?

— Говорят, он только что вернулся с какой-то конференции из Америки. Об этом писали все газеты. Мы с мамой читали. Это так ужасно, — тихо прошептала она. — О боже, посмотри на нее…

Последнее замечание относилось к полноватой женщине в траурном облачении и тоже с золотистыми волосами, торопливо идущей к машине, в которую только что села молодая вдова. Ее внешность была несколько театральна — крашеные волосы, яркий макияж, чересчур черные и длинные ресницы. Довершала картину вызывающе роскошная шуба из чернобурки. Пуговицы на ней были незастегнуты, и при каждом шаге полы распахивались, предоставляя публике возможность полюбоваться ее кружевным платьем с ручной вышивкой. Женщина смешно семенила на своих маленьких ножках, обутых в лаковые туфли на небольшом каблуке, которые, казалось, с трудом выдерживали ее вес.

— Кто это? — пронесся в толпе удивленный шепот.

Мужчина, стоявший впереди с камерой, обернулся:

— Это мать миссис Коррингтон-Эш, леди Уэйлинг. Раньше она пела в музыкальных комедиях, была любимицей публики. Но теперь это уже история. На нее даже кадра жалко. А вот миссис Коррингтон-Эш я бы не отказался щелкнуть еще разок.

Две женщины с должным уважением посмотрели на репортера. Та, что была моложе, спросила:

— Ой, расскажите нам еще что-нибудь. Это так романтично. И так грустно… Говорят, что он умер прямо в самолете. У них есть дети?

— Одна дочь. Школьница, — тут же последовал ответ.

— А где они живут?

Журналист ухмыльнулся, порылся в кармане и вытащил оттуда замусоленную записную книжку.

— Вот… То, что пойдет для прессы.

«Заупокойная служба по случаю смерти Ричарда Коррингтон-Эша состоялась сегодня утром в соборе Святого Павла в Найтсбридже. Он стал одной из четырнадцати жертв недавней трагедии, разыгравшейся в северной части Шотландии. Американский самолет, на борту которого находился мистер Коррингтон-Эш, попал в снежный шторм и потерпел крушение. Несчастье настигло Ричарда Коррингтон-Эша за день до его сорокалетия. Он являлся совладельцем крупной судовой компании „Бергман, Коррингтон-Эш и К°“, а также владельцем Ракесли-Холл в Суссексе, старинного особняка в стиле королевы Анны, знаменитого своей архитектурой и внутренним убранством и расположенного в поместье лорда Уэйлинга — отчима миссис Коррингтон-Эш…»

— Минуточку, минуточку, — прервала его одна из женщин. — Я кое-что не поняла. Чей это был отчим?

Журналист бросил на свою собеседницу уничтожающий взгляд:

— Чего ж тут непонятного. Отчим миссис Коррингтон. Та самая дамочка, на которую я вам показал, с крашеным пучком на голове, которая раньше была некоей Виолеттой или кем-то в этом роде, счастливо сочеталась законным браком с английским аристократом — отцом Марион. Когда он умер, неунывающая мадам Почему-бы-и-нет вышла замуж вторично. И сделала очень правильно. Старый лорд Уэйлинг, вероятно, просто не знал, куда деть свои мешки с золотом. И Виолетта стала его третьей женой. Так что Ричард Коррингтон-Эш жил в своем собственном поместье в Суссексе. Ну что, леди, читать дальше-то?

— Да, да, — ответили женщины хором.

Репортер снова обратился к своим записям.

— Эши также имели квартиру в роскошном современном доме на Парк-Лейн. Мистер Эш оставляет дочь Роберту семнадцати лет, которая получает образование в Роденовском…

Неожиданно в их разговор вмешался холодный, сдержанный женский голос, который явно принадлежал не простолюдинке:

— Прошу прощения, но мисс Роберта Эш училась не в колледже Родена.

Троица замолчала и с удивлением уставилась на говорившую. Ею оказалась невысокая хрупкая женщина, в свои тридцать напоминавшая скорее девочку, чем взрослую даму. На ней было ярко-красное платье и темно-малиновый берет. Длинные черные волосы локонами спускались на шею и плечи. Наряд ее резко контрастировал с траурными одеждами присутствующих. Только черный пиджак из меха морского котика несколько скрадывал неуместность ее костюма. Ее руки лежали в крошечной муфте из того же меха, что и жакет. Лицо этой женщины-девочки выглядело очень бледным и даже несколько болезненным. Высокие скулы казались слишком острыми, под большими выразительными глазами пролегли голубоватые тени. Цвет ее кожи напоминал цвет китайского фарфора, и лишь красивые подвижные губы являли собой единственное цветовое пятно на этом белом полотне. Репортер в растерянности продолжал смотреть на незнакомку. Две женщины на мгновение замерли, а затем стали возбужденно перешептываться.

— Какая нахальная! — тихо пробормотала одна из них, не в силах оторвать взгляда от лица женщины в красном.

— А кто она? — шепнула другая.

Журналист вдруг вскинул голову, пытаясь придать всей своей позе и выражению лица независимый вид.

— Прошу прощения, мэм, — вызывающе заявил он, — но мои сведения получены из весьма уважаемого и достоверного источника. Смею вас заверить, но мисс Роберта Эш сейчас в колледже Родена.

— Позвольте полюбопытствовать, что именно вы называете достоверным источником? — спросила женщина в красном, и ее губы сложились в мягкую насмешливую улыбку. — Если вы журналист, то знаете, как часто ошибается пресса и как часто приносит извинения за свои ошибки.

— Послушайте, — едва сдерживаясь, заговорил репортер, и его круглые глаза от возмущения сделались еще больше. — Я не знаю, кто вы такая, но какое право вы имеете делать такие выводы о моих источниках?! Я получил всю информацию о семье Коррингтон-Эш от…

— От одной из служанок, полагаю, — спокойно сказала молодая женщина, и на ее лице снова появилась насмешливая улыбка. — Вероятно, она не располагала точными сведениями, но так хотелось получить пару фунтов. А? Я права?

— Послушайте же, вы… — снова заговорил репортер, едва сдерживая новый приступ ярости.

Но женщина слегка приподняла свою маленькую муфту, заставляя его замолчать на полуслове.

— Не стоит так волноваться, любезнейший, собственно говоря, все это не имеет такого уж большого значение. Так уж сложилось, что я знала мистера Коррингтон-Эша немного лучше, чем служанка миссис Коррингтон-Эш. И мне бы очень хотелось, читая за чашечкой кофе ваш репортаж, обнаружить в нем факты, соответствующие действительности. Я невольно подслушала ваш разговор и вмешалась для того, чтобы слегка вас поправить. Мисс Роберта Эш получает образование в Бронзон-Касл, одной из лучших школ в Йоркшире, недалеко от Хартсхеда. Девочка отправилась туда потому, что директор этого учебного заведения, мисс Холт, приходится двоюродной сестрой мистеру Коррингтон-Эшу.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.