Профессии

Ното Михкель

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Профессии (Ното Михкель)

Где-то в недалёком будущем перед Катастрофой.

Усталый человек сидит за казённым столом из спрессованных опилок. Знаете, такие столы очень неплохо смотрятся на фотографиях в мебельных каталогах и в первый день покупки, но время не оставляет от этой иллюзии и следа. Огромное плохо освещаемое помещение просто наполнено такими столами, и к каждому из них стоит очередь.

Однако вернёмся к человеку.

Он практически лыс, на узколобом, иссохшем лице неожиданно выдаются упитанные розоватые щёки и сильно опухшие хмельные глаза. Хорошая осанка и поджарая фигура выдают бывшего военного. А может и не бывшего, но одежда на нём вполне гражданская – белая рубашка в полоску и неброский серый костюм, на аккуратно приколотом бейдже написано: Гилберт Хилл, распределяющий. Рядом стоят Том Андерсон и Патрик Джонс – охрана.

- Следующий!

К столу воробьиной походкой идёт невысокий, болезненного вида человек с тощей шеей.

- Имя?

- Роберт Морган.

- Семейное положение?

- В разводе, детей нет.

- Профессия?

- Бухгалтер.

Человек за столом недовольно морщится и слегка отодвигает от себя документы Моргана.

- Чем-то ещё занимаетесь?

- Я сразу после колледжа пошел работать, и вот уже семнадцать лет…

- Извините, но мы вынуждены отказать вам в Бункере.

- Но почему? У меня высшее образование, огромный опыт работы, никаких судимостей или серьёзных болезней…

Гилберт Хилл жестом останавливает бухгалтера.

- Вы что, рассчитываете занять место на основании умения считать и обходить налоговую? После Катастрофы не будет ни компаний, ни фирм, ни даже магазинов. Настанут самые тяжелые времена для выживших, и человеческому роду не понадобятся кабинетные крысы.

Роберт Морган уходит, он сотрясается в рыданиях.

- Следующий!

Возникает хмурый, хлыщеватого вида парень.

- Имя?

- Дон Джой.

- Семейное положение?

- Не состою в официальном браке.

- Профессия?

- Художник, ещё подрабатываю оформителем витрин и делаю декорации для театра.

Человек за столом едва не разразился потоком ругани и едко выразил всё, что он думает о художниках.

- Следующий!

Плавным шагом к столу приблизился плотный, широкогрудый человек в коричневом костюме-тройке. В паучьих пальцах он по-хозяйски держал стопку разных бумаг и журналов.

- Имя?

- Теодор Уэйн Палмер.

- Семейное положение?

- Женат, двое детей.

- Совершеннолетних?

- Нет, старшему только четырнадцать.

- Профессия?

- Я доктор философии, преподаю в университете антропологию. Пожалуйста, можете ознакомиться с моими публикациями и…

- Преподаватель! Учёный! Этого ещё нам не хватало! Какую полезную работу вы будете выполнять в Бункере? А потом?

- Но мои исследования!

- Кому они понадобятся?

- Сохранение знаний!

- О чём – о различных церемониях принятия пищи? Когда бабахнет, нам будет не до церемоний.

- А как же мои дети?

Гилберт Хилл вздохнул. Всё-таки надо этот вопрос обойти помягче, а то того гляди Андерсону и Джонсу придётся разобраться с этим мистером. Вон он как покраснел и навалился на стол.

- Если ваша супруга пройдёт, то и дети будут вместе с ней. В вашем же случае я, кхм, вынужден дать отказ.

Палмер стал угрожающе багрового цвета, но благоразумно отошел в сторону – тем более что он увидел своего коллегу, некоего Фредерика Бирна. Тот околачивался рядом с выходом, отлавливал любого мало-мальски знакомого человека и задавал самый важный и понятный всем вопрос – «Ну?».

- Ну?

- Пролетел. Даже смотреть не стали.

- Я же тебе говорил! Всех завернули – Брукса, Купера, Фостера. Астрономы им не нужны, биологи, психологи. Без шансов.

- Знал бы, что так будет – стал бы инженером. Или строителем. Их наверняка берут.

- Или врачом, - странным тоном протянул Бирн, - строителей тоже не берут.

Палмер проследил за взглядом Бирна.

- Кто это?

- Помнишь, мне два года тому назад делали операцию на сердце? Это тот хирург.

И четыре внимательных глаза уставились на долговязую фигуру хирурга.

- Следующий!

Долговязый человек с густыми пепельно-ржавыми волосами и лисим подбородком сделал шаг вперёд.

- Имя?

- Кеннет Льюис.

- Семейное положение?

- Не женат.

- Профессия?

- Хирург.

- Кхм… Хирург, говорите? Сколько лекарств не запаси – а всё равно не хватит, каждый десятый умрёт. Бинты тоже закончатся. Не будет вам ни белых стен, ни операционных столов, ничего. Кто поздоровее – сами выкарабкаются, а кто нет – им уже никто не поможет. Извините, но мы вынуждены отказать вам в Бункере.

- У меня перерыв! – Гилберт Хилл резво вскочил со стула и быстрым шагом направился к выходу, чтобы недовольная очередь не успела выразить своё возмущение. Хилл догнал Льюиса и заметив, что он не трясётся от рыданий или гнева, решил пожаловаться ему.

- Вы вот не думайте, что только к вам так несправедливы – со всеми так, сам не знаю почему. Приказ есть приказ – те не составляют важности, эти… А я что? Сколько лет выслуги, медалей – и отказ!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.