Пустые шкатулки и нулевая Мария. Том 6 (с иллюстрациями)

Микагэ Эйдзи

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Пустые шкатулки и нулевая Мария. Том 6 (с иллюстрациями) (Микагэ Эйдзи)

Перевод с английского языка – Ushwood

Бета-редактирование – Danholm

Любое коммерческое использование данного текста или его фрагментов запрещено

Интермиссия

Дайя Омине – 11 сентября, пятница, 22.00

Ая Отонаси, старшая сестра Марии Отонаси, мертва. По крайней мере согласно документам.

Я это узнал еще до «Игры бездельников». Я тогда немного покопался в прошлом Марии, надеясь научиться лучше контролировать «шкатулку».

Мария Отонаси.

Она младшая дочь высокопоставленного сотрудника крупной финансовой корпорации. Дом, где жила она и ее семья – отец Митисиге, мать Юкари и сестра Ая, – находился в богатом квартале в префектуре Хёго. У ее родителей была приличная разница в возрасте: когда Марии было 14, ее отцу было за 60, а матери всего 35. Более того – мать Марии была уже третьей женой Митисиге.

В общем, ситуация в семье Марии была довольно… запутанная. Это в полной мере относилось и к отношениям между Марией и Аей. Матерью Аи была предыдущая жена Митисиге. Вдобавок ко всему Ая была всего на три месяца старше Марии, так что они учились в одном классе.

Чтобы не привлекать излишнего внимания к такому положению дел, Митисиге отдал их в разные начальные школы, а потом и в разные средние.

Согласно моим источникам, сестры были полной противоположностью друг друга.

Ая, старшая сестра, сильно выделялась. Чрезвычайно умная, спортивная и в придачу любимая учениками. Никого не удивляло, когда она занимала важные посты вроде председателя студсовета; ее имя знал каждый школьник.

В то же время Мария, младшая сестра, была тихой и замкнутой. Судя по всему, из-за ее неумения постоять за себя в начальной школе над ней немало издевались. Возможно, поэтому она часто жаловалась, что у нее болит то голова, то живот, – это позволяло ей оставаться дома или укрываться в школьном медпункте – в общем, не ходить на уроки. Излишне говорить, что ее оценки оставляли желать лучшего.

Однако по-настоящему проблемной ученицей была вовсе не тихоня и прогульщица Мария, а отличница Ая.

Иногда слишком уж одаренные школьники оказываются источником проблем, особенно если они отлично знают о своих способностях и пользуются ими без оглядки.

Ая знала больше, чем ее учителя, и не стеснялась их поправлять. Когда в ее классе кого-то обижали, она разбиралась с этим куда эффективнее, чем любой учитель. Когда в классе возникал спор между учеником и учителем, она с легкостью доказывала всем неправоту последнего, хотя разрешать споры полагалось как раз учителю.

Ая легко демонстрировала всем, что она умнее учителей; разница в уровне способностей была столь заметна, что ее отлично видели и одноклассники.

Разумеется, они никак не могли уважать таких некомпетентных учителей. Ая подорвала авторитет всего персонала школы; это привело к тому, что часть ее одноклассников вообще перестали слушаться. Ситуация ухудшалась – правда, не резко, исподволь; этого никто и не замечал, пока не начались серьезные происшествия.

Например, некоторые из одноклассников нанесли себе увечья, пытаясь покончить с собой.

Из-за Аи лишились работы трое учителей. Один от нервного истощения, другой напал на ученика, третий влюбился в Аю и начал ее преследовать.

Несмотря на разных матерей и несходство характеров, Ая и Мария, судя по всему, друг в дружке души не чаяли. Их часто видели, когда они болтали между собой по телефону или гуляли вместе на выходных, держась за руки. Одноклассница Аи, время от времени составлявшая им компанию, рассказала мне:

«Они были ну просто не разлей вода! Гораздо ближе, чем просто сестры или друзья… может, как близнецы? Нет, это тоже не то. Пожалуй, самое подходящее… влюбленные?»

Мне не удалось раскопать в их отношениях ничего темного. Для столь «запутанной», как у Марии, семейной ситуации, я нашел на удивление мало проблем. Мать Аи (с которой Митисиге развелся после рождения Марии) тоже никаких неприятностей не доставляла, поскольку ей заплатили приличную сумму. Похоже, Митисиге прекрасно отдавал себе отчет в том, что его семейные дела несколько необычны, и прекрасно со всем справлялся.

Конечно, мои познания ограничены тем, что можно узнать из документов и расспросов знакомых. Не будучи самому свидетелем тех событий, понять в полной мере, что там между ними происходило, совершенно нереально. Но можно считать истиной, что никакого семейного кризиса не было и в помине, в отличие от случая Рюу Миядзаки и Рико Асами.

Однако семьи Отонаси больше нет.

Все, кроме Марии, погибли в ДТП.

Детали той аварии остались невыясненными, потому что не было свидетелей; две машины столкнулись лоб в лоб, и водитель второй машины погиб на месте.

Кроме оставшейся дома Марии, умерли все. Это железобетонный факт.

Мария Отонаси осталась одна.

Не в силах открыть душу ни перед кем, кроме самых близких – и уже умерших – людей, Мария Отонаси осталась одна в самом полном, самом прямом смысле этого слова.

После того как особняк ее родителей продали, а опекуном Марии назначили Кёхико, младшего брата Митисиге, Мария исчезла без следа.

Вот практически и все, что я смог разузнать о Марии Отонаси.

Мне неизвестно ни как она уже после всего этого наткнулась на чудодейственные «шкатулки», ни что заставило ее пожелать стать существом, выполняющим желания других,и позволило заполучить «Ущербное блаженство».

По-видимому, это связано как-то с потерей родных.

Их смерть изменила Марию, вселила в ее сердце аномальное стремление жертвовать собой и, хоть и не прямо, но породила сверхсущество, которым она стала сейчас.

Что интересно – у нее была возможность заново открыть себя. Благодаря повторам «Комнаты отмены» у нее было на это столько времени, сколько можно пожелать. Она превратилась в нечто вроде копии Аи – возможно, она думала, что, став своей безупречной сестрой, сможет достичь цели.

Эх, у меня было столько информации – я должен был понять истинную натуру «О» куда раньше.

…Нет, неверно. Связать «О» с такой приземленной штукой, как ее семья, мешали другие причины.

Чем лучше ты понимаешь сверхъестественное, тем больше оно теряет ореол сверхъестественности. Если только не верить слепо, не отказаться от любых попыток понять «шкатулку», ты не сможешь ей овладеть. Нельзя пытаться объяснить необъяснимое.

Однако отказ от глубокого мышления – именно то, что я ненавижу больше всего на свете.

Это условие противоречит моему «желанию», так что выполнить его я просто не могу. Это мешает мне овладеть «шкатулкой»; чтобы облегчить себе задачу, я был вынужден наложить на свою «шкатулку» серьезные ограничения. Но благодаря этим ограничениям я и смог заполучить «шкатулку», с которой могу совладать, – «Тень греха и возмездие».

Постичь, что такое «О», было только вопросом времени.

«О».

С самого начала это был всего лишь инициал фамилии «Отонаси». А с учетом того, что Отонаси взяла имя своей сестры, я уверен, что интерпретация этой буквы следующая.

«О» означает –

«Ая Отонаси».

Я, Отонаси и Юри Янаги сидим в «Кинотеатре гибели желаний» – «шкатулке», имеющей форму алого кинотеатра.

Здесь, внутри, все настолько до безумия стерильно, что можно подумать – этот кинотеатр существует исключительно для того, чтобы стирать грязные создания; я постоянно ощущаю, как он давит на меня. Он постоянно отгрызает по кусочку от моей воли и мало-помалу сдавливает мою «шкатулку».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.