Разработка перспективных вооружений

Шведов Сергей Владимирович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Разработка перспективных вооружений (Шведов Сергей)

Как в роскошном сооружении министерства обороны неистребимо присутствует дух казармы, так и в конференц-зале научно-исследовательской части НИЧ 03181 пахло солдатскими портянками, хотя все офицеры носили ботинки под брюками навыпуск.

— Разрази меня гром! Я для вас не «полковник», а ваше высокоблагородие господин полковник, понятно, капитан Азазелидзе?

Опоздавший на совещание капитан прищелкнул каблуками и глумливо усмехнулся:

— Виноват, ваше высокоблагородие господин полковник!

Ну и что мог сделать ему начальник отдела боевых пищевых психотропов научно-исследовательской воинской части НИЧ 03181 пусть даже и доктор химических наук полковник Азазоилов? Молодого капитана, кандидата наук, в войска на передовую не пошлешь. Диссертацию ему не зарубишь — он уже не соискатель научной степени, а успешно защитился. Ну, лишний раз пошлют в наряд «на тумбочку», скучать рядом с телефоном. А с красной повязкой на рукаве с надписью «Патруль» дефилировать по военному городку с двумя рядовыми бойцами уже не отправишь — не лейтенант или старлей сопливый.

— Вольно! Садитесь, господин капитан. В следующий раз попрошу не опаздывать.

Полковник так старательно подтянул форменные брюки на огромный живот, что между верхней кромкой носков и брючинами сверкнули голубые форменные кальсоны с начесом, или как их еще называют в армии — «трико системы инженера КАльсона».

— Итак, господа офицеры, продолжим наше совещание. Мне намекнули в штабе, что главнокомандующий издалека деликатно, но настойчиво покивал пальчиком в нашу сторону.

— Неужто сам его высокопревосходительство генералиссимус Люцифер вспомнил о позабытом богом отделе боевых пищевых психотропов в одном из многочисленных воинских научно-исследовательских подразделений? — брезгливо выпятил вечно мокрую нижнюю губу тучный подполковник Азазилянц.

— Вы, кажется, усомнились, что наш главнокомандующий вездесущ и всеведущ? И что это еще у вас, подполковник, за привычка такая завелась — ссылаться на верховного главнокомандующего армии противника, Господа Бога?

Толстый бритый затылок подполковника Азазилянца покрылся потом и красными пятнами. Это вам не опоздание какого-то развязного капитана. Тут уже покушение на авторитет темной власти, а право на неповиновение имеет только сам генералиссимус, устроивший во время оно, как всем известно, успешный путч армейских офицеров против самого Господа Бога.

— Еще раз напоминаю о необходимости всеми мерами содействовать укреплению воинской дисциплины. И в первую очередь это касается вопроса об униформе. Само ее название содержит префикс «уни-», что предполагает безупречный вид и единообразие военной одежды для всех офицеров. Мы с вами, между прочим, так называемые «видимые бесы», а не бесплотные «духи злобы поднебесные». Меж тем, многие позволяют себе прогуляться с фуражкой под мышкой и болтающимся на расстегнутом вороте галстуке.

— Так жарко же! — лениво застегнул капитан Азазелидзе верхнюю пуговицу на рубашке, но галстук так и оставил на правом плече.

— Мы с вами — сыны огня! Нам ли бояться жары?

— Так мы же в человеческом облике.

— Вот-вот, об этом тоже хотелось бы поговорить. Наше воинское подразделение — научно-исследовательская часть, филиал головного НИИ адамоведения и абстрактного гуманизма. Объект нашего изучения — хомо сапиенс, человек, если можно так выразиться, разумный. Поэтому, будьте уж так добры, день и ночь оставаться в материализованном теле, точной копии человеческого организма. Забудьте про средневековые штучки — никаких хвостов, рогов и копыт, никаких огненных змеев и зубастых монстров, короче, никаких спецэффектов, только классический облик в дресс-коде современного офисного менеджера, а в нашем случае — штабного офицера. Кстати, всем солдаткам-связисткам доведите до сведения под угрозой военно-полевого суда, чтобы забыли про полеты на метле и обольщение смертных мужчин во сне.

Почти все присутствующие офицеры ладонью почесали бритые подбородки, чтобы скрыть улыбку.

— Не прячьте ваши ухмылочки, господа. Учтите, я насквозь читаю мысли каждого из вас. Поэтому в этом месте позволю себе сделать еще одно важное отступление от ключевой темы нашего совещания… Мы, демоны, двуполы по своей природе. Но на действительной военной службе мы должны вести себя по-человечески.

Тут уже фыркнули не только безусые лейтенанты, но и дородный подполковник Азазилянц.

— Никаких смехуечков! Мы обязаны полностью уподобиться нормальному человеку, то есть быть по образу и подобию первохристиан, с потомками которых мы ведем непримиримую и весьма успешную борьбу вот уже третью тысячу лет. Забудьте про женомужей и мужежен, все будут только мужчинами и женщинами с нормальной сексуальной ориентацией. Как предписывает устав адского воинства, так и будете поступать вы, воплощенные в тело «духи злобы поднебесные» на Земле.

— Другим можно, а нам нельзя? — ехидно ввернул словечко капитан Азазалидзе.

— Вам нельзя, потому что вы несете службу в отделе боевых пищевых психотропов. Гей-парадами и лесбо-оргиями занимаются по долгу службы совсем другие подразделения.

— Разве гомосятина сказывается на боевой готовности?

— Сказывается.

— Обоснуйте, господин полковник.

— Обосновывают только доказательство научной теории, а приказ командира не обсуждается, а если и обсуждается, то в части наиболее успешного его исполнения. Кому еще непонятно?

Полковник, насупив кустистые брови с негодованием проследил, как пластинка жвачки медленно перелетела через всю аудиторию и упала на колени новенькому лейтенантику из штатских.

— Лейтенант Азазелюк! Вы не в студенческой столовой. Никакой телепатии или телекинеза! Все делать своими руками, а передвигаться на своих двоих. И только пусть кто-нибудь из подчиненного мне подразделения пройдет сквозь стену! Не посмотрю на звание и ученую степень.

— И что вы сделаете? — выдавил сквозь зубы Азазелянц.

— Для ветеранов — представление об отставке и вечный покой в девятом круге. Это самое теплое местечко для военного пенсионера.

— Увольнение старшего офицерского состава — прерогатива генштаба, — снова презрительно выпятил мокрую нижнюю губу подполковник Азазелянц.

— Лично о вас я буду подавать рапорт в первую очередь. Вы неперспективный офицер, и бездарный ученый… Вы давно позабыли про науку, а занимаетесь интригами против меня, потому что метите на мое место.

— На то мы и духи злобы поднебесные, господин полковник.

- А вот вы, Азазелянц, полковником никогда не станете.

— Это не вам решать.

— Те, кому это решать, обязательно спросят у меня аттестацию на вас. Учтите это… Но мы уклонились в сторону от вопроса о воинской дисциплине, в частности о единообразии военной формы. Образцы ее вывешены на каждом КПП. Если кто забыл, то это униформа военнослужащих блока НАТО, нашего любимого детища и верной опоры на Земле. Чтобы я больше не видел на вас никаких карнавальных мундиров от личной гвардии латиноамериканских диктаторов или африканских королей! И уж тем более никаких пижам для больных из психиатрической больницы — формы бойцов ВС Российской Федерации. Только униформа военнослужащих НАТО. Носите с честью мундир адского воинства!

* * *

Полковник терпеливо дождался, когда офицеры перестанут бухтеть себе под нос или посылать друг другу телепатический сигнал типа: «Достал уже этот старый козел!».

— Итак, господа офицеры, вот мы последовательно подошли к главной теме нашего совещания. Мы — творческое подразделение. Здесь проходят службу офицеры, способные выдавать рацпредложения, делать изобретения и даже открытия.

Полковник выдержал длинную паузу, чтобы подергать за нервы слушателей, которые начали нетерпеливо ерзать на стульях, потом прокурорским тоном изрек:

— Никаких прорывных открытий за последние двадцать лет мы не сделали. И ни одной заявки на ценное изобретение не подали. Даже путевого рацпредложения не выдвинули.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.