Черствое сердце

Егер Ольга Александровна

Серия: Клуб Изгнанников [3]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Черствое сердце (Егер Ольга)

Глава 1. В потемках чувств не разглядишь

Здоровенные дубы, будто танцуя под натиском ветра, склоняли трепещущие кроны то в одну сторону, то в другую. Вскрикивали здесь, и там ночные птицы. И кто-то нудно бурчал позади: "Мы здесь уже были! Когда же мы уже придем, а?". Я шагала за выпившими друзьями и не могла понять, как меня угораздило оказаться в самой глубине леса среди ночи. Хотя, если припомнить все события до первых двух бутылок вина, то выходило так…

Мы только разбросали вещи по отведенным нам в съемном домике комнатам. В Святогорск на отдых большая команда Клуба Изгнанников, явилась почти полным составом: Саша с Риммой, я с племянником, Ритка с Русланом и своим мелким чадом — Стасей, а так же Димка, Дашка, и оперуполномоченный — Серега. Мужской коллектив первым делом полез к бутылке — отмечать приезд. Женская половина — надавала по рукам, всучила детей и приказала нянчиться, пока готовится обед! Ведь сначала надо поесть, и лишь потом обмыть отпуск.

— Дин? — пританцовывала вокруг меня Римка, таская салат из-под рук.

— М? — я сосредоточилась на том, чтобы не попасть ножом по пальцам воришки.

— Ну, повернись ко мне! — проныла она. Я повернулась, отложила нож и уставилась на нее. Она повертелась, стала в профиль, анфас, потом, не отыскав никакого интереса на моей кислой мине, обижено спросила:

— Ты ничего не замечаешь?

— Ага! — согласилась, что я таки упустила из виду. — А ну повертись еще!

Она покрутилась.

— Точно! Худеть тебе пора! От счастливой жизни вес набрала! Вон бока обвисают!

Подруга обиделась и надрывным криком выдала:

— Это не бока! Я беременна!!!

Воцарилась гробовая тишина. Ритка забыла о готовке и бросилась обниматься с подругой. Дашка тоже радовалась. И только я стояла, как вкопанная.

— Хорошо! — закивала я, ничего не испытывая.

Подруга расстроилась. Она-то надеялась, что я, как и все, буду прыгать и вопить. Но я давно не чувствовала ни радости, ни страха, ни тоски. Только пустоту.

— Не грусти! — поцеловал ее Сашка, встав позади и положив руки на заметно округлившийся живот жены. — Просто она сейчас не может разделить с тобой счастье, как когда-то. Потерпи немного. Она придет в себя.

— Я знаю! — надула губки будущая мамаша. — Просто мне уже надоело смотреть на ее постное лицо! Уже четыре месяца смотрю. Аж тошнит.

— Тебе не приходило в голову, что тошнит тебя по другой причине? — брякнула я, и Римма сузила недовольные глаза, от злости сверкнувшие желтым. — Ну, не смотри на меня, если я вызываю в тебе такие неприятные эмоции.

Она вырвалась из объятий мужа и толкнула меня в плечо, банально провоцируя злость. Не заметив изменений, отпустила еще и пощечину. Все насторожились. Прибежал Серега, чтобы если что — вступиться в бой, влезть между двух фурий и растащить до того, как в ход пойдут ногти, зубы и коленки (хотя мы с Риммой ни за что в жизни до такого бы не докатились, но Серега ведь мог помечтать!). Я не шевелилась.

— Сколько можно, а??? Приди ж ты в себя! Разревись, если тебе плохо, покричи на меня! Сломай что-нибудь!

Я, не задумываясь, хлопнула об пол тарелку. Причем не нашу, а хозяйскую. Сашка схватился за голову, подсчитывая по карману ли ему такие женские разборки. Потом опомнился и магией все склеил.

Римка расплакалась, и бросилась обнимать свою "черствую подружку".

— Хватит меня так называть! — бурчала я. Начинала чувствоваться нехватка воздуха от того, что меня по доброте душевной, пытаются придушить. Римма еще и ухо мне заплевала — рыдая, скорее от гормонального сбоя, чем от настоящего волнения.

— Я рада за тебя! Правда! — постаралась убедить ее я и, мы втроем с Сашкой, и Римкой, почувствовали укол магии в висок. Ну, как укол?.. Было такое ощущение, что солидную иглу молотком вбили.

— Прости, соврала! — потирая больное место, призналась во лжи я. — Ну не могу, понимаешь? Не могу. Хотела бы, но не получается. Я стараюсь, правда!

— Ладно! Девочки! Давайте лучше мы приготовим, а вы идите, отдохните! — влез Серега, пытаясь избежать дальнейшего развития темы о моей эмоциональной неадекватности, которая, как правило, заканчивалась обоюдными всхлипываниями друзей, и жалением меня горемычной, сидящей совершенно спокойно в сопливо-слюнявом эпицентре драмы. Я совершенно не понимала, почему им всем так нравится меня жалеть? Это только раздражало… Кстати, раздражение — единственное, пока слабое чувство из всего спектра утерянных и ныне возвращенных. Однако его я не торопилась демонстрировать.

Мы переместились в гостиную. Сидели с девочками на диване и буравили друг друга взглядами, пока не сообразили, что упустили из виду одно мелкое и слишком шустрое существо с магическими способностями и творческими наклонностями. Но было поздно — времени вспять не вернуть, как и не запихнуть обратно два тюбика зубной пасты, которыми мой племянничек воспользовался для своих художеств. И ладно бы стену обрисовал, как все нормальные дети… Так нет! Ведьмакам закон не писан — Митя разукрасил потолок. Как, даже не спрашивайте!

— И кто полезет мыть это полотно кисти известного нам художника? — задала риторический вопрос я, и мы с подругой покосились на заподозрившего неладное Димку.

— Почему, твой племянник творит непонятно что, а убираю за ним я? — возмущался маг.

— А потому что у нас в клубе действует принцип дедовщины! — хихикнула Римма.

— Не переживай, я тебе помогу! — вздохнула рядом с братом Дашка, и тихо так шепнула, — А потом и отомстить помогу!

— Это ты зря! — заключила я, потому что в следующий момент у девочки отрос мышиный хвост.

Дашка заверещала, завертелась вокруг своей оси, вопя: "Почему мышиный? Я же боюсь мышей!"

— Вот! — покачала головой я.

— Твой племянник, просто гроза всего тонкого мира! — заключила Рита, наблюдая за происходящим. Она только недавно влилась в наш коллектив в статусе просвещенного. — У вас всегда так весело?

— Ну да, бывает, — кивнула подруга.

— Русь! — крикнула недовольная чем-то супруга мужу. — А почему ты мне раньше не рассказал?! Я столько пропустила…

Мы с Риммой переглянулись и сошлись во мнении, что Ритка вряд ли пережила бы наши прошлые приключения. Мы и сами-то отделались так, по мелочи: два испорченных амулета, пара сломанных костей, фактическая остановка сердца (моего, и при том трижды, а то и больше!), обильная кровопотеря. Тяжело вздохнули и уселись на диване, чтобы пялиться на постепенно наполняющийся яствами стол. Разнообразия особого не было — готовили мужчины. В меню нам предложили: колбасу нарезанную ломтиками, хлеб, нарезанный ломтиками, огурцы, извлеченные из пакета и помытые, помидоры в баночке, рыба в баночке…

— Дя! — оценила Ритка.

— Извините, бананив не мае! — ляпнул Серега, и мой Митька решил исправить несправедливость: на стол с потолка хлопнулось гроздей десять бананов, придавив колбасу и прочие продукты.

Все уставились на ребенка. Он медленно растянул на мордашке ухмылочку. Такую — ехидную. Дашка потянулась к банану, но Римма тут же остановила ее порыв раскрыть кожуру.

— Погоди минут десять, — сказала она девочке.

— Отравленный? — ужаснулась Дашка и посмотрела на пельменя. Тот обиделся и отвернулся ко мне.

— Нет, — покачал головой Саня. — Просто раньше, когда он вот так что-то по доброте душевной делал, все заколдованное превращалось в хомячков.

— Ага, деньги например! — уточнила Римма, а два мента тут же более внимательно присмотрелись к малышу.

— А чего это ты не говорила, что у вас в семье фальшивомонетчик растет? — вспомнили об обязанностях мужчины.

— Мальчики, — вступилась за Митю я. — Не хотите лишних проблем, не связывайтесь с моей семьей! И тюрьма целее будет, и нервы!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.