Deng Ming-Dao

ДАО ХРОНИКИ

Жанр: Спорт  Дом и Семья    Автор: ДАО ХРОНИКИ   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Deng Ming-Dao ( ДАО ХРОНИКИ)

CHRONICLES OF TAO

THE SECRET LIFE OF A TAOIST MASTER

Посвящается Сифу и моим родителям

БЛАГОДАРНОСТИ

Впервые приступая к работе писателя в 1982 году, я получил неоценимую помощь от Элизабет Лоуренс Калашникофф. На протяжении моей последующей карьеры она оставалась для меня источником вдохновения, поддержки и самым лучшим советчиком. Именно Элизабет первая увидела возможность объединить все дневники в единую книгу. Мне искренне жаль, что эта удивительная женщина покинула этот мир, так и не увидев выхода этой книги в свет; и все же моя благодарность ей поистине безгранична.

На протяжении нескольких лет неоценимую помощь мне оказывали многие люди.

Клейтон Карлсон, Марк Зальцведель и Эми Хертц во многом помогли мне в редактировании этой книги.

Лянь Фун из Сингапура, Су Юнли и Ли Сычи из Гуаньчжоу поделились своими личными воспоминаниями о Шанхае и Ду Юэшэне. Джон Сервис и Фредерик Уэйкмэн дополнили эту информацию сведениями исторического и исследовательского характера.

Ивонн Истмэн и Пэгги Джи оказали содействие в распечатке первоначального рукописного варианта издания.

Безмерную помощь оказали мне члены семьи и родители, которые помогали мне всеми возможными способами.

Наконец, слова благодарности я адресую лично Квану Сайхуну, который снабдил меня материалами для этого труда, драматично и четко отразив историю наследия даосских мастеров.

ВВЕДЕНИЕ

Как и многие, я слышал о даосизме лишь обрывки информации. То была эзотерическая духовная традиция, которую воспринимали лишь эксцентрические и нонконформистски настроенные личности. Кое-кто из поэтов-битников переводил даосскую поэзию, находя в ней вдохновение. Многие образы даосизма брали свое начало в глубинах природы. Даосизм предлагал практические занятия по повышению продолжительности жизни; а «Дао дэ цзин» многими воспринималась как совершенно глубокий, но столь же непонятный ключ к пониманию даосизма.

Более всего меня занимало растущее осознание того, что даосизм соединял в себе совершенно невообразимый набор искусств и умений. Я всегда восхищался любой традицией, которой удалось преодолеть путь от простого предсказания будущего до высших уровней медитации, от боевых искусств до глубокого духовного просветления. Здесь же все было ясно: основным способом постижения Дао оставалась медитация. А научиться медитации можно было лишь с помощью «прямой передачи знаний» от Учителя.

Я был совершенно уверен, что такой способ – единственно правильный. Все мои попытки следовать описаниям в книгах оказались безуспешными – не только потому, что сидение скрестив ноги в клубах дыма от курительной палочки казалось мне жутко нудным занятием. Наоборот, это лишь стимулировало мой интерес к даосизму, ибо из всех великих традиций духовного совершенствования лишь даосизм утверждал, что медитация может происходить регулярно и методично. Больше всего меня интриговало (особенно после созерцания странных движений даосского мастера в городском парке) то, что даосизм можно было постигнуть, овладевая боевыми искусствами.

Все это достаточно интересовало меня, хотя в своих занятиях я практически не шел дальше тайцзи-цюаня. Услышав от двух своих знакомых, что они собираются посетить господина Квана – шестидесятипятилетнего учителя боевых искусств, – я решил, что вполне могу посмотреть на занятного старика. Кроме того, я надеялся поддержать интерес моих друзей: вполне могло случиться, что учитель не говорит по-английски, так что я могу оказаться полезным в роли переводчика. В уединенный уголок парка, где преподавал учитель, мы пришли довольно рано. Вокруг не было ни души. Мы решили отправиться в дальний конец тренировочной площадки, чтобы немного размяться в ожидании учителя. Все уже порядком погрузились в комплекс тайцзи-цюаня «Толкающие Руки», когда в кустах появился силуэт достаточно рослого мужчины.

На вид ему было около тридцати. Черные волосы густым шатром укрывали его невероятно мощные плечи. Незнакомец был одет в серый свитер и коричневый спортивный костюм. Он стоял абсолютно неподвижно, без всякого смущения разглядывая нас. Наконец мне это надоело.

Незваный гость выглядел словно студент колледжа; он вел себя так, будто намеренно хотел подразнить людей. Если это был ученик Квана, тогда почему бы ему просто и с уважением не подождать своего учителя вместо того, чтобы пялиться но сторонам? Вскоре мужчина исчез, а через несколько минут одна из учениц Квана сообщила, что учитель пришел и готов начать урок. Пока мы спускались к подножию холма, девушка предупредила нас, что ее учитель – самый лучший, однако очень традиционен и «немного склонен к эксцентричности».

Когда мы пришли, все присутствующие выполняли цигун. В первую же секунду меня поразили разнообразие и сила движений. Казалось, что позы выполняются через силу, но при сохранении равновесия. К моему удивлению, занятиями группы руководил тот самый незнакомец.

Я повернулся к ученице:

– Это кто – один из старших учеников?

– Нет, это сам мистер Кван.

– Да?! А я думал, что ему за шестьдесят.

– Так и есть.

Я внимательно присмотрелся к учителю. Седины у мистера Квана почти не было; чтобы ее заметить, следовало хорошенько присмотреться. Кожа на широком, скуластом лице была гладкой и чистой, а большие сияющие глаза свидетельствовали о том, что их обладатель чутко осознает все происходящее вокруг. Мужчина, казалось, был как никто далек от общепринятого представления о пожилом, умудренном годами учителе.

Когда подошло время перерыва в занятиях, нас официально представили ему. Мистер Кван показался весьма Смущающимся человеком; после знакомства он вновь погрузился в созерцание своих учеников. В конце занятий, получив заверения, что с мистером Кваном вполне можно общаться, я решился заговорить с ним.

Согласно исконной восточной традиции, учитель может считаться хорошим ровно настолько, насколько хороша родословная его школы. Спросив мистера Квана об этом, я с изумлением услышал, что некоторые его учителя были известнейшими мастерами Китая. Мистер Кван рассказал, что, в частности, его учили Ян Чэнфу и Чэнь Вэйминь из Тайцзи; Сунь Лутан из Синъи; Фу Чжэньсун и Чжан Чжаодун из Багуа; наконец, Ван Цзыпин из Мичжунъи. Позже я обнаружил, что мистер Кван изучал многие виды боевых искусств – в частности, Шаолиньскую и Даосскую школы, стили Обезьяны, Орла, Журавля, Змеи и Тигра. Как оказалось, мистер Кван много путешествовал по миру. Он посетил Индию и Тибет, чтобы изучить йогу и другие техники медитации; был солдатом, цирковым артистом, артистом труппы Пекинского оперного театра, преподавателем политологии Пекинского университета и секретарем в кабинете министров Чжоу Эньлая.

Его боевое прошлое привлекало меня. Большинство мастеров сегодняшнего времени могли учиться лишь у учеников этих прославленных Учителей; теперь же передо мной был один из тех представителей первого поколения, кто получил свои знания непосредственно у великих. Желание заниматься у мистера Квана переполнило меня, и я попросил его учить меня.

Предложение совершенно очевидно ошеломило мистера Квана. Казалось, что финансовые соображения как нельзя более далеки от него. С сомнением в голосе мистер Кван сообщил, что это обойдется мне в тридцать пять долларов ежемесячно. Потом последовала пауза, после которой мистер Кван добавил, что за эту сумму ученик может заниматься у него четыре-пять раз в неделю – если хочет, конечно. Еще заминка. Словно почувствовав, что сказанное не в полной мере оправдывает размер оплаты, мистер Кван пустился объяснять, на что пойдут остальные деньги.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.