Искры завтрашних огней

Воронков Александр Владимирович

Серия: Темный век [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Искры завтрашних огней (Воронков Александр) Тёмный век. Ч.2. Искры завтрашних огней

ТЁМНЫЙ ВЕК

Книга 2

ИСКРЫ ЗАВТРАШНИХ ОГНЕЙ

 

Да, товарищи-граждане, что ни говорите, а старушка Судьба такая затейница, так с человеками играет, что просто диву даёшься. Может подбросить к вершинам, а может и притвориться грозным атаманом, что 'за борт его бросает в набежавшую волну'. Впрочем, это, конечно, редкие эксцессы. А в массе своей человеческий рой дрейфует по воле рока, не слишком выбиваясь из 'стройных рядов'. Как некогда пелось в одной из шутейно-притчевых песенок моего родного мира: 'положим, жил ты дворником. Родишься вновь прорабом, а после из прорабов до министра дорастёшь'...

Мне пока что до министра - как до Марса, но определённый прогресс в общественном положении просматривается. Хотя что считать прогрессом - вопрос неоднозначный. Перед тем, как очутиться в этом ненормальном времени, жил я себе, как теперь понимаю, припеваючи, посещал лекции, периодически их прогуливая, в свободное время ездил на покопушки в степь, ища 'артефакты' солдатского быта Второй Мировой и останки бойцов, попутно на практике изучая забытую историю войны. Может, это и не совсем нормальное увлечение с точки зрения 'поколения жесть', а как по мне - всяко лучше, чем тупо 'резаться' в компьютерные игрушки или сосать пиво на дворовой лавочке. В конце-то концов, интерес к той войне - семейная традиция: батя мой сам родился и вырос в послевоенном Сталинграде, где в те годы ещё тут и там гнилыми великанскими зубами щерились полуразрушенные обстрелами строения. После трёх лет 'срочки' пошёл в военное училище, заработал тридцать один годок 'выслуги', язву желудка и какой-то экзотический подвид афганской лихорадки. Старшего сына Сашку, моего, значится, сводного брательника, тоже 'наладил' по тому же пути, но дослужить Родине у братки не получилось: пришёл всеобщий карачун в исполнении господ Горби, ЕБН company, и гвардии капитану Белову пришлось обустраивать жизнь на 'гражданке'. Устроился, куда деваться. А поскольку дружно - не грузно, а врозь - хоть брось, вернулся Саня в наш Сталинград. Ну, и пристрастился он ездить по местам боевой славы, а как я подрос - так и меня с собой таскал. Причём мотивируя исключительно заботой о младшем братишке: 'Этот балбес всё равно во всякие истории попадает, а при мне хоть под приглядом будет, да и полезным делом займётся'. Так что копарь я, что называется, 'олдовый': с четырнадцати лет с прибором и лопатой подружился...

Ну, а мне вот послужить не довелось: молод ещё был ваш покорный слуга в момент окончания школы, так что под призыв не подпадал. Попал в ВУЗ, учиться, как принято говорить, 'на манагера' и проучился аж до третьего курса.

Тем не менее, братец мой невольно оказался пророком: 'в историю' я всё же попал... Причём в прямом смысле слова.

Хочешь верь, хочешь, не верь, но 'не по собственному хотению, а только волею'... А чёрт его знает, чьей волею! Словом, очутился я как-то ни с того, ни с сего в самом настоящем Средневековье. Не, ребята, не в том, что нам в голливудском кино показывали, с блестящими рыцарями и прекрасными принцессами, а в простом, грубом и надёжном, как вот этот мой дорожный посох, Средневековье.

Рыцари тут, правду говоря, имеются, что есть, то есть. Лично знаком. Только ни фига они не 'блестящие', хоть и не оборванцы какие. В смысле: куртуазности у дядек ни на копейку нету, если что не по ним - могут так откуртуазить, что костей не соберёшь. О наличии прекрасных принцесс ничего не знаю. Нет, конечно, раз где-то существуют короли - а они таки существуют - то и принцессы должны быть, в том числе и прекрасные: не может же быть, что в королевских семьях рождаются только мальчики или уродины! Однако находятся они от меня на таких расстояниях, что и смысла нет заморачиваться.

Тем паче, что свою 'принцессу' я уже давно нашёл, и нашёл именно в этом, четырнадцатом столетии, причём под крышей собственного трактира.

Ну да, моего трактира. Волей-неволей, попав ранней весной в оккупированную монголами Богемию, я из обычного студента превратился в необычного бродягу. А как же: человек незнамо откуда, одет, с точки зрения местного населения совершенно по-идиотски, балаболит хоть и понятно в основном - спасибо учителям немецкого!
- но с каким-то жутким акцентом, ни повозки, ни коня не имеет... Одно слово - бродяга!

Тем не менее, меньше, чем за год, мне удалось радикально улучшить своё положение в этом мире. Попав сюда не то, чтобы совсем уж 'голым и босым', но никак не вписывающимся в местный 'имущественный ценз', я сумел почти 'на пустом месте' приобрести кое-какой капитал, создать в одном из ближайших чешских городов исправно функционирующую 'точку общепита', обрасти связями, шо тот полевой коммутатор проводами и даже войти в местное 'Движение Сопротивления'.

Эге ж. Вот из-за этого, блин горелый, 'Резистанса', и морожу сейчас морду лица ледяным ветром, вместо того, чтобы спокойно стоять за стойкой в 'Чаше и Кресте', наслаждаясь идущим от печки приятным теплом.

Ничего не поделаешь: настоятельные просьбы, если они исходят от определённых лиц, крайне желательно выполнять качественно и в кратчайшие сроки. Ну вот ей-богу: знал бы я декаду назад, с чем именно прибыли в моё заведение старые знакомцы: рыцарь Чернин и бенедиктинец отец Филипп - заранее постарался сделать так, чтобы они поискали-поискали Макса Белова, но так и не нашли... А я-то, дурная башка, обрадовался тогда, 'поляну накрыл', сам к этим двоим 'карбонариям' пристроился... Ну, а они, конечно, на правах 'комсостава', меня и 'озадачили' в лучшем стиле русских сказок. В смысле 'пойди туда, не знаю куда, отнеси то, не знаю что'...

Одно радует: 'Сопротивление' наше позаботилось, чтобы посланный далеко и надолго скромный трактирщик совершил путешествие во-первых, максимально быстро, а во-вторых, что немаловажно, относительно комфортно. Бенедиктинец вручил мне два разноразмерных кошелька с серебром и третий - с медно-бронзовой 'мелочью' и заявил, что с уезжающим завтра с ярмарки торговцем всё уже обговорено, а моя задача - всего лишь с утра прибыть к городским воротам и занять своё место в санях.

Вы понимаете: они даже и не сомневались в моём согласии! И правильно.

В конце концов, с хозяйством моим в Жатеце ничего не случится, минимальный набор блюд Зденек - ученик мой - приготовить уже способен, да и Дашка, его старшая сестра, а, кроме того, моя невеста, - девушка серьёзная, за порядком приглядит.

Ну, а простому жатецкому трактирщику 'родом из Царства Пресвитера Иоанна' придётся в меру скромных сил послужить славянскому делу. Потому-то я и еду сейчас, кутаясь в кожух и надвинув на самые брови войлочную шляпу с беличьим подбоем, в неизвестный мне доселе Пражский Град. Бок о бок со мной в кошевке дремлет земан Ян Жбан - мелкий дворянин из-под города Лоуни, что в дне пути от Жатеца.

Небольшого роста, жилистый, с иссечённым морщинами смуглым лицом, он внешне никак не соответствовал своему родовому прозвищу. Да, помню, здорово он удивился, когда в неурочную вечернюю пору в горницу маетка, где ужинали Жбан с сыновьями, караульный ввёл какого-то неизвестного парня, от макушки до каблуков обсыпанного снегом.

Положив ложку на край глиняной мисы, старый пан воззрился на нежданного гостя:

- Кто таков? С чем явился?

Соблюдая богемские правила приличия, отвешиваю поклон хозяину и чуть менее глубокий - остальным.

- Макс Белов, из Жатеца, вольный мастер, к услугам Твоей чести, шановный пан земан. Пан Павел Чернин просил узнать, поздорову ли живёшь?

- Здоров, слава Йсу! И ему вкупе с дядюшкой его того же желаю. Так и передай. Чего от старого Жбана Черниным позанадобилось? Ведь не просто так тебя ко мне послали-то?..

- Во веки веков слава! Просил меня пан Чернин показать одну вещицу, тебе известную да обговорить дело некоторое...

С этими словами я принялся рассупониваться, чтобы без помех залезть за пазуху. Краем глаза отметил, что двое младших Жбанов как-то напряглись, один даже как бы невзначай переместил руку вплотную к черенку лежащего на столе ножа. Странно, чего это они? Выуживаю приметный крестик, подаренный мне некогда рыцарем в память о его спасении от монгольского плена, стаскиваю через голову гайтан и протягиваю на ладони старому земану.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.