Бегущая по огням

Михайлова Евгения

Серия: Детектив-событие [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Бегущая по огням (Михайлова Евгения)

Евгения Михайлова много лет занималась журналистскими расследованиями. Героями ее публикаций становились невинно осужденные, воспитанники детских домов, люди, лишившиеся доброго имени, дома, надежды. И если порой в жизни борьба за справедливость терпит поражение, в детективных романах Евгении Михайловой истина и любовь побеждают всегда, несмотря на самые тяжелые испытания!..

Все события и персонажи романа вымышленные

Часть первая

Покойники снятся к дождю. Дерьмо – к деньгам. Спутанные, выпадающие волосы – к беде. Собственный страх снится только к тому, что он есть на самом деле. Резкие, яркие картинки, пробуждение в холодном поту – все это означает одно: опасность рядом.

Глава 1

Частный детектив Сергей Кольцов устроил себе отпуск. Просто осуществил свою навязчивую идею, главное желание, в котором иногда стеснялся признаться самому себе. А тут – закончил очередное, не самое сложное, но очень муторное дело, посмотрел на градусник на балконе: «Кошмар, я уже вяленый продукт», – заглянул в холодильник на кухне, сказал этому тупому агрегату без внутреннего содержания: «Я не могу терпеть бесполезную мебель. Надо тебя менять на скатерть-самобранку». На том, что давно пора его помыть и протереть, Сергей зацикливаться не стал. Нервы не железные. И он быстро набрал мамин номер.

– Привет, ма. Ты в порядке?

– У меня все по-прежнему, сыночек. Волнуюсь. За тебя. Как твое дело?

– Нормально. Слушай, на меня прямо вот сейчас, с потолка, обрушилась гениальная идея. Отпуск! Ты помнишь, когда я был в отпуске? Я – нет.

– Я помню, но это неважно. Это очень хорошая идея. Сейчас можно заказать тур на море на любое количество дней…

– Ты меня не дослушала. То, что ты предлагаешь, – не гениальная идея. Я не хочу вставать, идти с чужими людьми на завтрак, не хочу жариться на солнце, мне и так жарко… В общем, не нужен нам берег турецкий. Мам, я никогда тебе не говорил, но я живу с мечтой. Тебе интересно?

– О чем ты спрашиваешь! Или ты дурачишься, как всегда?

– Я серьезно. Я все время хочу вернуться в детство. К тебе. В такой отпуск я постоянно хочу. Чтобы ты меня будила словами: «Деточка, все уже обедают». Хочу ныть над глазуньей, что у нее растекся один желток. Мама, я хочу, чтобы ты мне варила компот из вишен, чтобы ты сидела рядом со мной, когда я буду засыпать. Чтобы рассказывала, как никогда бы не поверила в то, что я стану очень умным. Таким я был клоуном. Ты думаешь, я шучу?

– Что ты, Сереженька! Я плачу. Я жду тебя. Точнее, я побежала за вишнями. И очень постараюсь, чтобы у глазуньи потек один желток… Какой же ты у меня… Чудесный.

Сергей бросил в рюкзак какие-то вещи, отключил от сети компьютер и домашний телефон. В маминой квартире в его комнате все будет так, как было раньше. Тот же диван, тот же стол, ноутбук, который он, конечно, не собирается включать. Они будут рано ложиться и очень поздно вставать. И вообще. Человек отдыхает только в лежачем состоянии, если он, конечно, в остальное время работает. И, самое главное, на его диване в маминой квартире Сергею показывают самые любимые сны. Мобильный телефон он заблокирует. Иначе все испортят. О! Как здорово он придумал – исчезнуть для всех и оказаться в детстве.

У них все получилось. Они были так счастливы вдвоем, так понимали друг друга, делали, что хотели. Точнее, Сергей ничего не делал. Вот уже три дня он разговаривал с мамой, составлял ей компанию, когда она готовила еду, убирала, стирала. Он постоянно предлагал помощь, но Марина Евгеньевна в ужасе говорила: «Ты что! Ты дискредитируешь свою гениальную идею, я прекрасно все сделаю сама. Ты только мне помешаешь. Просто подними ноги на диван». Он ел окрошку, гаспачо, котлеты, вишневый компот и мороженое. Ему все так нравилось, что он стал побаиваться: «Мам, я не стану умственно отсталым от такой жизни? Ты все знаешь про медицину. Это меня не Альцгеймер прихватил?»

Мама очень много смеялась. Она, конечно, не стала говорить Сергею, что вообще смеется только в его присутствии. Не хватало, чтобы у него появилось чувство вины. Но они так были привязаны друг к другу. Надолго не разлучались. Она была его классной руководительницей в школе, преподавателем литературы. Любила в жизни одного мужчину: отца Сергея, такого же голубоглазого блондина, как и сын. Он был летчиком и однажды не вернулся. Самолет разбился…

– Давай я тебя постригу, – предложила мама Сергею.

– Я опасаюсь, – ответил он просто от лени. – Ты можешь меня обкорнать, как соседского пуделя, помнишь? Был вполне себе пес, получилась стриженая крыса. Я боялся, что его хозяйка тебя убьет.

Но она все же привела в порядок его густые волнистые, очень светлые волосы и сказала: «До чего же ты красив». Мама считала, что ребенку нужно постоянно говорить комплименты, чтобы не потерял чувства полноценности.

Сергей улыбнулся и внимательно посмотрел на нее.

– Раз пошла такая пьянка, извини, раз мы впали в такую идиллию, хочешь, скажу, на кого ты мне всегда казалась похожей? На Ирэн из «Саги о Форсайтах». Только на очень скромную Ирэн, которая боится быть яркой, заметной. В общем, учительница в тебе задавила Ирэн. А так – карие глаза, волосы, как сказано в книге, «цвета мертвых листьев». У тебя и седины нет совсем.

– Не могу поверить, – сказала мама. – Я таких комплиментов в жизни не слышала. Вот мне повезло! Все. Я надену свое лучшее зеленое платье и пойду в «Перекресток» за продуктами. Есть заказы?

– Пива купишь?

– А. Вот в чем дело. Куплю, конечно. А начал издалека – Ирэн…

– Не в этом дело, – серьезно ответил Сергей. – Я правду сказал.

Когда Марина Евгеньевна ушла, он послонялся по квартире, потом разделся до плавок, позагорал на раскладушке на лоджии. Солнце светило ему прямо в лицо, но это было очень приятно. Потому что он уже спал и снился ему золотой дворец. В нем были золотые стулья, столы, в золотых вазах стояли золотые цветы.

– Сережа, – раздался мамин голос.

Он сразу резко вскочил. Эту интонацию он услышал бы сквозь любой сон.

– Что случилось?

– Мне кажется… Не только мне. Со мной была соседка Вера. Там, недалеко от магазина, под деревом у дорожки… Лежит что-то ужасное.

– Точнее!

– Вера говорит, это похоже на труп. Я не могла рассматривать. Запах… И мухи. Что-то, завернутое в красную тряпку.

Сергей задумчиво посмотрел в окно. На солнце сейчас все сорок. У большого магазина. Запах, мухи. И до сих пор никто, кроме мамы, не заметил.

– Может, позвоним по 02? – спросил он практически без надежды. Его мягкая, нежная мама была катастрофической максималисткой. Раз она на это наткнулась, отпуск закончился. Они должны все узнать, всем помочь, кого-то разоблачить, раз уж оживить не получится.

– Они не станут разбираться, – сказала Марина Евгеньевна. – Может, это им действительно не по силам. Но, ты понимаешь, там нет машин, проезжей части, только узкая дорожка от наших нескольких домов… То есть… Я же всех знаю здесь.

– Я понял твою мысль. Может, это не человек? Большая собака, к примеру?

– Какая разница? – спросила мама. – Собак тоже хоронят иначе.

– Ну, что ж. Я пошел. Дай мне перчатки, в которых ты моешь пол.

Глава 2

Алла легла очень поздно: писала репортаж о фотовыставке для своей газеты. Там были представлены работы известных фотохудожников. Ей, конечно, понравилось. Талантливо. Но очень многие работы показались ей мрачными и депрессивными. Сплетенные темные ветви, скорбные лица, смятенные глаза… Да, веселых толстеньких детишек и забавных пушистых котят было мало. Но все же они были. На них бы ей и смотреть, чтобы настроение поднять. Но нужно ведь написать нормальный материал. В часа два ночи она закончила, легла, к трем провалилась в сон. А проснулась в шесть, хотя можно было спать до девяти. Она лежала, свернувшись в клубочек, как любила с детства, и не могла распрямить спину, раскинуть руки и ноги, вдохнуть глубоко, до конца. В ней что-то дрожало, мысли были вязкими, беспросветными. Алла пыталась вспомнить, что ей снилось. Снились фотографии, которые она видела вечером. И что-то еще, тягостное, уже почти привычное. Из-за этого она так рано проснулась и больше не могла уснуть.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.