Именем человечества

Корчагин Владимир Владимирович

Серия: Астийский эдельвейс [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Именем человечества (Корчагин Владимир)

ПРОЛОГ

Многие сотни лет высились развалины древнего замка на лесистом холме над Рейном. Много долгих веков безжалостное солнце и лютые морозы обрушивались на каменную громаду, стремясь стереть ее с лица земли. Но на так-то просто было справиться с гигантскими глыбами кварцита, намертво спаянными в глухие зубчатые стены. Лишь бурые пятна ржавчины да седые космы лишайников расползлись кое-где по каменным уступам. Зато на самом верху их, на тонком слое невесть откуда взявшейся земли, взметнулись в небо целые заросли орешника и кленов. И эти корявые, судорожно вцепившиеся в камень деревца словно подчеркивали дикость и неприступность древних развалин. Казалось, давным-давно уже нога человека не ступала под своды полуобрушившихся башен, и мало найдется смельчаков, которые решились бы проникнуть сквозь покосившиеся створки кованых ворот.

Так думал по крайней мере старый бакенщик Ганс Мюллер, из года в год провожавший солнце за черную громаду замка. Нет, он не верил в рассказы о привидениях баронов фон Цвишен, бывших владельцев здешних земель, о которых так любили поговорить его отец и дед. Война отучила бояться мертвецов. И тем не менее за все семьдесят с лишним лет, что прожил Ганс на свете, он ни разу не заставил себя подняться к подножию мрачных стен. Зачем дразнить судьбу? Людская молва не вырастает на пустом месте.

Впрочем, дело было не только в молве. Не раз и не два случалось так, что, объезжая ночью свои бакены, Ганс в сам слышал, как со стороны замка, будто из-под земли, доносились какие-то странные скрежещущие звуки. А с месяц назад он вдруг ясно увидел в бойницах одной из башен яркую вспышку света, точно красная ракета прочертила черный зев проемов, как бывало там, на войне...

Словом, недобрым местом был этот замок фон Цвишен, и каждый раз, особенно после захода солнца, старый Мюллер старался как можно скорее миновать жуткий холм, чтобы не видеть угрюмых стен.

Вот и сегодняшней ночью, осмотрев дальний бакен за поворотом реки, изо всех сил налег на весла и уже выгреб на ровный плес, как там, в развалинах, что-то щелкнуло, а в следующий момент тонкий, прямой, как натянутая струна, фиолетово-красный луч вырвался из-за темных башен и скользнул ввысь, навстречу поднявшейся луне.

Ганс перестал грести, не в силах оторвать глаз от непонятного зрелища. Это была уж не ракета. И вообще не походило ни на что, когда-либо виденное Гансом. Такое возможно лишь во сне. Уж не спит лb он в самом деле? Ганс провел ладонью по лицу, даже протер глаза. Но луч не исчез. Вот он чуть дрогнул, качнулся из стороны в сторону, стал уже, отчетливей. Будто тонкая раскаленная игла нацелилась на луну.

Ганс привстал с места, стараясь рассмотреть невиданное зрелище. Но тут в лицо ему ударила вспышка, жгучая, ослепляющая. Резкий звук выстрела прокатился над водой. Острая боль пронзила грудь. Весла выпали из рук старика, ноги подкосились, и он почувствовал, что летит в страшную бездонную пропасть...

У военного министра

Генерал Колли, глава военного ведомства одной из стран Запада, эффектным жестом обвел карту восточного полушария, спроецированную на светящийся экран, и торжественно произнес:

– Как видите, господа, мы замкнули кольцо военных баз вокруг нашего противника. Они в мешке! И стоит нажать на известную вам кнопку, как десятки тысяч атомных боезарядов не оставят камня на камне от империи большевиков.

– А если они тоже нажмут на кнопку? – раздалось из задних рядов, от двери.

– Это не будет иметь никакого значения. Система нашей Глобальной космической обороны, которая вот-вот войдет в строй, не даст подняться в стратосферу ни одной советской ракете.

– А они не подготовили нечто подобное? – не унимался тот же скептический голос.

– Ничего подобного у них нет и быть не может, Сегодня я могу сообщить вам, что рентгеновский лазер огромной мощности, о котором вы уже знаете, прошел последние испытания на секретной базе нашего европейского союзника. Результаты превзошли все ожидания.

– Но почему, черт возьми, вы уверены, что они не изготовят такой же лазер или что-нибудь похлеще?

Колли многозначительно усмехнулся:

– Лазер изготовить можно. Да ведь нужен еще и отражатель на очаровательном лике Царицы ночи. А вот этим располагаем только мы. Да-с, господа, мы недаром вложили свою лепту в программу «Аполлон». И, как видите, пришла пора получать дивиденды. Русские не высадятся на Луне и через десяток лет. И было бы по меньшей мере глупо не воспользоваться этим обстоятельством. Сам господь бог дает нам последний шанс.

В зале воцарилась напряженная тишина.

– Значит ли это, что мы готовы начать ядерную войну? – нарушил ее наконец один из начальников штабов.

Колли выразительно пожал плечами:

– Ну, такой вопрос решают только Конгресс и Президент. Мы можем лишь доложить им, что через год, максимум – два, будет исключена всякая возможность ответного удара.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

1

Андрей Николаевич Зорин, главный врач крупного кардиологического санатория, впервые ясно осознал, что жизнь прошла зенит и стремительно покатилась вниз. Нет, дело было не в сердце, оно пошаливало давно. Дело было в другом. Зорин стал все чаще замечать, что подавляющее большинство людей: коллег, сослуживцев, пациентов, просто знакомых, – несравненно моложе, сильнее его, а главное, живет какой-то другой, непонятной ему жизнью. Он вдруг почувствовал себя в роли постороннего, никому не нужного пассажира на стремительно несущемся экспедиционном или военном судне, где все, кроме него, знают свое место, свои обязанности, заняты чрезвычайно нужным, чрезвычайно важным делом и просто не замечают его, случайно затесавшегося в этот дружный, давно сработавшийся экипаж. Даже новая работа в санатории, назначение на которую он сначала воспринял как повышение по службе, теперь выглядела тихой мутной заводью, в какой он оказался именно потому, что стал слишком стар, слишком никому не нужен, слишком не такой, как все эти окружающие его молодые энергичные люди.

В памяти снова и снова всплывали скупые вехи промелькнувшей жизни: годы учебы, небольшая сельская больница, фронтовой госпиталь, последняя кардиологическая клиника. И вот теперь – этот кабинет, где он превратился в самого заурядного администратора. И даже не администратора, а скорее – инспектора по разбору жалоб.

И сегодня, час назад, молодая интеллигентная дама со слезами на глазах пожаловалась на нетактичность, даже грубость лечащего врача.

А ведь во всем этом надо разбираться, принимать какие-то меры. Вот и с этой дамой... Он тяжело вздохнул и вызвал секретаря:

– Попросите ко мне, пожалуйста, врача Тропинину.

– Татьяну Аркадьевну?

– Да, если она не очень занята...

Секретарь прикрыла за собой дверь. И тотчас привычно защемило под грудиной.

– Вот, снова... – он торопливо достал из стола коробочку с валидолом, но не успел положить таблетку в рот, как дверь распахнулась, и в кабинет стремительно вошла Тропинина.

– Я слушаю вас, Андреи Николаевич.

Зорин окинул взглядом молодого кардиолога. Красивая, стройная, с пышным ворохом темно-каштановых волос, в безукоризненно белом, тщательно отглаженном халате, в подчеркнуто независимым выражением лица, она была воплощением той молодой силы, которая так пугала главного врача.

«А вот с больными ладить не умеет!» – придирчиво подумал он, соображая, с чего начать неприятный разговор. Однако Тропинина опередила его.

– Вам, очевидно, пожаловались на меня? – спросила она, глядя прямо в глаза Зорину.

– Да, вы угадали. Час назад у меня была ваша больная Клячкина...

– Простите, Андрей Николаевич, небольшое уточнение: не больная Клячкина, а симулянтка Клячкина.

Зорин даже привстал от неожиданности:

– Ну, знаете!..

– Да, знаю. Я обследовала Клячкину самым тщательным образом и установила, что сердце у нее абсолютно в норме. Нужно иметь поистине гипертрофированную мнительность и еще более гипертрофированную наглость, чтобы ехать с таким сердцем в наш санаторий, в то время как сотни действительно больных людей годами ждут такой возможности.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.