Софья Перовская

Павлюченко Элеонора Александровна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Софья Перовская (Павлюченко Элеонора)

Глава I

НАЧАЛО ПУТИ

Природа мать! когда б таких людей

Ты иногда не посылала миру,

Заглохла б нива жизни…

Н. А. Некрасов «Памяти Добролюбова».

— Зовут меня Софья Львовна Перовская. От роду имею 27. Звание — дочь действительного статского советника. Занятие — революционная деятельность.

Эти скупые и гордые слова принадлежат русской революционерке Софье Львовне Перовской. Она обвинялась царским судом в страшном преступлении против самодержавия — в убийстве царя Александра II 1 марта 1881 года. Этот героический акт завершил короткую, но яркую жизнь одной из славных представительниц замечательного поколения революционеров-народников.

* * *

Дворянский род Перовских принадлежал к числу аристократических. Прадедом Софьи Львовны был граф А. К. Разумовский — племянник знаменитого фаворита императрицы Елизаветы Петровны. Его внебрачные дети и получили фамилию Перовских — по названию их подмосковного имения Перово. В течение почти столетия фамилия Перовских была одной из тех, которые поставляли российскому самодержавию верных слуг. Среди них мы найдем и министров (граф Л. А. Перовский — министр внутренних дел в 1841–1852 гг.), и генералов (В. А. Перовский, под начальством которого было начато покорение Средней Азии), и губернаторов (Н. И. Перовский — дед Софьи Перовской — губернатор Таврии). Отец прославленной революционерки — Лев Николаевич Перовский действовал вполне в духе своих сиятельных предков и успешно продвигался по служебной лестнице: вице-губернатор в Пскове, затем в той же должности в Петербурге, наконец, с 1865 года — петербургский губернатор. Дальнейшей карьере действительного статского советника Перовского помешали… революционеры: выстрел Д. Каракозова в Александра II в 1866 году привел к отставке губернатора. С тех пор и до конца своей жизни (1890 г.) Перовский был членом совета министерства внутренних дел — того министерства, чины которого охотились за его дочерью, ставшей революционеркой.

Как же случилось, что семья одного из столпов и ревнителей «общества» породила непримиримую и энергичную разрушительницу его?

Софья Львовна Перовская родилась 1 сентября 1853 года в Петербурге. Она была четвертым ребенком в семье. О ее детстве мы знаем немного. До трех лет девочка жила с родителями в Петербурге. Затем — Псков, где семья вице-губернатора занимала один из лучших домов в городе — с большим садом и прудом, — здесь дети проводили целые дни. С 1861 года — опять в Петербурге. В обширном казенном доме весь второй этаж был отведен матери с детьми. Там Соня занималась с учителями и гувернанткой-немкой, обучалась танцам. Лето, как правило, семья проводила в крымском имении.

Даже по этим отдельным фактам мы видим, что условия, в которых проходило детство Перовской, были типичны для сотен высокопоставленных фамилий. Из таких семейств выходили люди, преуспевавшие на императорской службе, служившие верой и правдой царю и отечеству: различные Бутурлины, Меншиковы, Бенкендорфы, Уваровы. Но, к великому ужасу дворянского сословия, эта же среда породила Пестеля, Чаадаева, Герцена, Кропоткина! Отсюда выходили и те Муравьевы, «которые вешали», и те, «которых вешали». Отсюда вышел жестокий самодур Лев Перовский и его дочь — замечательная русская революционерка Софья Перовская.

Подобные явления казались дикими и непонятными большинству «сиятельных» и титулованных дворян. Винили чрезмерное чтение («Уж коли зло пресечь, собрать бы книги все да сжечь»). Вычеркивали из памяти имена отщепенцев. Зло шутили: «Во времена французской революции сапожники хотели стать князьями, в России же, очевидно, князья — сапожниками…» Не могли понять, за что пошли на виселицу, в рудники Сибири, в добровольное изгнание люди, которым были обеспечены чины, доходы, почести.

А между тем Россия, задавленная, нищая, голодная, «страна рабов, страна господ» властно подавала голос через стены помещичьих усадеб. Из сотен барчуков, пусть одного, но охватывали гнев и возмущение против издевательств над людьми; из многих знатных и богатых наследников «лучших фамилий» хотя бы одному, свободолюбивые стихи Пушкина, гневные строки Лермонтова, пламенные мысли Белинского открывали истинный смысл жизни. Из сотен дворянских детей, учившихся читать по-французски, хотя один, да усваивал настоящий смысл слов «liberte, egalite, fraternite» (свобода, равенство, братство). Русская действительность, сложное своеобразие русской истории породили исключительное явление — дворянских революционеров: Радищев, декабристы, Герцен… На смену им пришло новое поколение — революционеры-разночинцы. Дворянское сословие в целом с годами становилось все более реакционным, но и после 1861 года из его среды выходили новые революционные борцы.

Итак, измена своему сословию ради народа, революции была во времена Перовской не новым явлением. Правда, самодержавие знало революционеров-дворян, но не сталкивалось еще с революционерками-дворянками…

Скупые сведения о детстве и ранней юности Софьи Львовны Перовской все же позволяют уяснить, в каком направлении шло ее развитие. С детства Соня, умный и чуткий ребенок, была свидетельницей безобразных сцен в доме. Ее отец был бессердечным самодуром, семейным деспотом. Эти черты особенно развились в нем со времени, когда Перовский занял видное место в петербургском чиновном мире. Он кичился своим аристократическим происхождением и положением в обществе. Мелочные придирки, скандалы по поводу недостаточно вкусно приготовленного обеда или исполненного с промедлением приказания отравляли жизнь всей семьи. На глазах детей отец оскорблял и всячески унижал их мать.

Варвара Степановна Перовская, урожденная Веселовская, была умной, честной и гуманной женщиной. Она, несомненно, оказала большое влияние на развитие дочери. До конца жизни Софья Львовна сохраняла к ней самую глубокую и нежную привязанность, высоко ценила и уважала ее за ум, душу и высокую нравственность. Выросшая в провинции, в семье небогатых помещиков, Варвара Степановна не любила светской жизни и пользовалась любым предлогом для того, чтобы освободиться от приемов, выездов в общество и пожить вдали от шумного, суетного и пустого петербургского света. Так, летом 1863 года, а потом и в 1864 году она упросила мужа отпустить ее с детьми в Псковскую губернию. Здесь в имении знакомой помещицы дети пользовались всей свободой деревенской жизни, устраивали прогулки, придумывали незатейливые забавы. Когда в 1866 году Перовский был вынужден оставить губернаторский пост, семья сразу оказалась в стесненных материальных условиях. Казенный дом нужно было оставить, неожиданно всплыли многочисленные долги. Варвара Степановна, забрав с собой дочерей, уехала в Крым, где прожила до 1869 года, пока имение не было продано за долги.

Соня росла крепким здоровым ребенком. В ее характере рано проявились такие сохранившиеся на всю жизнь черты, как смелость, независимость, упорство. Кукол она никогда не любила, предпочитая им «серьезные», «мальчишечьи» игры с братьями. В 8 лет девочка научилась читать, и с тех пор книга стала ее неразлучным другом. Нелюбовь к светским развлечениям, как и другие хорошие наклонности, дочь, вероятно, унаследовала от матери. Среди петербургских знакомых Соня слыла за «мрачную девицу», так как на людях держала себя подчеркнуто молчаливо и отчужденно, редко разговаривала или веселилась в гостях. Танцевать она не любила, да и не умела, хотя в угоду правилам светского «хорошего тона» родители наняли для нее учителя танцев. Когда отец стал губернатором, в доме устраивались журфиксы (приемы). Соня держалась от них в стороне, высмеивая и передразнивая, вместе с братом Василием, расфранченных декольтированных барышень. В «свет» она не выезжала, ни на каких балах не бывала: до отъезда из Петербурга в 1866 году была мала, а по возвращении в столицу в 1869 году сразу же стала «отщепенцем», курсисткой. Любимыми развлечениями Сони были зимой катание на коньках, а летом — верховая езда, плавание, рыбная ловля. Катаясь верхом, она всегда бесстрашно пускала лошадь вскачь, а в море не боялась уплывать «за горизонт». Вообще, по словам ее брата Василия, не было случая, чтобы Соня чего-либо или кого-либо испугалась, струсила. Как не походили все эти наклонности Сони Перовской на вкусы и привычки светской девушки из аристократической семьи!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.