Огонь на снегу

Картленд Барбара

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Огонь на снегу (Картленд Барбара)

От автора

Манифест об отмене крепостного права был подписан царем Александром II в 1861 году, годом позже того времени, когда разворачивается наша история. Основные персонажи вымышлены, но исторический фон описан по свидетельствам очевидцев: жестокость, военные наказания, страх перед тайной полицией, роскошь дворцов…

Идею и способ освобождения крепостных царю подсказала его тетя, великая княгиня Елена.

Сейчас в здании Михайловского дворца, в котором происходят многие события нашей истории, размещается Государственный Русский музей.

Глава 1

1859 год

— Алида!

Услышав резкий оклик и почувствовав удар закрытым веером по затылку, Алида тихо вскрикнула и вскочила. Она так зачиталась, что не услышала, как в спальню вошла ее

тетушка.

— Как всегда бездельничаешь! — строго произнесла герцогиня скрипучим, лающим голосом. — Если тебе нечего делать, я найду занятие. Я уже не раз говорила тебе, чтобы ты не забивала себе голову всякой чепухой!

— Простите, тетушка Софи.

— Вот так-то лучше! — отрезала герцогиня. — Ты намеренно ослушалась меня и прекрасно это знаешь. Где ты взяла книгу?

Немного помолчав, Алида робко ответила:

— В… библиотеке.

Снова удар веером, на этот раз по щеке.

Девушка отступила, закрыв маленькими пальчиками горящий след.

— Сколько раз я тебе говорила, — бушевала герцогиня, — чтобы ты не смела брать книги из библиотеки. Они принадлежат твоему дяде и вовсе не предназначены для юной девушки! — Ответ Алиды читался в ее взгляде, но герцогиня, не дав ей вымолвить и слова, продолжала: — Я знаю, твой отец разрешал тебе читать все, что ты хочешь, но должна повторить в тысячный раз: ни у него, ни у твоей матери не было ни малейшей ответственности за нравственное воспитание дочери! — Герцогиня подчеркнула слово «нравственное» и, скривив губы, добавила: — Это вряд ли может удивить, если учесть, чем занималась твоя мать.

Алида сжала кулаки. Эти слова она слышала часто и уже знала, что будет дальше. Тем не менее она всегда тяжело переживала подобные замечания и всегда хотела защитить мать и опровергнуть жестокие слова, которые о ней говорили.

— И в самом деле, — не унималась герцогиня, — что могла знать о приличиях женщина, опустившаяся до того, чтобы выступать на сцене? Женщина, которую любой мог увидеть за плату, женщина, в которой не было ни капли скромности и деликатности — неотъемлемых черт женского характера?

— Я не должна отвечать! Не должна! — шептала себе Алида. Ей было прекрасно известно, что произойдет, если она осмелится возразить. Переехав два года назад после смерти родителей к дяде и тете, она и помыслить не могла, что кто-то будет так жестоко клеветать на ее матушку. Но вскоре убедилась на горьком опыте: стоит ей начать спорить или даже просто ответить, по ней мгновенно прогуляется дядюшкин хлыст.

Прожив в замке два года, Алида научилась скрывать свои чувства и находила даже некоторое удовлетворение, видя, как удивляет родственников ее безропотность. Однако ей всегда было больно слышать обвинения в адрес ее любимой, доброй матушки и сознавать себя трусихой, не способной дать отпор.

— Книги существуют для мужчин, — продолжала герцогиня. — Женщины должны шить, а девушке в твоем положении, Алида, следует заниматься чем-нибудь полезным.

— Я уже пробовала, тетушка Софи!

— Вот и правильно! Ты нищая! Слышишь, Алида? Нищая! Ты живешь на иждивении дяди и должна по крайней мере помогать мне, чем можешь, а этого-то я, к сожалению, не замечаю!

— Я стараюсь, тетушка Софи.

— Тогда немедленно верни книгу в библиотеку, — приказала герцогиня, — и, если я когда-нибудь опять застану тебя за чтением, обещаю, что дядя очень строго накажет тебя! — Сурово посмотрев на племянницу, она добавила: — Ты, может быть, думаешь, раз тебе восемнадцать лет, то тебя уже нельзя выпороть? Обещаю, если ты будешь вести себя как непослушный ребенок, с тобой и поступят как с непослушным ребенком!

— Да, тетушка Софи. — Алида взяла книгу и направилась к двери.

— Подожди! — окликнула ее герцогиня.

Девушка остановилась и с опаской оглянулась на тетю. Большие глаза на маленьком личике были полны непролитых слез не столько из-за удара веером, оставившего на щеке багровый след, сколько из-за злобы, с которой тетя отзывалась о ее матери. Алида понимала: она не в силах изменить отношение дяди и тети к своим родителям.

— Я пришла сообщить тебе нечто, что несомненно обрадует тебя, — медленно произнесла герцогиня, — однако твое поведение заставляет меня задуматься, не стоит ли попросить Мэри изменить свое решение.

— Изменить решение? — переспросила Алида.

— Твоя кузина добра и великодушна к тебе, хотя, видит Бог, ты этого не заслуживаешь. Она хочет, чтобы ты, Алида, поехала с ней в Россию.

— В Россию? — опять переспросила Алида, не веря своим ушам.

— Не повторяй, как попугай, каждое мое слово! — в раздражении закричала герцогиня. — Через неделю она отправится в Россию, и там будет сообщено о ее предстоящем бракосочетании с его светлостью князем Воронцовым.

— О тетушка, как замечательно! — воскликнула Алида. — Надеюсь, она будет счастлива!

— Не сомневаюсь, Мэри будет счастлива с таким выдающимся человеком, — согласилась герцогиня. — И она просит — по-моему, зря — позволить тебе сопровождать ее на правах компаньонки и быть с нею до самой свадьбы.

— И я должна отправиться с ней… на следующей неделе? — спросила Алида.

— Вот именно, — подтвердила герцогиня. — Но мне кажется, Мэри жестоко ошибается. Лучше бы она взяла с собой кого-нибудь из своих подруг. Например, леди Пенелопу Беркли, очаровательную, воспитанную девушку. Но она почему-то хочет, чтобы ехала ты. — По голосу герцогини можно было понять, что ее удивляет просьба Мэри.

У Алиды возбужденно заблестели глаза.

— Это очень мило со стороны Мэри, — сказала она, — и я, разумеется, постараюсь быть ей полезной!

— Надеюсь! — отчеканила герцогиня. — Не многим молодым женщинам представляется такая возможность. Могу только молить Бога, Алида, чтобы ты не подвела.

— Конечно, тетушка Софи.

— Сомневаюсь, чтобы ты могла отличить хорошее от дурного, учитывая, чья кровь течет в твоих жилах, — злобно заметила герцогиня. — Но ты недолго пробудешь в Петербурге, потому что великая княгиня Елена, у которой остановится Мэри, разумеется, захочет, чтобы свадьба состоялась побыстрее, и ты сразу же вернешься домой самой дешевой дорогой.

— Да, тетушка Софи.

Герцогиня оглядела племянницу с ног до головы.

— Полагаю, — нехотя произнесла она, — тебе потребуется еще несколько платьев, хотя ума не приложу, как дядя отнесется к подобным излишествам.

— У меня очень мало приличных платьев, — согласилась Алида. — Я пыталась подогнать старые платья Мэри, но она ведь гораздо выше меня.

— Она, безусловно, очень видная девушка, — ответила герцогиня, — тогда как ты, Алида, совершенно незаметна. Мы пошлем в деревню за миссис Харбен, и она сошьет тебе несколько дневных, а может быть, и одно-два вечерних платья. — Прежде чем Алида могла поблагодарить ее, герцогиня продолжила: — У нас не будет времени, даже если мы и могли бы позволить себе большее. Кроме того, на тебя никто не обратит внимания, и, надеюсь, у тебя хватит ума не высовываться! — Помолчав, она очень выразительно добавила: — Хотя ты и едешь туда на правах компаньонки, на самом деле ты будешь не более чем старшей прислугой, выполняющей распоряжения Мэри и заботящейся о ее комфорте.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.