Ирландский воин

Кеннеди Крис

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ирландский воин (Кеннеди Крис)

Глава 1

Ранняя осень, Северная Ирландия, 1295 год

— Все очень просто… — послышался голос из полумрака. — Ты подчиняешься — или твои люди начинают умирать. Выбор за тобой.

Финниан О’Мэлглин, ирландский дворянин, воин и главный советник великого короля О’Фейла, мрачно улыбнулся. Все шло так, как планировалось, вернее — как ожидалось.

После того как О’Фейл в ответ на давнее, но, разумеется, неискреннее приглашение лорда Рэрдова отправил своего главного советника на встречу с ним, Финниан был изолирован от своих людей сначала обильным угощением, а потом — тюрьмой. Рэрдов был вполне предсказуем — и опасен.

Финниан возражал против этой встречи, но его король настоял на ней. Однако советник предчувствовал: Рэрдов затевал что-то опасное, причем имевшее отношение к легендарным уишминским краскам.

К сожалению, Рэрдов тоже подозревал, что ирландец что-то замышлял.

От жестоких побоев все тело Финниана ныло и болело, но он не обращал на боль внимания и думал только о том, как разрушить планы Рэрдова, — ради этого Финниан и его люди дали клятву умереть, если потребуется.

— Знаешь, Рэрдов, я почему-то не чувствую, что могу тебе доверять, — ответил ирландец.

Стражники, державшие руки пленника, настороженно взглянули на него. Даже брошенный в тюрьму, с наручниками на запястьях и с приставленным к горлу кинжалом, он внушал им страх — Финниан видел это в их глазах и чувствовал в зловонии страха, исходившем от них. Он издал гортанный рык, чтобы немного позабавиться. И тотчас же из тени вышел лорд Рэрдов, правитель небольшого, но стратегически важного лена на ирландской границе. Медленно приблизившись к пленнику, он проговорил:

— Прекрати пугать моих людей, О’Мэлглин. Лучше объединяйся со мной — и станешь богатым человеком.

— Богатым, говоришь? — Финниан хрипло рассмеялся. — Мне следовало что-то придумать — тогда не оказался бы в цепях.

— Но ты же начал не в цепях, верно? — Рэрдов вздохнул, изображая сочувствие к пленнику. — Мы начинали в моих покоях, с вином и мясом. А теперь… Осмотрись.

Финниан окинул взглядом свою темницу, где по каменным стенам, покрытым засохшей кровью предыдущих обитателей, стекала грязная вода с верхних этажей.

— Согласен, барон. Наши отношения испортились.

Англичанин едва заметно улыбнулся:

— Ты найдешь во мне исключительно любезного господина, если захочешь.

— Господина?! — Слово это вылетело изо рта ирландца словно плевок. Рэрдов, высокий, румяный и светловолосый, являл собой английский идеал благородной мужской красоты, и Финниану захотелось выбить ему зубы.

— Сто монет лично тебе, если ты обеспечишь сотрудничество О’Фейла в этом деле, — продолжал барон.

— Ты, Рэрдов, — отозвался Финниан с усмешкой, — здесь уже двадцать лет, и земля под тобой гибнет. Урожаи у тебя не собираются, твои люди умирают от лихорадки, а скот гибнет. Твой сюзерен тебя терпеть не может — как и я. Так ради чего же я стану объединяться с тобой?

Барон нахмурился и проворчал:

— Но ведь твой король послал тебя сюда, чтобы договориться, разве не так?

Проникнуть в замок Рэрдов — вот зачем на самом деле отправил его сюда король. Это был шаг первый, и он уже выполнен.

— Договориться? — переспросил Финниан. — Ты это так называешь?

— Я называю это необходимостью.

— Рэрдов, мой вопрос был прост, и он не изменился с тех пор, как я постучал в твою дверь. Скажи, что ты приобретаешь от такого союза?

Шаг второй: выяснить, известно ли что-либо Рэрдову о красках.

— Главное — уменьшится угроза войны на моих границах, — ответил англичанин. — И будет положен конец старой междоусобице. Кроме того… — Барон помолчал. — Быть может, я получу доступ к некоторым вашим ирландским документам.

Теперь стало ясно: Рэрдов знал все. И именно этого он, Финниан, все время боялся.

— Значит, тебе известно о красках? — медленно произнес ирландец.

Считалось, что уишминские моллюски были забыты на столетия, но легенды о них дошли до римлян. А потом, во времена, когда могущество держалось прежде всего на острие меча, цвет индиго было позволительно носить только членам королевской семьи. Однако человек, обладающий рецептом его изготовления, мог стать богаче, чем король, — намного богаче и намного могущественнее.

— Не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь. — Губы Рэрдова растянулись в улыбке.

Негодяй! Ведь об уишминских красках действительно была сложена легенда — ошеломляющая, поразительная, невероятная!

Заставив себя успокоиться, Финниан спросил:

— А твой король Эдуард что-нибудь об этом знает?

— В данный момент тебе следует больше думать обо мне, — с усмешкой ответил Рэрдов.

— О, не волнуйся, думаю, — кивнул Финниан. Было совершенно очевидно: безрассудство, подтолкнувшее Рэрдова заключить в тюрьму ирландского дворянина, выполняющего миссию переговорщика, свидетельствовало об отчаянном стремлении англичанина раскрыть тайну уишминских моллюсков.

Удивительные темно-синие краски действительно представляли огромную ценность и сами по себе, но этого было бы недостаточно, чтобы заставить английского лорда, одиноко живущего у ирландской границы, с такой энергией убеждать своих врагов объединиться с ним.

Все дело в том, что уишминские краски можно было превратить в порошок, который мог бы снести крышу с аббатства Дублина. Так знал ли об этом Рэрдов?

— Они хороши, верно? — сказал Финниан с усмешкой.

— Конечно. Несомненно. Я очень ценю их тон, — ответил Рэрдов. — Но больше всего мне нравится, как они взрываются.

Черт побери! Проклятый англичанин все знает!

— Да, понимаю, — коротко кивнул Финниан. — У тебя, возможно, есть уишминцы, но ты не знаешь, как сделать из них краску, так ведь? Тебе необходим рецепт и кто-то, кто сумеет его прочитать. Я прав?

— Но тогда, — улыбнувшись, ответил Рэрдов, — почему бы нам, ирландцам и мне, не действовать сообща?

Возможно, потому, что и сами ирландцы утратили рецепт уишминских красок сотни лет назад. Но далее если и так, Финниан не видел особой необходимости сообщать об этом Рэрдову.

— Тебе что-то не нравится? — поинтересовался англичанин.

— Мне не нравишься ты.

— Ну-ну-ну… — Рэрдов покачал головой. — Тебе, О’Мэлглин, как и всему твоему роду, следует научиться хорошим манерам. — Он щелкнул пальцами, и один из стражников, схватив Финниана за волосы, рывком запрокинул его голову.

Но Финниан прекрасно знал, что и все его люди сейчас находились в таких же условиях. Да, конечно, все они давно уже сделали свой выбор, но если его люди могли добровольно принести себя в жертву ради Эйре [1] , то он, Финниан, не собирался отдавать их.

— А если я соглашусь? — спросил пленник. Возможно, ему удалось бы притвориться, что он подчиняется, и уйти со своими людьми.

— Что ж, тогда ты сможешь уйти. Один, разумеется.

— А потом?

— Каждый день, пока ты не вернешься с согласием своего короля, я буду убивать кого-то из твоих людей.

— Мои люди пойдут со мной, — заявил ирландец.

Барон с притворным сожалением покачал головой:

— Нет, Финниан. Ты должен согласиться, что я буду дураком, если освобожу вас всех, не обеспечив себе гарантии на тот случай, если пункты нашего соглашения не будут приняты.

— Да, верно. Ты, Рэрдов, дурак.

Губы барона растянулись в недоброй улыбке.

— Пожалуй, лучше по два пленника в день… — протянул он, разглядывая свои ногти. — Одного на рассвете, второго — перед сном.

— Я подпишу договор, — объявил Финниан. — Только освободи моих людей.

— Освободить? Что ж, давай так: прежде чем они уйдут, мы подпишем бумаги при свидетелях, а также просмотрим руководство по приготовлению красок — и все прочее.

Финниан молча отвернулся к стене.

— Я и не ожидал от ирландца особого ума. — Вздохнув, Рэрдов обратился к страже: — Приковать его к стене и дать несколько ударов кнутом по спине. Посмотрим, не передумает ли он тогда.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.