Истории про Петру

Касс Кристийна

Жанр: Детская проза  Детские    2011 год   Автор: Касс Кристийна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Истории про Петру (Касс Кристийна)

С папой на санках

Зима потому классное время года, что идёт снег, можно лепить снеговиков, кататься на коньках и на санках.

— Ну-ка, доченька, одевайся потеплее, пойдем кататься на санках, — сказал однажды папа.

Если папа сказал, что пойдём кататься, то собираться нужно живо, потому что папа такое говорит нечасто.

Мама проверила, чтобы я надела теплую кофточку, колготки, рейтузы и шерстяные носки, шапку и шарф, толстую куртку и ватновые штаны, и непромокаемые варежки — это все, чтобы не замёрзнуть.

Папа надел только джинсы, футболку и куртку, а шапку надевать не стал.

Я сказала, что так нечестно, что папе не надо надевать шерстяной комбинезон и ватновые штаны, но папа лишь рассмеялся:

— Ха-ха! Вот когда вырастешь, то будешь надевать, что захочешь. Кроме того, на улице даже минуса нет.

На горке было много детей и мало взрослых. Почти все съезжали на санках или на лыжах и тотчас карабкались обратно. И почти все взрослые стояли на горе или по обочинам и кричали своим детям, мол, молодец, давай еще разок.

Но мой папа хотел быть лучше этих пап и мам, которые только криками подбадривают своих детей, машут руками и, дрожа от холода, смотрят на всё со стороны.

Мой папа сел со мною в санки, хотя двоим поместиться там трудно. Папа сильно оттолкнулся, санки понеслись вниз, и он закричал:

— Пропустите с ребёнком! Эй, внизу, поберегитесь, кому жизнь дорога!

На середине спуска папа вылетел из санок, но продолжал улыбаться.

— Бедненькие, стоят там и дрожат, — сказал папа. — Они и знать не знают, как здорово кататься на санках.

Мы съехали с папой еще пять раз, и каждый раз папа вываливался из санок. Последний раз он уже не улыбался, а только сказал, что на сегодня хватит, потому что штаны у него совсем промокли.

— Ты что, дома в туалет не сходил? — удивилась я.

А папа ответил, что это он не написал в штаны, а что они промокли от снега.

— Тебе тоже надо было надеть шерстяную кофту и толстые штаны, — сказала я.

И папа ответил, что я совершенно права.

Мне хотелось ещё покататься одной, и я забралась на горку и скатилась, потом опять забралась и опять скатилась, и мне было ужасно весело.

А мой бедный папа стоял под горкой в мокрых штанах, дрожал точно так же, как другие папы и мамы, и кричал мне, что здорово, давай еще разок.

Новогодний салют

Новый год — это так здорово. Если ты, конечно, не маленький и не боишься громких взрывов. И даже не решаешься выйти из дома, когда небо расцвечено разноцветными ракетами и папа зовет тебя во двор запускать салюты.

Папы такие смешные. Им прямо не терпится в Новый год устроить салют. Вот моему папе — точно не терпится.

— Сначала запустим штучки две… и потом ещё две… а потом ещё и ещё… они вон какие крутые! — приговаривал папа. — Ты пойдёшь смотреть папины салюты?

Я ответила, что я девочка, а девочки не любят, когда всё вокруг гремит. Мне бы понравились бесшумные ракеты.

Мама обещала пойти с нами. Она сказала, что после папиного салюта мы сходим на мост посмотреть большой салют. И мне разрешили одеть на шапку розовые наушники, чтобы не так сильно слышать грохотанье.

Мы вышли во двор, и папа запустил несколько ракет. Он радостно скакал по двору, прямо как я, когда получила от Деда Мороза в подарок санки с рулём.

Потом мы пошли на мост, потому что оттуда лучше всего видно салют, но там собралось столько народу, что было не протолкнуться.

И тут я увидела собачку. Маленькую, лохматенькую. Она была совершенно одна и боялась грохота, кажется, ещё больше, чем я, когда была маленькой. Какой-то мальчик поджёг бомбочку прямо рядом с этой собачкой. Пёсик страшно испугался и подскочил.

— Иди сюда, собачечка! — позвала я её. Она посмотрела в мою сторону, но подойти не решилась. Я снова поманила собачку, и она подошла ко мне. У неё тряслись уши, она вся дрожала, хотя шерсть у неё была густая. Я присела на корточки и погладила собачку, и она встала передними лапами мне на колени. Она вздрагивала и повизгивала при каждом взрыве.

Я взрывов так отчетливо не слышала, потому что на мне были шапка и наушники. А у маленькой собачки не было ни шапки, ни наушников, а просто голые уши. Тут мне в голову пришла хорошая идея. Я сняла наушники и одела их собачке. И надо же! Когда громыхнуло следующий раз, собачка не испугалась, а наоборот, стала лизать мне подбородок и вилять хвостом.

— Откуда взялась здесь эта собака? — спросила мама. — И почему на ней твои наушники?

Я рассказала, как собачка боялась громких хлопков, а мама рассмеялась и сказала, что я, конечно, очень добрая девочка, что одолжила собачке свои наушники, но её хозяину это может не понравиться.

— А у неё нет хозяина, она совсем одна, — сказала я и уже понадеялась, что мама разрешит мне оставить собачку себе.

— Во всяком случае у неё есть ошейник, — сообщил папа и погладил собачку. — И номер телефона есть!

Не успел папа достать из кармана свой мобильный, как вдруг к нам подбежала незнакомая толстая тётя и заголосила. Она кричала, что мы похитили её собаку и мучаем ее какими-то обручами. Толстая тётя подхватила собачку и скинула на землю мои наушники. Собачка страшно обрадовалась, хотя тётя была очень рассержена. Тётя даже не поблагодарила нас за то, что мы нашли её собаку, и ушла сердито топая.

— Таким вообще нельзя доверять собак! — проворчал папа и поднял мои наушники.

— Не стоит из-за таких людей портить встречу Нового года, — сказала мама. — Одевай-ка ты лучше опять наушники, тут ещё будет греметь и греметь.

Но я ответила, что я уже не маленькая и положила наушники в карман. На самом деле я надеялась, что увижу ещё какую-нибудь собачку, которая боится взрывов.

Утренняя спешка

Почти каждое утро мама отводит меня в детский сад. Она будит меня, достаёт из шкафа одежду и готовит завтрак. Когда все дела закончены, мы вместе шагаем в детский сад.

Но изредка бывает и так, что маме надо на работу очень рано, и тогда утром в детский сад меня собирает папа. Времени у него уходит на это гораздо больше. И у меня тоже.

— Где твоя одежда? — спрашивает папа, когда я разлепляю глаза.

— В шкафу, — отвечаю я. И папа идёт к шкафу.

Папе точно достанется от мамы, если она увидит, как он порылся в шкафу. Когда через несколько минут папа находит мне в шкафу чистые трусики, маечку, колготки, юбочку и кофточку, я вспоминаю, что мама с вечера уже приготовила мне одежду. Всё красиво сложено на стуле. Но папе я этого не говорю, иначе он на меня рассердится.

Когда я уже одета, папа отправляет меня в туалет и в ванную чистить зубы.

— А мама сначала всегда отправляет меня пописать и почистить зубы, — говорю я папе. — И только потом одеваться.

Папа отвечает, что нет никакой разницы, в каком порядке это делать. И разве не здорово, что с папой утром всё можно делать в другом порядке, чем с мамой. Я говорю, что, по-моему, было бы здорово, если бы я могла съесть десерт до завтрака, а папа отвечает, что на завтрак десерта вообще не бывает.

Я иду чистить зубы, а папа в это время насыпает в пиалку хрустиков. Уже за столом папа разглядывает мою красную кофточку и говорит, что я стала похожа на мухомор, потому что моя кофточка сплошь забрызгана зубной пастой. И, может быть, мама правильно делает, что отправляет меня сначала мыться и только потом одеваться.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.