Каменный Пояс, 1980

Ковалев Николай Иванович

Серия: Каменный пояс [80]
Жанр: Критика  Документальная литература  Советская классическая проза  Проза  Биографии и мемуары  Поэзия  Поэзия  Публицистика    1980 год   Автор: Ковалев Николай Иванович  Филиппов Александр Геннадьевич  Кузнецов Валерий Николаевич  Куницын Александр Васильевич  Малов Иван Петрович  Юдина Антонина Михайловна  Егоров Николай Михайлович  Суздалев Геннадий Матвеевич  Молчанов Эдуард Прокопьевич  Фролов Сергей Васильевич  Лазарев Александр Иванович  Иванов Алексей Петрович  Веселов Вячеслав Владимирович  Хоментовский Александр Степанович  Агарков Василий Михайлович  Коростина Людмила Яковлевна  Кленова Мария  Емельянова Надежда Алексеевна  Алексеев Георгий Константинович  Левановский Валерий Николаевич  Тряпша Валерий Владимирович  Клипиницер Михаил Соломонович  Писанов Леонид Петрович  Кустов Леонид Маркелович  Задремайлов Иван Дмитриевич  Занин Анатолий Изотович  Сердюков Юрий Архипович  Сосновская Людмила Борисовна  Седов Юрий Фридрихович  Савельзон Вильям Львович  Альтов Владимир Григорьевич   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Каменный Пояс, 1980 (Ковалев Николай)

Вся история нашей страны — легендарные подвиги героев Октября, овеянные немеркнущей славой годы первых пятилеток, массовый героизм в Великой Отечественной войне, возрождение городов и сел, подъем нашего народного хозяйства в послевоенные годы, построение развитого социализма — ярчайшая летопись исторических свершений, в которых проявились могучие творческие силы народа, высокие нравственные качества советских людей.

Беспредельная верность идеалам коммунизма, коллективизм и товарищеская взаимопомощь, новое отношение к труду, подлинный демократизм, социалистический патриотизм и интернационализм, глубокий гуманизм, уважение прав и достоинств каждого человека — таковы сегодня характерные черты нашей морали, советского образа жизни.

Л. И. БРЕЖНЕВ

И. Д. Задремайлов,

Герой Социалистического Труда

СЛОВО О ЦЕЛИННОМ ХЛЕБЕ

Это осталось в том далеком сорок третьем, когда они подходили к Сталинграду.

Горел хлеб.

Огромное, до горизонта поле было окутано сплошной черной пеленой дыма, сквозь которую рвались красные лоскуты пламени.

Пахло прогорклым и сладким, как всегда пахнет горящее зерно.

Политрук Иван Задремайлов видел, как посуровели лица солдат. Один, совсем молоденький, вытирал пилоткой пот со лба и заглядывал ему в глаза.

— Хлеб горит!..

Парень был явно сельский, и внушенная с детства святость к хлебу вся протестовала сейчас в нем.

А что мог ответить парнишке-солдату он, Задремайлов, коренной крестьянин, с материнским молоком впитавший благоговение перед хлебом?..

Сидим мы с ним сейчас в уютной городской квартире, обставленной современной мебелью. С экрана телевизора улыбающийся Лев Лещенко поет о дальних дорогах. И это так созвучно тому, о чем говорим…

Хлеб… Для одних — это просто пышный каравай на обеденном столе. Для него — долгая и нелегкая жизнь, вся отданная полю, земле-кормилице.

Сам Задремайлов — с Дона. Вырос в бедной деревеньке, мужики которой невесело шутили, что «ехало к ним счастье, да богачи перехватили».

В двадцать с небольшим лет он, активист из бедноты, стал во главе колхоза «Стальной конь».

Располагались поля их сельхозартели в каких-то пятидесяти километрах от шолоховских Вешек.

Скоро Иван Дмитриевич понял: не хватает ему образования. Поступил в сельскохозяйственную коммунистическую школу, В 1936 году ее окончил. Назначили директором совхоза «Каменнобродский», что на Ставропольщине.

«Мы — кузнецы, и дух наш молод, куем мы счастия ключи…» Горячим и торжественным, как ритм этой песни, был весь строй тех незабываемых дней.

…А потом война.

Разложив на планшетке четвертушку бумажного листа, огрызком карандаша писал домой письма. И все спрашивал, как там без них управляются на земле, сеют хлеб.

Одного только желал себе, когда бежал с пистолетом впереди других: «Если смерти, то мгновенной, если раны — небольшой».

Смерть его миновала. Прошагав пол-Европы, войну закончил в Чехословакии.

В День Победы Задремайлов торжественно прикрепляет на пиджаке боевой орден Красной Звезды, другие свои воинские награды и отличия.

…Вернулся он в родное Ставрополье, в свой зерносовхоз. И еще более возросла его слава опытного руководителя.

Год 1953-й.Со страниц газет властно ворвалось в трудовые будни людей, будоража и зовя, слово «целина». Оно стало синонимом подвига. Как Волховстрой, Днепрогэс, Магнитка.

Задремайлов читал строки Обращения, которое ЦК КПСС адресовал трудящимся страны в начале 1954 года — накануне выборов в Верховный Совет СССР. В нем особо подчеркивалось, что «только за счет освоения целинных и залежных земель в восточных, юго-восточных и других районах… мы имеем возможность увеличить посевные площади под зерновые культуры на несколько миллионов гектаров».

Уже в феврале 1954 года первый эшелон отошел от Казанского вокзала Москвы.

Добровольцы везли в необжитые степи пыл горячих сердец, молодость, неиссякаемый энтузиазм и свою песню, припев которой сразу же стал девизом: «Партия сказала, комсомол ответил — есть!»

Задремайлову, директору крупного совхоза, приносили свои лаконичные заявления юноши и девушки: «Прошу отпустить… Хочу осваивать целину».

А потом пришел в обком и он. И тоже, как тысячи добровольцев, принес заявление с просьбой направить на целину. Ему было тогда сорок пять лет.

…Иван Дмитриевич, перебирая фотографии на столе, улыбаясь, смотрит на жену.

«Пришел я тогда, значит, домой из обкома и говорю: «Собирай чемоданы, отъезжаю…» А она подумала, что я это — в шутку. «Ну-ну, — отвечает, — счастливо».

Сели обедать, а я из кармана копию приказа достаю, да на стол. В нем черным по белому написано, что в связи с освоением новых земель Иван Дмитриевич Задремайлов назначается директором зерносовхоза «Восточный» Чкаловской области. И все как положено в таких случаях: номер приказа 239, дата — 27 февраля 1954 года и подпись Министра совхозов РСФСР.

Жена — в слезы. «И что ты надумал, Иван, на старости лет? Какой из тебя целинник?! Сердце пошаливает. Тебе ли в палатках жить да на морозе мерзнуть?..»

Поговорили мы потом спокойно. И согласилась она».

Фотографий много, и каждая о памятном

Вот трактор прокладывает первую борозду… Партсобрание под открытым небом… Походная кухня: полевые цветы на столах, механизаторы за обедом… Первая улица центральной усадьбы… Самолет, совершивший первый рейс в совхоз… Маленькие целинники, идущие в первый класс… Он, директор, с пышным снопом пшеницы в руках. Белый парусиновый пиджак, соломенная шляпа.

Это год 1956-й, когда с каждого гектара в совхозе собрали по 17 центнеров зерна и сдали государству 3 миллиона 640 тысяч пудов хлеба.

И еще одна фотография: год 1957-й. Стоят они с Сергеем Павловичем Лычагиным. Директор и бригадир удостоены самого высокого в стране звания — Героя Социалистического Труда. «За особые заслуги в освоении целинных и залежных земель…»

Иван Дмитриевич берет в руки книгу воспоминаний Леонида Ильича Брежнева «Целина». Она всегда лежит у него на столе.

— Не могу читать без волнения, — говорит. — Это великая правда о большом подвиге людей. Спасибо Леониду Ильичу от всех нас, ветеранов целины.

Вступление и литературная запись Юрия Сердюкова
Эшелоны идут на восток

Не будь сказано в обиду другим городам, но у нас в Оренбурге хлеб особенный. Рано утром по еще безлюдным городским улицам начинает витать хлебный дух. Это машины развозят по магазинам горячие, пышные караваи, только что выставленные из заводских печей.

Я всегда покупаю «Целинный». Его надо видеть. Это огромные круглые буханища в добрый охват величиной. С нежной румяной корочкой, а вкус — трудно передать словами.

Целинный… Очень правильно поступили в области, назвав так хлебные караваи. Это и память о славных делах уже двадцатипятилетней давности, это и дань уважения тем, кто по зову партии, по велению сердца поехал в незабываемом 1954 году пробуждать к жизни бесконечные просторы.

Дар предвидения иногда просто удивителен. Уже много лет спустя по приезде в Оренбургскую область довелось мне взять в совхозной библиотеке томик С. Т. Аксакова. И там я прочел такие стихи:

Чудесный край благословенный, Хранилище земных богатств, Не вечно будешь ты забвенный, Служить для пастырей и паств. И люди прибегут толпами, Твое приволье полюбя, И не узнаешь ты себя.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.