Хороший человек

Немцова Божена

Жанр: Классическая проза  Проза    1984 год   Автор: Немцова Божена   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хороший человек (Немцова Божена)

Божена Немцова

ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК

Перевод с чешского и примечания А.И. Серобабина.

Иллюстрации О.Л. Бионтовской.

Издательство «Детская литература», Ленинград, 1984 г.

Двадцать лет назад, когда железных дорог в Чехии еще не было, на Венском шоссе чаще чем теперь можно было видеть тяжело груженные обозы, которые возили в императорскую резиденцию [1] то, что производилось в крае, а оттуда возвращались с другими нужными товарами. В те времена регулярно каждый месяц от Находа до Вены и обратно ездил папаша Гаек, которого знали по всей этой дороге, а в трактирах рады были видеть куда больше, чем пана в карете, потому что Гаек давал хорошо заработать. Обоз его состоял из одной тяжелой повозки с грузом, в которую впрягалось шесть сильных жеребцов, и двух повозок поменьше, запряженных парой или двумя парами коней. С двумя последними возами всегда шли двое его батраков, а сам Гаек правил первым. Буйные кони были его гордостью. И только один он мог справиться с ними.

В Вене все, кто имел дело с Гаеком, звали его «великий чешский возница», что относилось и к обозу, и к нему лично. Гаек был высок и могуч, что вполне соответствовало его занятию. Высокий лоб и широкий подбородок с глубокой ямкой указывали на его решительный характер, а в ясных синих глазах сквозили доброта и сердечность. Когда он смеялся, обнажались два ряда крепких белых зубов, плотных, как стена. Темно-каштановые волосы его были подстрижены, как говорится, «под горшок». На голову он надевал широкополую фетровую шляпу, за шнурок которой в пути засовывал все бумажки о дорожных поборах. На шее под отложным воротником рубахи он носил черный шелковый платок с длинными концами. Синяя жилетка со свинцовыми пуговками, такая же куртка, вышитая спереди, тяжелые сапоги выше колен, кожаные штаны, вокруг пояса толстый ремень — вот и все его одеяние. Зимой он надевал в дорогу белый тулуп, летом — синюю полотняную блузу с белой вышивкой на рукавах и на воротнике.

Когда он в таком виде, с кнутом в могучей руке неторопливо, вразвалку шагал рядом с возом, люди оборачивались вслед ему и говорили: «Ну и великан этот Гаек! И до чего же хорошо дело у него поставлено! Возы, как игрушки, кони — искры летят из-под копыт, а груза хоть отбавляй!» А кто-нибудь пояснял: «Ему везет, потому что он хороший человек», — это когда речь заходила о счастье, которое ему сопутствовало в извозе.

Брал Гаек груз самый разный и отовсюду — провиант, мануфактуру, вино, краски — все, что подворачивалось. Привозил он также госпожам безделушки и заказы на них выполнял охотно и исправно. И попутные пассажиры, которым не по карману был дилижанс, с удовольствием ездили с Гаеком, потому что он заботливо к ним относился. Ни одна поездка у Гаека не обходилась без того, чтобы он не вез каких-нибудь маленьких мальчиков и девушек, которых родители посылали в Вену поступать в учение или в услужение. Это были дети беднейших жителей из окрестностей Находа, Нового Места, Добрушки, Опочна и севернее из деревень в кладзких [2] горах, обычно мальчики от десяти до тринадцати лет и девушки от пятнадцати до двадцати. Почти никто из них в жизни не удалялся от родного дома на расстояние больше двух часов ходу, мало кто из них умел читать, не говоря уже о том, чтобы писать. И этих маленьких, неопытных ребят родители посылали в Вену, дав им на дорогу благословение, каравай хлеба, несколько крейцеров [3] и наказ полагаться на господа бога и на хороших людей. Себя же утешали так: «Если другие туда добрались, доберутся и наши, а коль уж другие не пропали, то и наши тоже не пропадут!»

Родители, которые больше беспокоились о детях, не пожалев нескольких грошей, дожидались, когда в Вену отправится кто-нибудь из знакомых возниц, доверяли ему ребенка и просили показать в Вене, где нужно искать мастера или место. Только не часто встречались милосердные и бескорыстные люди вроде папаши Гаека. Встретив на дороге несчастного маленького странника, брал на воз, кормил всю дорогу, а в Вене еще и место подыскивал — так делал его отец. Иржик видел это, когда еще молодым ездил с ним в Вену, куда отец обычно возил полотно.

У отца была всегда одна повозка, запряженная двумя парами лошадей. Но когда случалось догонять по дороге бедных путников, а особенно детей, шагавших в Вену поступать в учение или на службу, он говорил сыну:

— Иржик, иди-ка пробери [4] местечко на возу. Довезем их, там еще успеют набегаться! — и довозил обычно до самой Вены.

Хотя отец подсчитывал все деньги, потраченные в пути, но эти расходы были не в счет.

— Сделал доброе дело и никогда не считай — оно в другом месте учтено! — говорил он. Иржик навсегда запомнил отцовские слова.

В течение года старый Гаек ездил в Вену не регулярно, а лишь в тех случаях, когда набирался груз полотна, в остальное же время занимался хозяйством.

Иржику несколько лет пришлось учиться в школе, а потом он еще ходил к пану патеру на дополнительные уроки. Когда научился считать, писать и читать по-чешски, отец отослал его в Броумов в обмен на тамошнего мальчика, который осваивал у них чешский язык, а Иржик в свою очередь должен был научиться в Броумове немецкому. Там он ходил в школу и за два года, благодаря своим способностям, научился читать и писать по-немецки и разговаривать на тамошнем немецком наречии. В тот год умер его младший брат, и он остался в семье единственным сыном.

Отец приехал за Иржиком, ему посоветовали послать мальчика учиться дальше, потому что у него была хорошая голова.

— Э, хорошая голова каждому сгодится, а не только господам, — ответил на это отец, — хорошая голова нигде не пропадет. Если парень хочет, пусть учится, только лучше стать хорошим хозяином или возницей, чем плохим студентом. Пусть сам выбирает!

И Иржик вернулся с отцом домой. Он присматривался к хозяйству, иногда, пока отец был жив, ездил с ним в Вену. После смерти отца мать хотела отдать все имущество Иржику и вместе с несовершеннолетней дочкой перейти на его иждивение, чтобы он мог жениться. Но несмотря на свои двадцать пять лет, он и слышать не хотел о женитьбе. Он оставил хозяйство матери, а сам обзавелся гужевой упряжкой и стал регулярно, каждый месяц, ездить в Вену. Понятно, что поначалу он перевозил немного, ездил всего с одним возом, но порядочность, знание языка и умение писать, услужливость и доброта очень скоро создали ему хорошую репутацию, у него завелось много знакомых, так что через два-три года Гаек уже мог ездить с двумя возами, а в тяжелый впрягать две пары жеребцов. Кони стоили дорого, но он их все равно купил.

— Ну что ж, сэкономлю на пристяжных, — говорил он, — пусть еще дороже стоят, зато я радуюсь, когда вижу, как мои кони легко вышагивают перед возом, словно он негруженый. Не люблю смотреть, как животные надрываются и тянут из последних сил, а я должен их все время кнутом подгонять.

Кнут он носил лишь для острастки да по привычке, как отличительный знак своей профессии.

Был у него также белый молодой пес, пинчер, которого он однажды на дороге спас от смерти и привез домой. Пес стал сопровождать его во всех поездках, превратился в бдительного сторожа обоза, а Гаек без него не мог куска съесть, так он любил пса.

Прошло три года после смерти отца, и снова мать принялась настаивать, чтобы Иржик женился, третий десяток, мол, уже, давно пора.

— Так ведь мне, матушка, некогда даже посвататься к девушке, — смеялся он в ответ.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.