Умница

Амфитеатров Александр Валентинович

Серия: Бабы и дамы [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Международная исторія [1] .

Въ довольно тускломъ зрительномъ зал х — ской оперы замчалось необычайное оживленіе. Шли «Гугеноты». Рауля плъ любимый теноръ; публики было много. Но вся эта публика, или, по крайней мр, ея значительное большинство не смотрла на сцену. Бинокли партера были прикованы къ крайней лож бель-этажа; туда же, при апплодисментахъ, посылалъ льстивые поклоны и любимый теноръ — здоровенный дтина съ хищнымъ висячимъ носомъ и глазами въ род чернослива. Онъ бросалъ въ ложу сладкіе взоры и рисовался въ своемъ красивомъ костюм съ кокетливыми ухватками опытнаго, умющаго заявить себя съ казовой стороны альфонса. Но дама, сидвшая у барьера ложи, не обращала на артиста никакого вниманія, да, кажется, даже и вовсе не слушала оперу, занятая разговоромъ со своимъ кавалеромъ. Сдые усы на бритомъ лиц и строгая выправка обличали въ этомъ элегантномъ господин бывшаго военнаго и, врне всего, кавалериста, а умный, наблюдательный и неоткровенный взглядъ — большого дльца. Звали его Владиславомъ Антоновичемъ Замойскимъ; онъ былъ главнымъ управляющимъ х — скихъ земель княгини Латвиной — скромное званіе, дававшее, однако, Замойскому до тридцати тысячъ рублей въ годъ. Дама у барьера ложи и была сама княгиня Анастасія Романовна Латвина, только что прибывшая въ X. посл пятилтняго отсутствія. Она почти всегда жила въ Париж, и теперь, при первомъ ея вызд въ х — скій свтъ, мстныя аристократки съ завистливымъ замираніемъ сердца критически пожирали глазами ея ворговскій туалетъ и брилліанты отъ Шомберга. Княгиня выносила общее вниманіе, какъ бы не замчая его, — свойство лицъ, сдлавшихъ прочную привычку быть предметомъ постояннаго любопытства праздной толпы. Княгиня была далеко еще не стара и весьма недурна собою, хотя — вовсе не аристократической красотой. Ея свжее русское лицо съ пухлыми щеками, сочнымъ маленькимъ ртомъ и неправильнымъ — немножко на манеръ груши — носомъ, на первый взглядъ, казалось почти вульгарнымъ. Такія мщанскія физіономіи, обыкновенно, принадлежатъ женщинамъ не особенно умнымъ, мало образованнымъ, добродушнымъ, мягкосердечнымъ и слабохарактернымъ. Новички-знакомые часто принимали княгиню — благо ей это льстило почему то! — именно за такую ничтожную женщину, пока хорошенько не вглядывались въ нее или не заставляли ее рзкимъ словомъ, неловкою шуткой поднять свои вчно опущенныя рсницы и открыть глаза — громадные срые, съ жесткимъ стальнымъ блескомъ въ глубин, и никогда, — даже если княгиня заливалась самымъ, повидимому, задушевнымъ смхомъ, — не улыбающіеся. «Лицо прачки, фигура Цереры, взглядъ принцессы крови, мозгъ Бисмарка!» — такъ характеризовалъ свою супругу князь Ипполитъ Латвинъ, до тла прогорвшій баринъ, полу-развалившійся, отжившій, больной жуиръ. Его никогда не видали въ X. Онъ жилъ щедрыми подачками своей жены. всегда врозь съ нею, и гд-то очень далеко: не то на Хіос, не то на Азорскихъ островахъ. Такъ что многіе даже не врили: ужъ точно ли есть на свт какой-то князь Латвинъ, мужъ Анастасіи Романовны, урожденной Хромовой, дочери Романа Прохоровича Хромова, одного изъ богатйшихъ волжскихъ рыбниковъ, а въ начал сороковыхъ годовъ простого нижегородскаго мужика внайм на второстепенномъ рыбномъ промысл.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.