Неудавшаяся империя: Советский Союз в холодной войне от Сталина до Горбачева

Зубок Владислав Мартинович

Серия: История сталинизма [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Неудавшаяся империя: Советский Союз в холодной войне от Сталина до Горбачева (Зубок Владислав) РОССПЭН, 2011

Моим родителям — Людмиле Михайловне Зубок и Мартину Львовичу Зубоку

Эта книга была написана по-английски и выпущена университетским издательством в Соединенных Штатах в серии «Новая история холодной войны» в 2007 г. Книга вызвала интерес и была переведена на ряд языков, включая испанский, польский и даже эстонский. Но появление ее русского издания является для автора особо радостным событием. По сути, речь идет о втором рождении его труда. Переводить с чужого языка на родной оказалось нелегким занятием. Итальянцы называют это traduttore — traditore: «предательская» буквальность перевода съедает многие заложенные в тексте смыслы. Авторизованный перевод, подготовленный совместно с М.Ш. Мусиной, был еще одной проверкой книги на ясность аргументов и точность фактов. Читателю судить, насколько удачным оказалось это предприятие.

Работа над русским изданием была важной и потому, что историк всегда выступает в качестве медиума — посредника между прошлым и своими современниками. Книга была написана для американских специалистов, но также и для более широкого англоязычного читателя, как правило, незнакомого с проблематикой и фактами советской истории. Работая над русским текстом, автор также ориентировался не только на суд профессионалов, но на всех, кто интересуется отечественной историей. Автор родился в России, прожил в ней половину своей сознательной жизни и поэтому (может быть, самонадеянно) считает, что российский читатель поймет его книгу лучше, чем житель США. Вместе с тем он адресует свой труд и молодежи России, для которой холодная война и советская империя уже стали такими же смутными абстракциями, каким они являются для молодых американцев и англичан.

Термин «империя» в заголовке и тексте книги не вызвал комментариев на Западе, но может вызвать отторжение у некоторых российских читателей. Автор не придает этому понятию негативного смысла и тем более не опускается до банальных метафор («империя зла» и т. п.). Этот термин обозначает Советский Союз и страны Варшавского договора, т. е. многонациональное государство, построенное при Ленине и Сталине, вместе со странами советской зоны влияния, где режимы были выстроены по советскому образцу, с помощью московских советников, и где находились советские войска. Одной из целей книги было показать, как характер советского государства и режима отразились на особенностях советской империи, почему эта империя так рано столкнулась с глубокими структурными проблемами и массовыми антиимперскими настроениями и в конце концов развалилась, проиграв в соперничестве с западными капиталистическими демократиями.

Великий русский поэт, гражданин двух империй, писал: «Если выпало в империи родиться — лучше жить в провинции, у моря». При всей ностальгии по советскому прошлому, которая до сих пор ярко проявляется в российском общественном мнении, поражает скромное количество качественных исследований, посвященных Советскому Союзу как субъекту международных отношений, тому, как делалась советская дипломатия и как складывались и разрывались имперские связи. Если не считать мемуаров дипломатов и сборников документов, исторических исследований внешней политики СССР в годы холодной войны за последние двадцать лет появилось совсем немного. Автор рассчитывает, что выход его труда на русском языке стимулирует дискуссию по этой теме, привлечет больше молодых исследователей к работе в дипломатических архивах и, может быть, поможет лучше понять, откуда пришла и куда идет новая Россия.

Владислав Зубок, Филадельфия, 31 января 2011 г.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Эта книга посвящена изучению мотивов и интересов Советского Союза в холодной войне — глобальном противостоянии с Соединенными Штатами и их союзниками. В России и других странах бывшего «социалистического содружества» рассекречен большой массив ранее недоступных архивных документов. Возникла возможность изучать те моменты советского прошлого, которые долгое время были окутаны тайной. Количество и разнообразие источников, проливающих свет на политическую, общественную и культурную жизнь в СССР, поражает воображение. Сегодня можно, даже не выходя из дома, по Интернету, изучать записи заседаний Политбюро, читать шифротелеграммы, которыми обменивались руководители компартий; анализировать процесс преобразования импульсов из Кремля в политику на местах и даже читать личные дневники сотрудников аппарата ЦК. Книжные полки заполнены мемуарами бывших коммунистических лидеров и их помощников, дипломатов, разведчиков и военных. Создан большой задел «устной истории» — записей детальных интервью с участниками событий и конференций, где они отвечают — с большей или меньшей откровенностью — на перекрестный допрос историков. Эти записи, наряду с дневниками, доносят до сегодняшнего дня эмоции, нравственный контекст, человеческий акцент давно ушедших лет.

Мне повезло: в 1990-е гг. я оказался вовлечен в ряд проектов «устной истории» и работал во многих архивах, что позволило скорректировать и дополнить сухой язык документов разговорами с ветеранами, видными дипломатами, военными, политиками. В результате возникла идея и возможность написать не просто о фактической стороне конфронтации двух великих держав и гонке смертельно опасных вооружений. За любым историческим событием стоят люди — их амбиции, надежды, порывы и преступления, заблуждения и ошибки. За большинство решений и действий советского государства кто-то из этих людей нес непосредственную ответственность, кто-то являлся исполнителем. К тому же СССР вел холодную войну на многих направлениях и во многих измерениях. Линия фронта могла быть зримой и незримой; она проходила и через КПП «Чарли» между Восточным Берлином и американской зоной Западного Берлина, и через московскую кухню, где собирались диссиденты и стукачи и велись разговоры о «социализме с человеческим лицом». Водоразделы проявлялись всюду: от заседаний Политбюро в Кремле до посиделок в студенческих общежитиях. Холодная война была войной нервов и материальных ресурсов, но также это была борьба идей и ценностей, смыслов и образов {1} .

Глобальность этой борьбы предполагает ее международное, междисциплинарное исследование. Такое изучение вопроса стало возможным лишь после окончания конфронтации. Исследования последних десятилетий дают возможность взглянуть на политику и поведение СССР в годы противостояния более широко — гораздо шире, чем позволяет формат дипломатических переговоров или двухсторонних отношений — в контексте истории социалистической империи.Историки убедились, что вне этого контекста нельзя объяснить многие действия руководителей Кремля: советская политика, поставив целью строительство, а затем и удержание имперского пространства, нередко оказывалась заложницей поведения союзников и сателлитов СССР — заложницей их собственных мотивов, их ошибок, их слабости. Наиболее поразительные находки в новой историографии о холодной войне говорят о сложнейшем взаимодействии Советского Союза и Китайской Народной Республики, Северной Кореи, Восточной Германии, Афганистана и других стран, попавших в советскую орбиту {2} .

Открывшиеся горизонты, новые источники и методологические находки повлияли на написание этой книги. Хочу упомянуть и о других обстоятельствах. Я родился и получил образование в Советском Союзе, там я начал формироваться как профессиональный историк. Но затем жизнь превратила меня в «космополита»: с начала 1990-х я живу и работаю в США. Последние пятнадцать лет моей жизни я сновал между Москвой и Вашингтоном, Санкт-Петербургом и Филадельфией интенсивно работал в российских, американских, британских и восточноевропейских архивах, участвовал в многочисленных международных научных конференциях, обменивался информацией с коллегами, приобрел многих друзей, единомышленников и критиков. Работая одним из основных консультантов в 24-серийном телевизионном проекте компании CNN, посвященном истории холодной войны, я задумался о громадной роли СМИ в формировании наших зрительных образов, коллективных представлений и коллективной памяти о том, как прошедшее транслируется в «историю». Наконец, преподавательская деятельность в ряде университетов, и прежде всего в Университете Темпл (Филадельфия), месте моей постоянной работы, убедила меня в том, что уроки прошлого и знания о нем не переходят к последующим поколениям автоматически, а требуют непрерывных усилий ученых и преподавателей. Каждое поколение усваивает и осмысливает историю как бы заново. Еще я понял, что если постоянно не изучать, не обсуждать и не переосмысливать события еще недавнего прошлого, то оно превращается в параграфы учебника — далеко не всегда качественные — или в сухую статистику. Прошло всего лишь два десятилетия после окончания холодной войны, а она уже основательно подзабыта. Былое поросло травой, а сорняки — искажения, мифы, упрощенные трактовки — растут и множатся с пугающей быстротой. Между тем без понимания того, что происходило в то время, с 1945 по 1991 г., невозможно понять, как и почему возник тот мир, в котором мы живем сегодня, и почему в этом мире нет Советского Союза.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.