Догоняющий радугу

Ведов Алекс

Жанр: Современная проза  Проза    2007 год   Автор: Ведов Алекс   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Догоняющий радугу (Ведов Алекс)

Алекс Ведов Догоняющий радугу

Часть первая. ПО СЛЕДАМ ИЩУЩЕГО

Глава 1

Сейчас, когда я вспоминаю эту историю, все, что произошло со мной десять лет назад, порой кажется каким-то нереальным, похожим на фантастический, сном, — вроде тех, что иногда снятся неизвестно почему и оставляют в душе неизгладимый след на всю оставшуюся жизнь, потому что имеют для тебя какое-то особенное значение. С тех пор в моей жизни, в жизни близких мне людей, целой страны, да и во всем мире произошли большие перемены. Во время событий, о которых я собираюсь рассказать, никто и представить себе не мог, что нас ожидает в недалеком будущем, хотя некоторые предпосылки к этому уже намечались. Тогда я вряд ли решился бы опубликовать эту книгу: простора для выражения неортодоксальных мыслей в государстве было еще слишком мало, общество едва начинало дышать полной грудью, и ростки свободы только проклевывались сквозь безжизненный асфальт официальной идеологии. Понятно, что цензура не могла пропустить такое без жестокого урезания, а печатать оставшееся не имело бы никакого смысла. Может быть, со временем я вообще оставил бы эту затею или даже забыл бы о ней.

Но, во-первых, со мной рядом находится человек, ставший для меня одним из самых любимых, близких и дорогих. Именно те события, о которых я хочу рассказать, позволили нам найти друг друга. И благодаря именно этому человеку все случившееся закончилось благополучно.

А во-вторых, есть нечто, являющееся зримым свидетельством достоверности этой истории, подтверждающее, что это не плод чересчур разыгравшегося или больного воображения. Оно лежит в письменном столе немым укором моей нерешительности и не дает мне покоя. Я время от времени вынимаю это из стола и держу в руках… Оно не может обманывать или вводить в заблуждение, это было, есть и останется частью моей жизни. Быть может, самой важной частью.

Это — причина, по которой я пишу эти строки, или, если быть точным, напоминание о причине — рукопись моего… даже не представляю, как лучше сказать: друга, учителя, наставника, — все сказанное будет справедливо, и я не знаю, что будет правильнее. Да это и не важно. Важно то, что ему открылось совершенно особенное знание, которым он хотел поделиться с другими, и то, в какой мере мне удалось способствовать его цели: я, сам того не желая, оказался посредником. По правде говоря, все, что мне открылось в результате тех событий, изменило меня гораздо сильнее, чем все предшествующие перипетии жизни, вместе взятые.

С моим другом Виталием Богатыревым мы познакомились в вузе, на первом курсе геологического факультета. Меня всегда, с самого детства, почему-то интересовали минералы, и я, сколько себя помню, постоянно собирал и доставал, где только мог, всевозможные камни и образцы горных пород. К десятому классу у меня скопилась огромная коллекция, которую можно было часами перебирать и разглядывать; каждый образец я помнил даже на ощупь, будто все они были родными. Я прочитал огромное количество литературы о минералах, особенно драгоценных и поделочных камнях, и в этой области слыл среди одноклассников настоящим эрудитом. Кроме того, профессия геолога, разведчика полезных ископаемых, мне представлялась до безумия романтичной: дальние поездки, переправы через бурные горные речки, ночные костры у палатки, песни под гитару и прочие атрибуты походной жизни. Я просто бредил всем этим. Конечно, я был зелен и глуп и, подобно всем представителям своего возраста, не понимал, что этот род занятий, как, в общем-то, и любой другой, состоит из тяжелого, порой изнурительного труда и ежедневной рутины. Родители были не то чтобы против моего увлечения, но как-то не особенно одобряли его, считая блажью, вполне естественной для большинства людей моего возраста. Однако мой энтузиазм был непоколебим: после школы я уехал в другой город и без особых проблем поступил в местный университет на геологическое отделение.

Виталий поступал одновременно со мной, но за его плечами уже были служба в армии и несколько лет работы. Он был старше меня и прочих сокурсников лет на семь. От других его заметно отличали серьезность и усердие в учебе, но причиной тому, думаю, был не только определенный жизненный опыт. Он заметно выделялся среди сокурсников, включая и своих сверстников, хотя мне трудно тогда было сказать, почему мне так казалось. У большинства студентов в нашем общежитии, как это обычно бывает, все свободное время тратилось в основном на дискотеки, пьянки, гулянки и прочее. Любому, кто жил в общаге, рассказывать не приходится. Виталий же никогда не участвовал в этих почти ежедневных праздниках жизни. Он уединялся в своей комнате и занимался учебой или же внезапно пропадал на несколько дней. Куда, зачем — никто не знал. При этом он был нормальным, общительным парнем, отнюдь не зацикленным на учебе, всегда отзывчивым и готовым помочь. Просто у него была какая-то тайна, которая делала его другим. Мы знали, что родителей лишился он рано, после школы служил в армии, а потом работал на машиностроительном заводе. Поговаривали еще, будто Виталий служил в горячей точке и даже участвовал в боевых действиях. Одним словом, жизнь его представлялась окружающим далеко не простой. Но сам он никогда об этом не говорил, а расспрашивать его никто не решался. Между ним и остальными всегда чувствовалась какая-то дистанция, причем не по горизонтали, а по вертикали. На третьем курсе Виталий здорово удивил всех, когда перевелся с геофака на факультет антропологии и этнографии (университет был широкого профиля, поскольку имел краевое значение). Вообще в то время такую пертурбацию было осуществить довольно сложно, но он каким-то образом сумел убедить ректорат пойти ему навстречу. Мотивы этого поступка также остались для всех интригующей загадкой.

Не знаю, почему именно меня он выбрал своим другом или, лучше сказать, товарищем. Я был довольно-таки средним студентом и, кроме упомянутой фанатичной увлеченности минералами (несколько поутихшей к тому времени), ничем из общей среды не выделялся. Возможно, причина в том, что я заинтересовался его книгами. Однажды я зашел к нему в комнату, чтобы обменяться какими-то конспектами, и увидел, что все полки заставлены книгами, а некоторые книги за неимением места лежали кипами на столе и даже на полу. Я всегда любил читать, покупал много самой разной литературы и в книжных новинках ориентировался достаточно неплохо, так что удивить меня чем-либо в этом смысле было трудно, — но при виде такого собрания просто обомлел. Я никогда не встречал ничего подобного. Многие из этих книг были самиздатовскими, отпечатанными в какой-то подпольной типографии на огромных листах бумаги весьма сомнительного качества. Но больше всего я был поражен их содержанием. Большинство авторов и названий было мне незнакомо, но все эти книги объединяло то, что теперь принято называть «духовным развитием», — я понял это по мелькавшим на страницах словам «йога», «просветление», «Дао», «дзэн», «медитация»… Кроме того, были книги по философии и психологии, но в основном тех авторов, чьи имена и произносить-то в то время было кощунственно, — так учили нас на лекциях по общественным наукам, немногие из которых я удосужился посетить за годы учебы. Подобные книги были редчайшим дефицитом, абсолютной экзотикой, да и приобретать самиздат считалось небезопасно — можно было попасть в поле зрения соответствующих органов со всеми вытекающими отсюда неприятными последствиями. Именно это чуть позже и произошло.

— И ты все это читаешь? — спросил я Виталия тогда.

— А тебя это удивляет? — нимало не смутившись, ответил он. — Если бы людей учили этому, а не той чепухе, которой забивают наши головы, наша жизнь была бы совсем другой.

Я не придал его словам особого значения, но природная любознательность все же заставила меня попросить кое-что полистать на досуге. Он поколебался, но разрешил, строго наказав при этом держать книги подальше от посторонних глаз. С тех пор у меня с Виталием завязались особые отношения, которые вряд ли можно было назвать дружбой. Ведь дружба предполагает полное равенство, а он стал для меня кем-то вроде старшего брата, помогающего младшему расти, развиваться и познавать мир. Сблизившись с этим человеком, я быстро понял, насколько он превосходит нас — своих сокурсников — в знании и понимании жизни, и почему наш круг общения был не для него. По сравнению с ним все мы были просто детьми. Тем не менее, до самого выпуска мы поддерживали контакты, даже несмотря на то, что учился он уже на другом отделении, имевшем мало общего с нашим.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.