Когда ты рядом. Дар

Ульман Лин

Жанр: Современная проза  Проза    2006 год   Автор: Ульман Лин   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Когда ты рядом. Дар (Ульман Лин)

Лин Ульман

Когда ты рядом

Видео

Внимание, я начинаю: конец лета, скоро осень, в нашем большом городке ясная звездная ночь. Часа три-четыре. На чердаке храпит водопроводчик. На кухне тихо, чтобы никого не разбудить, играет радио. «Stella by Starlight» [1] . Тепло, оставшееся после жаркого дня, обещает новый жаркий день. Весь дом спит. Тсс, тихо! Дети спят. Дети видят сны. Только мы с тобой не спим.

— Мартин.

— Что?

— Я хочу тебе кое-что рассказать.

— Вы только послушайте! Неужели?

— Не валяй дурака, Мартин.

— Не валять дурака?

— Именно.

— Может быть, поиграем в нашу игру?

— Нет.

— Значит, мы сегодня серьезные?

— Да.

Это Стелла. Моя жена. На ней, как видите, прозрачный красный халат из шелка. Рассказать подробнее? Хотите увидеть ее лицо? Оно, быть может, и не красиво в строгом понимании этого слова, но…

— Почему это?

— Я всего лишь хочу сказать, что оно не просто красивое. У тебя не модельная внешность, ты красива совсем по-другому, у тебя своя красота. Так что ты собиралась мне рассказать?

— А мне бы как раз хотелось модельную внешность. «Своя красота» ничего не значит.

— Еще как значит. Значит, что я люблю тебя. А ты прерываешь запись.

Ну как, насмотрелись? Что я вам говорил? Правда ведь, у нее своя красота? А теперь спускаемся ниже. Вот ее шея, длинная и белая, шея балерины, с выступающими ключицами. В них-то я и влюбился. Ну и в грудь, конечно. Вам ее сейчас не видно, потому что Стелла скрестила руки, голову наклонила и вообще какая-то невеселая. Вы не думайте — это все игра на публику. Она любит быть в центре внимания. Мне особенно нравится ее животик. Она его старается втягивать, но его все равно заметно. И мне это нравится. Она ведь не толстая, подруги ее тощей считают. К тому же она высокая. Но животик у нее все равно есть, и она никогда не застегивает верхнюю пуговицу на джинсах. По-моему, это очаровательно. Получается, мне на одну меньше расстегивать, когда я ее раздеваю. А теперь мы спускаемся ниже. Она раздвигает ноги, и вы видите ее лоно, бледно-красное, как недозрелый помидор. Под халатом на ней ничего нет, так что, если она раздвинет ноги еще шире, мы войдем к ней внутрь, в самый чудесный уголок на свете. Но она не делает этого, и мы опускаемся вниз, чтобы вы могли полюбоваться лучшими ногами Скандинавии. Вот они. Размер — тридцать девять с половиной. Красные босоножки. Бордовый лак на ногтях. Десять пальчиков. Так и хочется их отрезать и съесть, можно даже без соли.

— Мартин.

— Что?

— Неужели это надо делать прямо сейчас?

— Почему бы и нет?

— Мне надо поговорить с тобой.

— А по-моему, тебе надо лечь.

— Да нет же…

— Тогда продолжим. Ты здесь, я здесь, и камера включена.

— Тогда давай хотя бы делать это по-человечески.

— Да ему все равно.

— По-моему, ему не интересно про мои ключицы, лоно и пальчики.

— А разве он не сказал «Все самое ценное»? Он же так сказал.

Это наш дом. Это наша жизнь…

— Не отвлекайся.

— А ты не мешай, Стелла.

Конец лета, скоро осень, в нашем большом городке ясная звездная ночь. Сегодня 27 августа 2000 года. Это наш дом и наша гостиная. А вот наш диван.

— Стелла, встань. Я сниму диван.

…Наш диван. Мягкий, цвета авокадо, итальянский дизайн. В хорошем состоянии, хотя ему уже десять лет. Мы могли бы его сейчас тысяч за пятнадцать продать.

— Ну как же!

— А что?

— Размечтался, пятнадцать тысяч за диван, которому десять лет.

— Представь себе! Размечтался! Даже спать по ночам не могу, как все нормальные люди.

— Ты о чем это, Мартин?

Вот наш диван. Наш итальянский диван цвета авокадо, изящный и элегантный, просто конфетка. Когда-то он стоил целое состояние. Нам его будет больше всего жалко, если дом сгорит. Понимаете? Ведь все с этого дивана и началось.

— Больше всего нам детей будет жалко.

— Что?

— Если дом сгорит, больше всего будет жалко детей.

— Скажешь тоже. Ты мать, понятное дело… Но я сейчас о вещах говорю. О вещах, а не о детях, Стелла. К тому же дети не сгорят, их спасут.

— Я все ждала, скажешь ты это или нет.

— Что?

— Что никто из нас не сгорит. И все будет хорошо.

— Все будет хорошо.

— Наконец-то.

— Так что ты хотела мне рассказать?

I. Падение

Альма Блум, свидетельница

Уши у меня большие.

Мои уши такие же квадратные, как итальянские порталы, но они мне больше не нужны. Сначала я оглохла на одно ухо, а потом и на другое. Совсем стало плохо.

Я положила в сумку вязанье, подняла голову и посмотрела наверх. Они были похожи на марионеток. Он с угольно-черной шевелюрой, и она в желто-красном платье. Туда и обратно, по самому краю. Мелкими шажками. Я крикнула, чтобы они спускались. Совсем не обязательно падать людям на голову, есть много других способов умереть. Прохожим нужна специальная страховка от таких вот случаев. Они остановились и посмотрели вниз. Ох, у них, должно быть, голова закружилась. И тогда они обнялись. Было ли объятие красивым? По-моему, больше походило на борьбу. Она пыталась вырваться, а он ее держал. Или это он вырывался, а она держала. А потом случилось то, что и должно было случиться: она оступилась и упала. Или это он ее толкнул. Трудно сказать, что произошло. Но она упала. Яощутила порыв ветра. Однажды я видела, как разбился самолет. Тогда поднялся такой же ветер. Я зажмурилась и приготовилась услышать звук удара. На секунду я забыла, что я глухая.

Коринне

Вчера поздно вечером в трамвае мне вдруг показалось, что я вижу знакомого. Он неподвижно сидел впереди меня, глядя в окно. На холодных и темных улицах не было ни души. Редкие машины быстро проезжали мимо. Ничего особенного. Только дождь вперемешку со снегом и тусклый свет фонарей. Некоторое время я рассматривала его сзади: коричневая кожаная куртка, густые темные волосы. «Красивый мужчина, — подумала я, — такие ходят гордо расправив плечи и никогда не спотыкаются». Мне вдруг показалось, что рядом с ним сидит маленькая девочка, одетая во все красное, но я прогнала от себя это видение. Откуда здесь могут быть дети? Только этого еще не хватало в такое время и в такую погоду. Мы вдвоем с ним в этом трамвае, не считая, конечно, водителя. Мужчина встал и подошел к передней двери. Мы подъехали к остановке.

— Мартин Волд, — тихо окликнула я, — это ты?

Он обернулся. Лицо его было мне незнакомо. Я отметила маленькие зеленые глаза и ямочку на подбородке.

— Вы ошиблись, — ответил он, когда двери открылись, — я не Мартин Волд.

— Да, вы не Мартин, — сказала я. — Но все равно спокойной ночи, и будьте осторожнее. На улице скользко.

— Спасибо. И вам того же, — сказал мужчина. — Спокойной ночи.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.