Гипнотизер

Эвинг Барбара

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Гипнотизер (Эвинг Барбара)

Слова признательности

Особая благодарность доктору Бобу Ладжу из Регионального оклендского Центра помощи в Новой Зеландии — за увлекательные обсуждения гипнотизма и природы боли; а также Саймону О'Харе в Лондоне — за весьма полезные беседы на тему истории криминалистики.

Я помню некую миссис Престон из Блумсбери… которая недавно умерла. Она довольно долго практиковала гипноз; и я припоминаю, что около двадцати лет назад множество людей стремилось попасть к гипнотизеру в Кеннингтоне…

Профессор Джон Эллиотсон.

Физиология человека,

1835 год, том 1

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1838

Глава первая

В воздухе прокатился раскат грома.

Однако звук доносился не с небес, это управляющий проверял лист железа: насколько похож его звук на настоящий гром, — если бы сценическому грому недоставало величественного рокота, весь эффект от представления был бы потерян.

Мисс Корделия Престон, плотнее закутавшись в плащ от холода, стояла, прислонившись к плохо покрашенной и как-то жалко выглядевшей декорации стены замка, который даже при бурной игре воображения трудно было назвать величественным.

— Этот толстый управляющий — просто исчадие ада, — сердито пробормотала она, обращаясь к миссис Амариллис Спунс, сидевшей на квадратном пне.

Пустой театр, где каждый звук отдавался эхом, пропах маслом от ламп, свечной гарью и пылью; к этим запахам примешивался «аромат», оставленный вчерашней публикой да и, наверное, самими актерами. Огни рампы были приглушены, а лампы с помощью маленьких колесиков опустили так, чтобы фитили было легче подрезать; свечи тускло освещали сцену, погруженную в мерцание. Замерзшие актеры то и дело потирали руки. При каждом выдохе в воздух взлетало небольшое туманное облачко пара. Корделия Престон и Амариллис Спунс, втроем с тещей управляющего играющие в спектакле роли поющих ведьм, должны были из собственного скудного жалованья сделать себе прическу, купить костюмы, пудру и грим, а еще питаться, платить за жилье и переезды. Управляющий вызвал актеров сегодня с самого утра: стоя у края тускло освещенной сцены и покачиваясь на пятках, он возвестил, что намерен снова урезать им жалованье.

— Публике больше не интересны актеры, — громогласно изрек управляющий, завершая свою речь, и Корделия, вспыхнув от гнева, с наслаждением представила себе, как было бы здорово столкнуть этого хама в зрительный зал. — В наше время публика жаждет зрелища! И под ним следует понимать не жалкую игру второсортных актеров, появляющихся на сцене на заезженной кляче! Я выписал слона, его привезут уже завтра, так что в следующем месяце я гарантирую публике великое представление.

С этими словами он прекратил раскачиваться и внезапно исчез во мраке театра.

«Второсортные актеры? Слон в «Макбете»?» Ведущий актер мистер Джордж Трифон стоял в центре сцены униженный и, дрожа от ярости, с изумлением глядел на деньги, которые держал в руках. Актриса, исполнявшая леди Макбет, огласив сцену громкими рыданиями, умчалась прочь. Остальные актеры, собравшись небольшими группами, стояли, кутаясь в плащи, и тихо жаловались друг другу: конец зимы, никаких признаков наступления долгожданной весны… Застыв в театральной позе и словно слившись с декорациями, изображавшими Великий Лес (их еще не убрали после вчерашнего вечернего представления), мистер Трифон и острые ветки Леса отбрасывали длинные причудливые тени. Амариллис Спунс заметила, что выхваченная огнем свечей Корделия Престон, стоявшая у крашеной стены замка, выглядела рассерженной, но такой же прекрасной, как всегда: необычно белая прядь ее волос казалась мерцающим холодным огнем в переливчатом мраке теней.

Ответственный за реквизит прошествовал по сцене, держа в руках большие оловянные блюда и бокалы, предназначенные для сцены пира: если он и был больше других осведомлен о грядущем появлении слона в спектакле, то не подал вида. Его шаги гулко прозвучали за кулисами.

Голос мистера Трифона (он ничего не мог с этим поделать) прокатился по пустому залу, наполняя собой даже галерку, — актер виртуозно управлял тембром.

— Слон в произведении Шекспира! О, почему я не выбрал себе более достойного ремесла? Этот управляющий просто ничтожество. Он больше платит на сцене лошадям, чем актерам моего ранга.

Реквизитор снова прошел на сцену, все так же храня молчание: за его спиной, словно горб, вырос котел, над которым предстояло колдовать ведьмам.

— Между прочим, я слышал из очень надежных источников, что завтра, как только прибудет слон, всех немолодых леди… — мистер Трифон бросил неприязненный взгляд через сцену, — попросят покинуть труппу. Публике не нравится смотреть на старух.

Корделия Престон и Амариллис Спунс обменялись взглядами: упоминание о «немолодых леди» относилось к ним (хотя обе были немного моложе самого мистера Трифона), и не им было судить, почему слон может заменить поющих ведьм в «Макбете» (впрочем, это был уже третий вариант постановки, так что всего можно было ожидать). У них едва ли хватило бы денег, чтобы добраться домой. Однако подобные повороты судьбы уже случались сотни раз: на случай вот таких непредвиденных обстоятельств они обе держали деньги под деревянным полом в лондонской квартирке и сейчас быстро подсчитывали в уме свои запасы.

Актеры внезапно рассеялись по сцене, услышав откуда-то снизу громкий предупреждающий крик: раздался скрип колес, и крашеные деревянные ветки Великого Леса разъехались в разные стороны сцены, до следующей кульминации готовящегося представления. Между движущимися декорациями деревьев появился реквизитор. В руках у него был таз с красной жидкостью: кровью на руках Макбетов, которые каждый вечер совершали свои расписанные в сценарии убийства.

Их поселили в грязных холодных комнатах, которые были частью какой-то пристройки неподалеку от Гилфорда. Актеры, рассевшись по углам, мрачно пили дешевый виски в ожидании вечернего спектакля. Корделия Престон поджаривала на огне хлеб. Амариллис Спунс с траурным видом съела два яблока. Они знали, что не стоило отправляться на эти гастроли; им были известны все минусы подобного предприятия: самое низкое жалованье, представления в самых плохих театрах. Но миссис Престон и миссис Спунс уже давно отметили свое сорокалетие, что автоматически переводило их как актрис в разряд «старух» (как злобно выразился мистер Трифон), и им нужны были деньги.

— Да, этот толстый управляющий — сущее исчадие ада, — сказала Рилли Спунс.

В тот вечер красные полотнища занавеса раскрылись, как обычно, с опозданием, под улюлюканье и топот нетерпеливой публики. Свет рампы был приглушен, и сцена медленно погрузилась в темноту. Поющие ведьмы (управляющий утверждал, что зрителям непременно хочется пения) показались на сцене подобно привидениям, а позади их тотчас взвились клубы дыма. Теща управляющего закашлялась, и управляющий начал энергично трясти железным листом, чтобы вызвать эффект грозы (и скрыть кашель одной из ведьм). Несмотря на все это (и даже на мнимую нелюбовь к старым леди), появление из полумрака трех героинь, склоненных над котлом, заставило зрителей затаить дыхание, когда в тишине раздались знакомые слова ведьм:

Первая ведьма. Когда средь молний, в дождь и гром Мы вновь увидимся втроем? Вторая ведьма. Когда один из воевод Другого в битве разобьет. Третья ведьма. Заря решит ее исход. Первая ведьма. Где нам сойтись? Вторая ведьма. На пустыре. Третья ведьма. Макбет там будет к той поре. Первая ведьма. Мурлычет кот, зовет. Иду! Третья ведьма. Зов жабы слышу я в пруду. Все вместе. Зло есть добро, добро есть зло. Летим, вскочив на помело! [1]

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.