Командир Иванов

Балуев Герман Валерианович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Командир Иванов (Балуев Герман)

Событие первое. Иванов огорчается

Топограф Иванов ушел в тайгу летом, а вернулся только к зиме. Пока он отсутствовал, в Усть-Кут понаехало много народа. Даже койки ему не нашлось. Постелили на раскладушке и двух табуретках.

Отоспавшись, Иванов помылся как следует в бане, зашил дырки на одежде и пошел в штаб строительства. Ему надо было доложить, что задание он выполнил, и еще — получить валенки.

Пришел, а в штабе — не протолкнуться. Иванов сильно отвык от людей и потому стал в сторонке, вновь к ним привыкая. Однако был он такого высокого роста, что начальник штаба сразу его заметил, растолкал народ, подошел и обнял.

— Ну, как, Саша? — спросил он, заглядывая снизу в глаза.

Голос у Иванова от вольной жизни стал гулким, и он сказал на весь штаб:

— Трассу я всю прошел… Можешь посылать десант.

И хоть было тесно, комсомольцы отступили, оставив топографа Иванова на свободном месте, чтобы лучше на него посмотреть. А посмотреть было на что: громоздкий, худой, с пиратской бородой и сумрачным взглядом Иванов выглядел диковато.

Иванов знал это и стеснялся.

— Ребята! — ликующим шепотом сказал начальник штаба. — Мы начинаем БАМ! По зарубкам Саши Иванова сквозь тайгу пойдет первый комсомольский десант.

Тут все закричали: «Ура!»

— Ну, Саша! — сказал начальник штаба. — Огромное тебе спасибо! Здорово устал?

— Ничего, терпимо, — ответил топограф, а сам подумал: «Долететь до Черного моря сил еще хватит». Он, пока шел до штаба, даже свою изодранную в тайге шапку-ушанку выбросил: на юге она ни к чему.

— Ага, ага, ага! — закивал начальник штаба и сказал со значением: — Это очень и очень хорошо!

Затем он стал говорить о дороге, которую проделает в тайге десант, а топограф Иванов стал думать об отпуске. Он стал думать о том, как получит валенки, оставит их на хранении у начальника штаба, а сам сядет в самолет и полетит на южный берег Крыма. К морю, к соленой голубой волне…

Иванов так ярко представил себе замечательную южную жизнь, что улыбнулся. С этой «отпускной» улыбкой он посмотрел на начальника штаба, а тот сказал:

— Кто же поведет первый комсомольский десант? Конечно, самый опытный, самый смелый… Такой человек у нас есть. Это — Саша Иванов.

Иванов перестал улыбаться. Плечи его вспомнили лямки рюкзака, а ноги — тайгу.

— Рад, Саша? — сияя, спросил начальник штаба.

— Еще бы! — сказал Иванов.

— Постой! — встревожился начальник штаба. — Но ведь ты, действительно, ужасно устал. Все-таки два года без отпуска…

— Когда уходит десант? — спросил Иванов.

— Завтра.

— Ясно, — сказал Иванов. — Вездеход?

— Готов!

— Люди?

— Готовы!

— Ясно, — сказал Иванов.

Начальник штаба с тревогой посмотрел на его сумрачную фигуру и улыбнулся:

— Мы все будем следить за вами. Если надо — поможем. Так что проси что хочешь.

— Мне бы валенки, — сказал Иванов.

Начальник штаба даже засмеялся.

— Для тебя — хоть вагон!

— Вагон не надо. Одну пару, сорок восьмого размера.

— Саша! — виновато сказал начальник штаба. — Не делают валенок такого большого размера.

Иванов колыхнулся и пошел к дверям.

— Все, кто в десанте, за мной! — прогудел его медленный бас.

Событие второе. Знакомятся

Выйдя из штаба, Иванов облокотился на заборчик и посмотрел вниз. Внизу были крыши, крыши, крыши — до самой реки Лены. А над крышами — трубы. А над трубами — дымы, как кошачьи хвосты. Иванов потянул носом, поймал запах домашнего борща и даже зажмурился. Потом он поднял глаза, посмотрел на красные от осени горы, за которые надо вести десант, и вздохнул.

За его спиной поднялась и стихла возня. И, обернувшись, Иванов увидел, что десант выстроен.

А правофланговый — могучий юноша с румяным лицом — грянул:

— Смирно! Подобрать животы! — и посмотрел на Иванова, как будто сказал: «Да, нелегко, друг Саша, придется нам с этим народом. Ну да ничего: такие парни, как ты и я, справятся с чем угодно».

Строй подобрался. Только щуплый паренек в середине шеренги лениво сказал:

— Распустить животы! — и сдвинул на лоб старую шапку. На нем были резиновые сапоги и драный ватник. А в руках — дорогой транзисторный приемник. Там кто-то задушевно пел.

Строй развалился. А юноша-гигант лишь снисходительно улыбнулся: мол, ничего иного он и не ожидал от этого, который в ватнике. И опять со значением посмотрел топографу в глаза. Был он ростом почти с Иванова, только не такой плоский, а наоборот — обросший мускулами.

— Грузчик? — с уважением спросил Иванов.

Юноша с улыбкой развел крупные, как лопаты, ладони.

— К сожалению, нет. Я всего лишь чемпион по тяжелой атлетике среди юниоров. — Он поднял руки, словно выжимал штангу. — Игорь Любавин. Может, слышали?

— Нет, — сказал Иванов.

— Ну, а теперь… — Игорь улыбнулся. — Теперь я простой покоритель тайги. Как все мы. Как Вася! — И с добрым смешком Игорь Любавин указал на паренька в ватнике.

Скуластый Вася зло прищурился:

— Если толстый ты, как мамонт, Значит, вкусно кормит мама.

Печальное лицо Васиного соседа — сутулого молодого человека в черном демисезонном пальто — стало еще печальнее. Он мечтал, что в десанте соберутся замечательные ребята. А теперь ему показалось, что они не очень замечательные.

— Лева, — представился он, когда к нему подошел Иванов, и вежливо склонил голову.

— Лева, — сумрачно повторил Иванов. — Что ты умеешь, Лева?

— Я историк… В смысле — студент. В смысле — бывший…

Иванов мрачно оглядел фигуру бывшего студента, похожую на вопросительный знак.

— Так чего ж тебе не сиделось дома, Лева?

Лева поправил очки и вопросительно посмотрел на командира.

— То есть как?.. Мои ровесники в тайге, а я буду отсиживаться в теплой квартире? Нет, это невозможно!

— Теплая квартира — это, конечно, неприятно, — медленно сказал Иванов.

Вася с удовольствием загоготал. Лева опустил голову.

— Ничего, ничего! — зычно сказал Иванов. — Будешь полезен. И голову выше, Лева!

Лева с благодарностью посмотрел на пиратскую бороду начальника десанта.

Ладный и молчаливый Толя Голуб понравился Иванову.

— Чем занимался в колхозе? — спросил Иванов.

— Робыл, — серьезно ответил Голуб. — Шо треба, то и робыл.

Одет был Голуб прочно, по-хозяйски: новые сапоги, крепкие штаны на вате, брезентовая куртка с капюшоном.

Иванов похмыкал от удовольствия.

— Назначаю комендантом, — сказал он. — На складе получишь продовольствие, оружие, инструмент. Понял?

— А як же? — солидно ответил Голуб. — Усе понял. Прошу помоганца.

— Какого еще помоганца?

— Помощника.

— Зачем?

— А як же! Я буду считать, а помощник будет пересчитывать. Чтобы не обманули.

У Иванова шевельнулись усы.

— Тебя обманешь!.. Ну, ладно, — сказал он. — Лева, назначаю тебя помощником коменданта… Понял?

— А як же! — от волнения по-голубовски ответил Лева.

Пятым стоял маленький и крепкий, как гриб, паренек — Коля Малина по прозвищу Дед. Дедом его прозвали потому, что он был самый молодой в десанте, и еще — за недавно появившуюся бородку.

Иванов, заложив руки в карманы куртки, задумчиво оглядел строй.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.