В лужах отражается Солнце

Капустин Вад

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

У фиолетовой фиалки листья имеют форму сердца.

— У фиолетовой фиалки листья имеют форму сердца, — повторил Миражник. — А что такое листья?

Огромный шестилапый паук с Тангры, покрытый густой оранжевой шерстью, завозился в углу пещеры, устраиваясь поудобнее, и с любопытством уставился на Костю.

— А что такое сердце? — не дожидаясь ответа, спросил Зеркальщик. Он единственный говорил без лингвиста по-русски, как, впрочем, и на языках остальных партнеров — настоящий полиглот-пересмешник, мгновенно приспосабливающийся к собеседникам. Голос, как обычно, прозвучал эхом из коробочки переводчика, и на стенах пещеры засуетились тени, кривляясь и передразнивая тангрианца.

Брысякин мрачно огляделся, но напрасно — найти прячущегося Зеркальщика невозможно. Адаптация к суровым условиям жизни пустынь планеты Кариба превратила разумные существа в идеальных хамелеонов, полностью сливающихся с окружающей средой. Безнадежность поисков стала ясной с первого дня, но каждый раз, услышав пересмешника, Костя не мог удержаться, прекрасно зная, что за этим последует. И в самом деле, воздух в пещере-бункере заискрился, сгустился, и туманные фигурки невообразимых форм замелькали, затихающим шепотом повторяя вопрос:

— Что такое сердце… сердце… сердце?

Вот кого нужно было назвать Миражником. Провокатор, по-другому не скажешь. Зеркальщик немного раздражал, но Костя сдержался и спокойно ответил:

— Сердце — это орган кровообращения у людей Земли. Ну и питания, кажется… В общем, многофункциональный. Считается, что он имеет какое-то отношение к чувству любви. Листья — это органы питания растений. Обогащают атмосферу необходимым для дыхания животных кислородом.

— Непонятно, считается кем? — в разговор вступил Погаситель, оторвавшись от изучения скомканного листка бумаги, который они сейчас обсуждали. — Какое отношение имеет орган кровообращения к чувствам?

Биолог-гуманист по образованию, альтаирский профессор довольно долго занимался изучением человеческой расы и на своей планете пользовался репутацией одного из крупнейших специалистов по психологии гуманоидов. Так, во всяком случае, утверждал он сам. Судя по некоторым репликам, остальные представители цивилизации альтаирских псевдоящеров не знали о землянах вообще ничего, а возможно, даже и не подозревали о самом их существовании.

— Поэтами так считается! Представителями творческих профессий. И глупыми романтическими девушками! Когда кого-то бросают, и человек страдает, обычно говорят, что у него болит сердце. Как у меня сейчас! — огрызнулся Костя, не сдержавшись.

За прошедшие с объявления соревнований и сбора команды 2 недели он устал от бессмысленных дискуссий. И угораздило же его прихватить с собой подаренную Лизой на прощанье книжку, в которой случайно обнаружилось написанное кем-то дурацкое письмо. Брысякин подозревал кем — человеком, из-за которого его бросили. Как назло, уголок с подписью был оборван. Остались только последние слова и две буквы имени: «С любовью. Ва…».

Кто — Валера, Ваня, Вася — об этом можно было только догадываться. Да и какое это имело значение? Но почему-то слова застряли в памяти и терзали воображение бессонными ночами, мешая думать о главном — об Игре, о том, как избежать поражения.

Впрочем, и книга и письмо пригодились, став предметом пристального внимания и изучения инопланетных партнеров — никто из них, как выяснилось, никаких носителей информации с собой не прихватил.

Удобства игрокам обеспечили — в пещере были индивидуальные пищевые синтезаторы, санитарные блоки, медицинская ниша, возможность уединения для отдыха и сна. Но будущих игроков терзала скука! Чтение и бесконечные споры помогали легче переносить ожидание. Хотя уж чего-чего, а терпения Брысякину было не занимать. Привык.

В жизни у Константина Брысякина был плохой старт. Родители погибли в автокатастрофе, когда мальчишке едва исполнилось шесть. Тетя Клава, угрюмая и нелюдимая, старшая сестра отца, взвалила на себя нелегкую задачу — в одиночку воспитывать чужого ребенка. Не слишком способный в учебе, мальчик, к счастью, оказался талантливым спортсменом. Упорные тренировки, тяжелая работа закалили тело. А душа… Тетка дала Косте все, что могла — заботу. Но в его детстве не было ни любви, ни тепла.

Только когда тетя Клава умерла от рака, четырнадцатилетний Костя оценил все, что сделала для него эта суровая женщина. Попав в спортивный интернат, он сумел выстоять. Сначала помогал тренеру, потом взялся вести секцию карате, занятия по самообороне. Потом начал принимать участие в соревнованиях многоборцев. Через несколько лет, после первых значимых побед, чемпиона пригласили в сборную страны, потом — планеты. Появились дружки и подружки, но никого по-настоящему близкого не было. Брысякин по-прежнему оставался один.

В секции самообороны он и познакомился с Лизой. Костя навсегда запомнил тот день, когда в группу пришла худенькая темноволосая и темноглазая девчонка с огромным синяком под глазом. Такая же одинокая и нелюбимая, как он сам. Ей не с кем было поделиться, и она откровенно рассказала молодому тренеру о приставаниях отчима: мать недавно снова вышла замуж, а новоявленный папаша сразу начал распускать руки, командовать, побил.

— Научите меня защищаться! Только защищаться! — плача попросила девочка. Костя без лишних объяснений согласился. Малявке не стоило объяснять, что на учебу уйдут недели и месяцы. С этого дня заботу о Лизе он считал своим личным делом.

С отчимом борец разобрался в тот же день. Хватило всего нескольких слов. Не слишком яркая, внешность Брысякина была достаточно впечатляющей.

— Еще что-то от девчонки услышу, костей не соберешь! — сказал он жирному пятидесятилетнему тюфяку с дрожащими потными руками. Тот понял.

Лиза больше не жаловалась, но продолжала ходить на тренировки. Осмелела. Смотрела на Константина счастливыми сияющими глазами, ждала после занятий. Они болтали, гуляли вечерами и, как-то одновременно поняв, что любят друг друга, начали мечтать об уютном доме, о счастье, о детях. Потом Брысякина пригласили в Комитет. Участие в Игре давало серьезный шанс на большое будущее, но Лиза была против:

— У меня в мире никого больше нет! Зачем это нам? Куда спешить? Вдруг с тобой что-то случится?

— Эгоистка! Я думал, ты обо мне беспокоишься, — обычно отшучивался спортсмен.

— Ты не понимаешь, я боюсь. Если ты уедешь, я не прощу.

Костя не поверил, но она не простила. Перед самой Игрой Лиза ушла, оставив на прощание глупую книжку с чужим письмом, обсуждением которого сейчас развлекались инопланетяне.

Книжка оказалась пособием по соционике: «Наука о поиске подходящих партнеров» — объяснялось в предисловии. Она пригодилась — за спорами время проходило быстрее.

Начитавшись, товарищи по команде немедленно взяли себе глупые книжные клички. Все равно настоящие имена друг друга они не могли ни понять, ни произнести, а названия соционических типов показались интригующими и многозначительными. Всем, кроме Брысякина — его подобные книги никогда не интересовали.

Больше всего Костю возмущало название псевдонаучного труда: «Как сделать, чтобы мы не расставались?». Ответить на этот вопрос ни себе, ни любимой девушке, ни настойчиво повторявшему его сейчас Погасителю, землянин не мог. Не мог поверить, что Лиза-Лизавета, его чудесная замечательная Лиска ушла, бросила. А книжка никаких ответов не давала — только классификации, описания идеальных партнеров. Сам Брысякин от соционического прозвища отказался наотрез:

— Я не Заказчик и не Деловик, — решительно заявил он. — И уж точно никому из вас и вообще не Тождик. Зовите Костей. И оставьте меня в покое, не лезьте в душу.

Товарищи по команде, сначала пытавшиеся придумать ему характеристику, почувствовав болезненную реакцию землянина, отвязались. Портить отношения в преддверии Игры никому не хотелось.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.