Тайна объекта «С-22»

Дмитриев Николай Николаевич

Серия: Военные приключения [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тайна объекта «С-22» (Дмитриев Николай)

ЧАСТЬ 1

Выстрел на рассвете

Петро Меланюк стоял возле соседской клуни, [1] спрятав голову под старый, пахнущий прелым деревом, дармовис. [2] Поздний февральский рассвет еще не наступил, и парня со всех сторон окружала зимняя промозглая мгла. Где-то недалеко звякнула ведерная дужка, стукнул цыберник, [3] и радостно завизжал узнавший хозяина пес. Село просыпалось.

Хлопец собрался переменить позу, но тут послышался приближающийся скрип шагов и Меланюк насторожился. Кто-то остановился за углом клуни, и знакомый голос дядьки Свирида хрипловато окликнул:

— Петро…

— Тут я… — негромко отозвался Меланюк и, откачнувшись от стены, высунулся из-под дармовиса.

— Ну то и добре. — Дядько Свирид разглядел Петра и осторожно покашлял в кулак. — Ось я товарища привел… Що вчора говорили…

Дядько Свирид подался чуть в сторону, и из-за его спины показался человек в городском пальто и рабочей кепке не по сезону.

— Доброго ранку, — поздоровался Меланюк, но дядька Свирид оборвал его:

— Потом побалакаете. Проведешь товарища до станции, как договаривались… И от що. Ты дома шо сказав?

— То що, в первый раз? — обиделся Меланюк. — Я до родичей за грошима йду, а то так…

— Ну-ну, вже набычився, молодой… — Дядько Свирид уловил в голосе Меланюка недовольные нотки и примирительно подтолкнул его в спину. — Ладно, давай Петре, шагай. В сели товарищ сзади пойдет, а там, дальше, можно й разом…

Рассвет застал их за Меланьиными хуторами. Заснеженные поля незаметно перешли в крутые увалы, поросшие лесом, и узенькая дорога, накатанная санными полозьями с чуть желтоватой навозной полосой посередине начала сползать в распадок. Зимний туман еще окутывал все вокруг молочно-иглистой дымкой, но по обе стороны дороги уже явственно проступил лес. Чуть дальше разлапистого молодого ельника, засыпанного рыхлым снегом, угадывались прямые стволы пошедших в рост сосен, а прямо по склону возник ломаный переплет голых ветвей дубового урочища.

Приостановившись на скользкой колее, Петро подождал, пока его спутник подошел ближе, и с интересом поглядывая на мужчину в черном пальто, спросил:

— Называть-то вас как?

— Зови товарищ Иван, — усмехнулся напарник и в свою очередь оценивающим взглядом окинул Меланюка.

— Добре, товарищ Иван. — Меланюк хотел протянуть руку, но не решился и вместо этого зачем-то сказал: — Вы не беспокойтесь, я у нас в КПЗУ [4] на связи был…

— А вот это лишний разговор. — Товарищ Иван строго посмотрел на Петра. — Далеко еще?

— Верст семь, а може й десять. — Пожал плечами Петро. — Пешком оно завсегда дальше…

— Ясно. Пошли тогда. — Мужчина зябко сунул руки в карманы пальто и решительно зашагал по дороге, слегка опережая Петра.

— А ото вы вже зря. — Меланюк укоризненно посмотрел на черную спину, качавшуюся впереди. — КПЗУ пивроку как распустили, только я вам скажу що я з цим не згоден, да и вся наша ячейка тоже не согласная.

— Я знаю. — Товарищ Иван обернулся и в упор посмотрел на Меланюка. — И ты мне об этом не говори, хватит, что твой дядька Свирид полночи душу мотал. Понял?

— Понял. — Петро поскользнулся и неловко взмахнул рукой. — Вы не думайте ничего, товарищ Иван, это я только чтоб вы знали…

— Только я? — Товарищ Иван весело рассмеялся. — А ты, оказывается, дипломат…

Он вдруг оборвал смех и прислушался. Где-то позади раздавался ровный топот лошадиных копыт.

— Что это? — Товарищ Иван вопросительно посмотрел на Меланюка.

— Як що? — пожал плечами Петро. — Конем хтось едет…

— Эх ты! Едет… Строевой конь нас догоняет. Нам бы спрятаться, а?

— Спрятаться?.. — Петро на секунду задумался. — Это можна! Там у развилки сарай ничейный, у ньому лесники сено держать… Може туды?

— Ну давай туды. Только быстренько, товарищ Петро!

Cтарый щелястый сарай спрятался в самом низу распадка под крутым оледенелым косогором. Видать, со времени последнего снегопада никто из лесников не ходил за сеном, и поэтому к воротам пришлось добираться прямо через небольшие сугробы. Товарищ Иван сожалеюще оглянулся на четкую цепочку следов, тянувшуюся от дороги, и, горестно вздохнув, прикрыл за собой створку. В сарае сразу стало темнее, и все щели превратились в мутноватые полосы.

Петро нагреб себе охапку сена побольше и с удовольствием завалился на мягкую подстилку. Он не особенно разделял опасения спутника, тем более что, пока они бежали к сараю, топот стих. Однако и возражать Петро тоже не стал, в конечном счете, лишняя осторожность никогда не помешает.

Глаза постепенно привыкали к темноте, да и снаружи рассвет брал свое, быстро сгоняя туман с дороги. Никакой погони не было слышно, и товарищ Иван, отойдя от ворот, полез в карман за папиросами. Пачка оказалась пустой и он, напрасно пошарив в ней пальцами, отбросил в сторону. Прошуршав по стене, коробка упала в светлую полосу, и Петр увидел бело-синий рисунок «Мевы» с аккуратно надорванным золотистым ярлыком. Петр протянул руку, ощупал пальцами давлено-круглый шифр «ПМТ [5] » на ярлычке и усмехнулся.

— А чого-нибудь с буквами «ПМС [6] » у вас часом нема?

— Ишь, губа не дура! — Напарник Петра весело фыркнул и согласился. — Пожалуй, ты прав, по чарке не помешало б… Морозит.

— Жаль, согрелись бы малость… — Меланюк завозился на своей подстилке. — А скажить, товарищ Иван, коли ж буде тая революция?

— Завтра!

В ответе послышалось что-то странное, показавшееся обидным Петру.

— Смеетесь… А я серьезно! Я той июль 38 го добре запомнил. А теперь думаю, може, ее и вовсе не будет…

— А ты, хлопче, в КПЗУ сколько времени состоял?

На этот раз в голосе товарища Ивана не было и тени насмешки, и Меланюк отозвался с жаром:

— Аж пивтора року!

— Полтора года, говоришь… А я, — начал было товарищ Иван, но сразу оборвал себя и заговорил о другом. — Про львовскую демонстрацию тебе известно?

— Владу червоним? Во, то по-нашому!

— А что вот эти «кресы всходни [7] » красными называют, слышал?

— Це знаю.

— Так не мешает тебе знать, что сейчас февраль 39 го, и революция, может, и раньше будет чем мы с тобой думаем… — Товарищ Иван круто повернулся к Меланюку. — Мне Свирид говорил, тебя в «Сильський господар» [8] пристроили. Там как, все выходит?

— А чом йому не виходити? Там дядько Свирид добре помозговав.

— Ну, там не один Свирид мозговал…

Товарищ Иван внезапно замолчал и прислушался. За стеной сарая снова отчетливо послышался конский топот. Петро с напарником одновременно метнулись к воротам и прильнули к широкой щели между рассевшихся досок. Топот приближался, и через полминуты, к своему удивлению, они увидали лыжника.

Красивый оседланный конь шел машистой рысью, подгибая голову, и, как бы играя, отбрасывал бабки в сторону. К пустому офицерскому седлу был привязан длинный ремень, и, держась за него, элегантный молодой мужчина уверенно скользил по снегу рядом с дорогой. Не обратив ни малейшего внимания на следы у ворот, он круто свернул, объезжая сугроб, и проскочил так близко от стены, что в сарай явственно донеслось шипение его лыж.

Петро приоткрыл створку и, увидав, что лыжник от развилки повернул вправо, позвал спутника.

— Пошли, товарищ Иван. Той пан в лес кататься поехал, а нам в другой бик, до переезду…

Не отвечая, напарник начал пробираться к дороге, стараясь ступать в свои же следы, и тут где-то выше, за косогором, глухо треснул выстрел.

— Что, винтовка?

Товарищ Иван замер и инстинктивно пригнулся, как будто стреляли в него.

— Та чого ви боитесь? — удивился Петро. — Ну и що, що стрельнули?.. Тут в дубняках кабанов до чорта, вот пани по дзикам из карабинов й палять…

— А у вас что, запрета на охоту нет?

— А які у пана запрети?.. У пана тут на все дозвіл…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.