Литературная Газета 6455 ( № 12 2014)

Литературная Газета Литературка Газета

Жанр: Публицистика  Документальная литература    Автор: Литературная Газета Литературка Газета   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Всегда быть в маске?

Фото: Антон МЕНЬШОВ

Современный российский театр чем-то похож на майдан, где можно воплотить самую бредовую грёзу, реализовать любую неадекватность, навязать свой "мовояз". Зрителям дозволяют при этом присутствовать, критикам разрешают хвалить, а непонятливых объявляют тупыми врагами, замахнувшимися на святое. Да, это культ, и у него есть свой телец - «Золотая маска». Имеется и символ веры – неверие в Россию как самобытную цивилизацию.

Недавно в Псковском драмтеатре на реконструированной сцене, стоившей казне почти миллиард рублей, состоялась премьера «Графа Нулина». Актёры, выряженные пионерами, дурными голосами пели, бормотали и глумливо декламировали вечный пушкинский текст. Потом, конечно, разделись[?] Новое прочтение классики? Но дяди и тёти, переодетые в пионеров, – нафталин, «открытие» 80-х. Ни один советский капустник не обходился без мужиков, которые, дрыгая голыми волосатыми ногами, изображали под хохот коллег танец маленьких лебедей. Новаторство иных современных режиссёров это – волосатые ноги маленьких лебедей. Не более.

Почему великий Станиславский назвал своё детище «художественно-общедоступным» театром? Конечно же, он имел в виду не цены на билеты. Речь о другом: театр, обновляясь и усложняясь, тем не менее должен говорить со зрителем на одном языке. При внешней очевидности это очень не просто – куда легче бредить на личном эсперанто. Эксперимент и метафизику превращает в искусство, делает увлекательными только дар, талант. Забытые звуки! Сегодня чаще говорят: «пиар» и «тусовка». Чувствуя свою художественную недостаточность, нынешний «реформатор сцены», а точнее, «реформач», спешит отгородиться от зрителя не «четвёртой стеной», а железным занавесом. И вот уже тексты не ставятся, а читаются в узком кругу. Лаборатория, понимаешь ли! Однако «новая драма» – это ведь даже не пьесы, а скорее «драматургический материал». Есть вино и есть винный материал. Спутать невозможно. Такая ситуация вполне устраивает многих режиссёров: их самовыражение не сковывается ничем – ни темой, ни сюжетом, ни характерами, которых попросту нет. В итоге сцена становится подобием лаборатории, где занимаются не научным исследованием, а придумыванием диковинных пробирок.

Вместе с тем «передовой» российский театр жёстко идеологизирован. Куда жёстче, чем советский. Называется эта идеология «агрессивной толерантностью». Она исключает патриотичность, уважение к традиционным и национальным ценностям, художественную адекватность, социальную и нравственную ответственность. Талант тоже не обязателен, главное – верность тусовке и умение присосаться к бюджетному вымени. В этом, кстати, театральные самовыраженцы достигли заоблачного мастерства.

Что же делать? Прежде всего режиссёра нужно потеснить с «незаконно оккупированных территорий». Веками в театре центральной фигурой был драматург, именно автор определял происходящее на сцене. Понятно, в прошлое мы вернуться не сможем, но на какое-то время на сцене снова главным должен стать автор. Не «новодрамец», а драматург, писатель. Он принесёт новые темы, смыслы, характеры, обогатит язык не матерщиной, а свежим словом. «Что» снова должно восторжествовать над «как». Хотя бы ненадолго. Для оздоровления. Другого пути нет.

Теги: театральное искусство

Слово о Севастополе

Здесь ожиданья строгая печаль -

Она лишь сердцу верному по силам.

Так долго бьются волны о причал,

что стал он, как вода и небо, синим.

И тени затонувших кораблей

проходят невесомо друг за другом.

И солнце не короной королей –

спасательным оно сверкает кругом.

Ложится на кипящую волну –

и вдруг летит в заоблачные дали.

Вот, кажется, недавно шли ко дну,

но миг всего – и свет мы увидали.

И вновь на Графской пристани стоим.

И радугу таят прибой и солнце.

Весной взволнован полуостров Крым –

и сердце в каждом теплится оконце.

Курган Малахов. Вечной славы звон.

И высоко знамение Христово.

И – держится Четвёртый бастион,

где батарея графа Льва Толстого!

Теги: Владимир Хомяков

Философия театра

Римма Кречетова. Станиславский.
- М.: Молодая гвардия, 2013. – 447[1] с.: ил. – (Жизнь замечательных людей: сер. биогр.; вып. 1459). – 5000 экз.

В начале юбилейного года Станиславского "ЛГ" публиковала главу из этой книги (№ 1, 2013) «Неужели опять Станиславский?». Казалось бы, один отрывок (к тому же не самый захватывающий) не способен дать представление о целой вещи. Но можно пойти по пути автора и проанализировать имеющийся материал не в ограниченном датами рождения и смерти, жёстко хронологизированном, историческом пространстве. Если сплести его и с прошлым, и с изрядно далёким будущим, – возникнет понимание и широты охвата темы, и объёма информации, и парадоксальности глубоких рассуждений.

Прочитать книгу с лёгкостью, между делом не получится: текст очень густ, насыщен фактами, умозаключениями, тонко метафоричен. Вчитываешься, вдумываешься[?] По манере подачи материала она отстоит от привычного ряда изданий серии «ЖЗЛ». Это не просто биографическое исследование, летопись «жизни замечательного человека», но и психологическое – о формировании личности, и концептуальное – о природе театра, о неотвратимости её перемен. Это, если можно так выразиться, философия театра в большей мере, чем биография его реформатора.

Подробности о Станиславском в книге можно найти на любой вкус: кому-то покажется любопытным, что К.С. «никому не доверял ключей», «имел 75 костюмов и 40 пар обуви»; кто-то посетует на некоторую преломлённость сведений о тех, кто стоял у истоков МХТ. Автор считает третьим, внёсшим огромный вклад в дело становления театра, художника В. Симова, а о Савве Морозове, финансировавшем новое дело, сказано относительно немного, но это вполне вписывается в тенденцию говорить больше об идейных соратниках, о духе МХТ, нежели о земных заботах. Внушает уважение то воодушевление, восхищение (пожалуй, назову это чувство любовью), с которым написано о герое книги.

«Немирович-Данченко… произнёс речь у могилы. «Здесь начинается бессмертие», – сказал он». Так и случилось.

Теги: Римма Кречетова. Станиславский

Проект «Крым»

Как скажется на России возвращение Крыма и Севастополя в родную гавань? Какими переменами обернётся в экономике, политике, духовной жизни? Не чрезмерны ли наши ожидания?

Цивилизационная прочность

Игорь КРУГОВЫХ, заместитель председателя правления Ассамблеи народов России:

- События вокруг Крыма являются экзаменом для России, Украины, международного сообщества на историчность, приверженность принципам международного права, элементарную порядочность. Всего за несколько недель Крым "поднял" Россию от обсуждения с Украиной вопросов «интеграционных» до решения задач «цивилизационных». Потребовалось пресечь блицкриг западных «миротворцев» по насильственному захвату части традиционной для Крыма и юго-восточной Украины восточно-христианской цивилизации. В Крыму наша победа (вернее, восстановление исторической справедливости) – это реальность. Но битва далеко не завершена.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.