Тоже цивилизация

Шекли Роберт

Жанр: Научная фантастика  Фантастика    1988 год   Автор: Шекли Роберт   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тоже цивилизация ( Шекли Роберт)

Роберт Шекли

Тоже цивилизация

The Status Civilization • novel by Robert Sheckley • publ. Signet, Sep 1960, pb • originally appeared under the title Omega, in Amazing Science Fiction Stories, August 1960, magazine • Перевод с английского: В. Баканов

Глава 1

Маленькая серая комната, в одном конце которой — закрытая дверь. В другом сквозь штору виднелся крошечный туалет. Помещение освещалось из какого-то скрытого источника, — возможно, с потолка. В комнате стояли кровать, стол и стул.

Он подпер подбородок рукой, сомкнул веки, попытался сосредоточиться. Гомо сапиенс, мужчина, человек с планеты Земля. Он говорил на языке, называющемся английским. (Значило ли это, что были другие языки?) Ему известны названия предметов: кровать, стол, стул. Он обладал, кроме того, определенным запасом общих знаний. Но отдавал себе отчет, что существует великое множество важных вещей, которые он знал когда-то, но не знает сейчас.

«Со мной что-то случилось».

Это могло кончиться хуже. Если бы оно продлилось еще немного, он мог остаться созданием без языка, без знания того, что он — человек, мужчина, землянин. Кое-что ему сохранили.

«Я, наверное, был болен».

Единственное разумное объяснение. В свое время, вероятно, у него были определенные воспоминания, связанные с птицами, деревьями, друзьями, семьей, положением, женой, возможно. Теперь он мог лишь теоретизировать о них. (Тогда он говорил: «Это похоже на…» или «Это напоминает мне…» Теперь же ничто ему не напоминало, вещи были сами собой.) Он потерял возможность сравнивать и противопоставлять. Он не мог больше анализировать настоящее в свете пережитого прошлого.

«Должно быть, я в больнице».

Конечно. Здесь его лечат. Добрые врачи трудятся над возвращением ему памяти, сознания личности, чтобы сообщить ему, кто он и что он. Благородный труд!.. Он почувствовал, как на глазах выступили слезы благодарности. Он встал и медленно обошел свою маленькую комнату. Дверь была заперта.

Он стал ждать. Прошло немало времени, прежде чем послышались шаги в коридоре. Шаги замерли, панель откатилась в сторону, и показалось лицо человека в коричневой форме.

Называй себя 402-й, — сказал охранник. — По номеру камеры.

— Я долго болел? Сейчас мне лучше?

— Да, — иронично заверил охранник. — Веди себя спокойно. Подчиняйся правилам. Не вздумай дурить.

— Конечно, — согласился 402-й. — Но почему я ничего не могу вспомнить?

— Так всегда, — ответил охранник и повернулся.

402 окликнул его:

— Подождите! Нельзя же так оставлять меня, не объяснив. Что со мной случилось? Почему я в больнице?

— В больнице? — удивился охранник и, ухмыляясь, посмотрел на 402. — С чего ты взял?

— Я так предполагаю.

— Ты предполагаешь неверно. Это тюрьма.

— В чем меня обвиняют? Что я сделал?

— Узнаешь, — бросил страж.

— Когда?

— После приземления. А пока готовься к собранию.

Он ушел. 402 сидел на кровати и пытался думать. Кое-что прояснилось: он в тюрьме, и тюрьма вскоре приземлится. Что все это значит? Зачем тюрьме — приземляться? И какое собрание ждет впереди?

Ему почудилось, будто прозвенел звонок. Дверь камеры отворилась.

402 вышел в коридор. Он был очень возбужден, но не желал покидать безопасную, ставшую привычной камеру. Подошел охранник.

— Не бойся. Никто не собирается причинять тебе вред. Иди по коридору прямо.

402 пошел по коридору. Он видел другие открытые камеры, людей, выходящих в коридор. Большинство было в замешательстве, все молчали. Покрикивали только охранники:

— Прямо, давай двигай, прямо!

Их пригнали в большую круглую аудиторию. На балконе, опоясывающем комнату, стояли вооруженные стражи. Их присутствие казалось необязательным — испуганная и ничего не соображающая толпа и не помышляла о бунте. Однако охранники имели символическое значение, напоминая только что пробудившимся людям самый важный факт их жизни: они были арестантами.

Через несколько минут на балконе появился человек в темной форме. Он поднял руку, призывая к вниманию, хотя и так с него не спускали глаз, и по аудитории загремел голос.

— Слушайте внимательно и постарайтесь запомнить, что я вам скажу. Эти факты важны для вашего существования. Все вы, — продолжал оратор, — недавно очнулись в своих камерах. Вы узнали, что не помните ничего о прежней жизни, даже собственных имен. У вас есть лишь скудный запас общих сведений, достаточный, однако, для соприкосновения с реальностью. Я не расширю ваши познания. Все вы там, на Земле, были злобными и гнусными преступниками, людьми наихудшего сорта, лишенными Государством права на существование. В менее просвещенные века вас бы казнили. В наше время вас выслали.

Оратор поднял руку, чтобы успокоить шум, пробежавший по аудитории.

— Все вы преступники. У вас одна общая черта — неспособность выполнять основные обязательные правила человеческого общества. Эти правила необходимы; нарушив их, вы совершили преступление против человечества. Поэтому человечество отторгло вас. Вы — палки в колесах цивилизации и изгнаны в мир вам подобных. Здесь вы вправе создавать свои законы и умирать по ним. Здесь свобода, которой вы жаждали.

Оратор вытер лоб и честно посмотрел в глаза узникам.

— Помните, что нет спасения и нет возврата. Сторожевые корабли, оснащенные новейшим лучевым оружием, патрулируют воздушное пространство Омеги днем и ночью. Они уничтожают любой предмет, поднявшийся более чем на пятьсот футов над поверхностью планеты. Свыкнитесь с этими фактами.

Тут легчайшая дрожь прошла по полу аудитории, затем превратилась в вибрацию. И 402 почувствовал тяжесть, будто на тело навалился невидимый груз.

Из громкоговорителей прозвучал голос:

— Внимание! Корабль приземлился на Омеге. Вскоре произведем высадку.

Заключенных выстроили в колонну и вывели из помещения. Все еще ошеломленные, они шли по бесконечному коридору огромного корабля к открытому люку, через который врывался яркий свет.

402 спустился по длинной лестнице и оказался на твердой почве. Он стоял на большой залитой солнцем площади, окруженной любопытными зрителями.

— Отвечайте, когда называют ваш номер! — прогремели динамики.

402 чувствовал себя слабым и усталым. Хотелось лечь — заснуть или подумать о происходящем. Он осмотрелся и автоматически отметил гигантскую ракету, охранников, зевак. Над головой в синеве небес плавали черные пятна. Сначала они показались ему птицами. Затем, приглядевшись, он понял, что это сторожевые корабли.

— Номер 1!

— Здесь, — ответил голос.

— Номер 1, ваше имя Вайн Саусхолдер. 34 года, группа крови АЛ-2, индекс AP-431-С. Виновен в измене.

Толпа наблюдающих зааплодировала.

402, дремлющий на солнце, слушал перечисление убийств, ненормальностей, подделок, мутаций.

— Номер 402!

— Здесь.

— Номер 402, ваше имя Уилл Баррент. 27 лет, группа крови ОЛ-3, индекс ЭКС-221-Р. Виновен в убийстве.

Толпа приветливо зашумела, но 402 едва ли что-нибудь слышал. Он привыкал к тому, что у него есть имя. Настоящее имя, а не номер. Уилл Баррент. Он надеялся, что не забудет, повторял его снова и снова и чуть не пропустил последнее объявление.

— Ваше временное жилье находится на площади А-2. Будьте осторожны и осмотрительны в словах и действиях. Наблюдайте, слушайте, учитесь. Я должен сообщить вам, что средняя продолжительность жизни на Омеге приблизительно три земных года.

Последние фразы не сразу дошли до Баррента. Он еще свыкался с новизной своего имени.

Глава 2

Новоприбывших, человек около пятисот, повели к скоплению бараков на площади А-2. Они были еще не людьми, они были существами, чья память охватывала события едва ли одного часа. Не взрослые, не дети сидели на койках и с любопытством оглядывали свои тела, увлеченно рассматривали свои ноги и руки. Они смотрели друг на друга и видели собственное отображение в чужих глазах. Зрелость приходила быстро, из забытых видений и призраков памяти, рождаясь из старых привычек и личных черт, сохранившихся, как обрывки порванной нити, из прошлой жизни на Земле.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.