Главная тайна ГРУ

Максимов Анатолий Борисович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Главная тайна ГРУ (Максимов Анатолий)

От автора

В который раз вчитываюсь я в хорошо знакомое мне обращение советского гражданина к американскому и английскому разведчикам:

«Как стратег, выпускник двух академий, я знаю многие слабые места. Я убежден, что в случае будущей войны в час «Х» такие важные объекты, как Генштаб, КГБ на площади Дзержинского, ЦК партии, должны быть взорваны…»

Это обращение к противнику потрясало своей четкостью сформулированной цели. С трудом верилось, что автор этого изуверского «послания» — участник финской войны и боевой офицер Отечественной, а на тот момент, в 1961 году, действующий сотрудник ГРУ — военной разведки Генштаба Минобороны СССР. И вот — предатель Родины…

Первая «встреча» с этим поразительным по своей циничности документом произошла в 1967 году за рубежом, в Канаде. Тогда мне попалась в руки книжица карманного формата «Записки Пеньковского». Но почему «в который раз»? Потому что из года в год, казалось бы, предельно понятное его содержание для меня наполнялось все более новым оперативно-значимым смыслом и потому что…

Впрочем, все по порядку.

…Декабрьским морозным утром 1991 года в доме на восточной окраине столицы за письменным столом сидел профессиональный разведчик, несколько месяцев назад ушедший в запас.

В эти дни мое сорокалетнее прошлое — флот, контрразведка, разведка властно приковывало внимание, требуя осмыслить пройденный путь. Я переворачивал листок за листком, с каждой страницей уходя в глубь прожитых лет.

Затерявшийся между страницами сложенный вчетверо кусочек бумаги с неровными краями обрыва привлек мое внимание. Машинально взглянул на помеченную на нем дату — февраль 1974 года. Без особого труда вспомнил: в это время в разгаре была операция по проникновению в агентурную сеть западных спецслужб. В этой акции я выступал в качестве «московского агента» Запада под личиной предателя Родины.

Так скромный листок из отрывного календаря возвратил меня почти на двадцать лет назад, когда готовился очередной этап игры внешней разведки нашей госбезопасности с одной из западных контрразведок.

Тогда для исполнения роли «предателя» я искал опору в делах реальных предателей моей Отчизны, коим, например, был Пеньковский, полковник военной разведки — агент английской и американской спецслужб в начале шестидесятых годов. Как разведчик, я понимал, что преданные гласности сведения по «делу Пеньковского» могли кое-что «подсказать» в моей тревожной игре.

На листочке были проставлены латинские буквы и цифры. Это были ссылки на американское издание книги «Записки Пеньковского», которую я приобрел еще в 1967 году за рубежом. А цифры — это страницы книги, привлекшие мое внимание лет двадцать назад.

Но почему на листке сделана крупная запись: «предатель — непредатель» и еще «?!». Значит, уже тогда, во времена занятости текущими делами была отмечена в словах решительным почерком мысль, посетившая тогда меня.

Я нашел томик «Записок». Там на нескольких страницах увидел свои пометки разными цветами — синим, зеленым, красным. Возвратившись к столу, я снова взглянул на развернутый пожелтевший листок, на котором скорописью было выведено:

синим — мотивы работы Пеньковского с Западом;

зеленым — разведывательные возможности по добыванию материалов;

красным — условия связи и безопасность.

Листок из семидесятых годов заставил меня неоднократно возвращаться к мысли: а было ли предательство советского офицера, боевого артиллериста, военного разведчика полковника Пеньковского? Некоторый свет на это «дело» пролили книги, изданные в России после событий августа 1991 года. В них говорилось о «деле», в сведениях о котором я искал робкие пока доказательства в пользу моих возникших неясных предположений о том, что предательства не было.

Поражала строгая последовательность появления Пеньковского в поле зрения Запада, которая в определенной степени один к одному повторяла путь меня самого при «работе» с западной спецслужбой: заинтересовать собой — инспирировать мотивы возможного сотрудничества — показать наличие доступа к информации — выдвинуть условия получения гражданства на Западе — поставить требования по безопасности.

И я стал пополнять пока скромное личное досье по «делу Пеньковского».

* * *

Подбираясь к семидесятилетию, представляется, что с самого детства мне удалось сохранить трепетное отношение к каждой новой книге, за обложкой которой скрыто еще не познанное ее содержание. И по сей день меня огорчает, если в книге, брошюре или статье весьма слабо, а иногда вообще отсутствуют сведения об авторе.

В краткой справке о пишущем я ищу ответы на вечный вопрос: по какому «моральному праву» он взялся за перо и представил на суд читателей свое видение фактов и событий? И потому, из глубокого уважения к читателю — несколько строк о себе, моем жизненном пути. Всего несколько строк…

Родился в 1934 году в семье геолога и учительницы. Окончил высшее военно-морское училище по специальности инженер морской артиллерии. С 1957 года в органах госбезопасности: военный контрразведчик на Северном флоте и разведчик научно-технической разведки с работой в странах на четырех континентах. Ветеран флота, контрразведки, разведки и внешторга. Почетный сотрудник госбезопасности, капитан 1 ранга в отставке, занимаюсь историей моей службы.

Но ведь деяния любого разведчика — это крохотная частица истории всей разведки. Из таких частиц формируется мнение о разведывательном ремесле и о мастерстве разведки в целом, как об институте государственной безопасности моего Отечества. Все мы, как говорили в далекие времена, «государевы люди». И не будь разведчиков с их государственным подходом к делу, то не было бы источников информации — секретных помощников, а значит — операций в пользу политики государства на международной арене. Особенно работа разведчиков и агентов с проводимыми ими операциями была нужна в тревожные для Российского государства периоды дипломатических усилий, разрешению которых способствовали «тайные войны».

Комитет государственной безопасности с его внешней (политической) разведкой и Минобороны с его военной разведкой сотрудничали на полях скрытых битв все ХХ столетие. В интересах защиты Отечества они совместными усилиями создавали подчас уникальные операции. Например, «Трест» в двадцатые годы, работа «Красной капеллы» и оперативная игра «Монастырь» — «Березино» — в годы Великой Отечественной войны. Внешняя и военная разведки рука об руку вершили славные дела в Гражданской войне в Испании в тридцатые годы.

С точки зрения профессионального интереса мне повезло: за годы работы в разведке был период, когда целью моей профессиональной пригодности стала роль предателя Родины. Десятилетие только две спецслужбы знали, что они имеют дело с разведчиком (советским) и агентом (канадским). В советской операции «Турнир» против канадской операции «Золотая жила» советский Тургай выступал против канадского «Аквариуса» — это был «поединок с самим собой».

Участие в этой акции тайного влияния не могло пройти бесследно для моего оперативного опыта. И случилось так, что я «заболел» проблемой «дела Пеньковского» — этого «предателя века», как его представили и у нас и за рубежом. Правда, за рубежом возвели в ранг героя.

Многолетнее странствование по морю газетных и журнальных статей в Союзе и за рубежом, знакомство с книгами и фильмами «на тему», беседы со свидетелями этого шумного судебного процесса «по делу» укрепляли меня в мысли: в этом из ряда вон выходящем событии на «полях тайной войны спецслужб» определенно имеется скрытый своей недосказанностью смысл.

Описанные многократно «по делу» события берут начало в середине прошлого века, когда Советский Союз еще не был даже близок к грани распада, а КГБ с его внешней разведкой и Минобороны с его Главным разведывательным управлением находились в расцвете сил в рамках «тайной войны» разведок и контрразведок.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.