Четверо детей и чудище

Уилсон Жаклин

Жанр: Детская проза  Детские    2014 год   Автор: Уилсон Жаклин   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Четверо детей и чудище (Уилсон Жаклин)

Глава 1

— Что читаем? — спросила Шлёпа, выхватив у меня из рук книгу.

— Отдай! — сказала я, но она отвела руку в сторону — не дотянуться, а когда я попыталась отнять книжку, больно пихнула меня локтем. Когда ей нечем заняться, она вечно таскает мои вещи. Ей бы прозвище не Шлёпа, а Шлёп-и-нету.

— «Пятеро детей и чудище», — прочитала Шлёпа дурацким голосом. — Глупое какое-то название. Что за чудище?

— Псаммиад, — сказала я.

— С псами в ад? — спросила Шлёпа. Похоже, ей стало любопытно. — Это ужасы?

Сама она читала исключительно страшилки Марвела О’Кэя, и чем кровавее, тем лучше.

— Нет, это про такое чудное волшебное существо, диво песков, — сказала я.

— Диво песков! — фыркнула Шлёпа. — Я из сказочек про диво дивное еще лет в шесть выросла. Ты такая малышня, Розалинда.

— Никакое это не диво дивное. Псаммиад вроде обезьяны с глазами-рожками, он ужасно придирчивый, а еще он желания исполняет, — сказала я. — Книжка просто замечательная.

— Ты такая ботанка — тебя послушать, так все книги замечательные, — сказала Шлёпа. Она запрыгнула на кухонный стол и, болтая ногами, стала листать мою книжку. А Робби, мой брат, как раз был под столом — лежа на пузе играл тихо-мирно со своим зверинцем. Шлёпины блестящие кроссовки болтались прямо у него над головой, так что он уполз назад, к стене — от беды подальше. Препираться со Шлёпой ему хотелось еще меньше моего.

Шлёпа перестала листать страницы, наткнувшись на картинку:

— Чего это они так вырядились? Вот дурачье.

Я вздохнула. И Робби под столом вздохнул. Маленькие пластмассовые львы и тигры со слонами наверняка вздохнули тоже. Это Шлёпа дурачье, а не ребята на картинке. Честное слово, хуже сводной сестры, чем она, у человека быть не может!

— Книжку написали сто с лишним лет назад, — сказала я. — Поэтому дети одеты по эдвардианской моде: в передники и бриджи.

— Сама ты эдвардианская, — сказала Шлёпа. — История — занудство. — Она зевнула и как ни в чем не бывало швырнула книжку на пол. Явно пыталась затеять ссору — и я знала, кто победит.

— Тебе сколько лет? — спросила я эдак надменно. — Моди и то себя лучше ведет. — Я подняла книгу с пола. Несколько страниц помялось. Я стала разглаживать их дрожащими пальцами. Как же мне ее терпеть столько времени! Она так ужасно себя ведет — особенно с Робби и со мной. Она младше меня, а я все равно ее боюсь.

— Что ж делать-то, твоя занудная книжонка вся помялась! — притворно огорчилась Шлёпа. Она энергичней заболтала ногами и уронила пару слонов и обезьяну. — Ой!

Показалась рука Робби и попыталась собрать попадавших зверушек.

— Помогите, тут что-то ползает и скребется! Может, крыса? Надо скорей ее раздавить, — продолжала ерничать Шлёпа, соскользнула со стола и с размаху наступила Робби на руку.

— Хватит! Отстань от моего брата, заноза! — вмешалась я. Все-таки она вывела меня из себя.

Робби ничего не сказал — он изо всех сил старался не зареветь, — зато его любимый лев цапнул Шлёпу за лодыжку. Посмеявшись над этим безобидным нападением, она схватила льва и подбросила его высоко в воздух. Зверь приземлился на все четыре лапы на книгу рецептов Джейми Оливера на кухонной полке.

— Да ему надо в цирке выступать! — Шлёпа вскочила и опять схватила льва. — Знаете фокус, когда укротитель засовывает голову льву в пасть? Тут от него бы проку не было. Я предлагаю наоборот: пусть лев сунет голову в пасть укротителю. Идея — отпад! — Она запихнула крошечного льва в рот и хорошенько прикусила.

— Нет! — закричал Робби.

Я вскочила на ноги, схватила ее — и как дерну льва за задние лапы! Лев выскочил на волю, обслюнявленный, блестящий — и в крови.

— Ай! Ты мне губу поцарапала, свинюга! — заверещала Шлёпа, прижав руку ко рту.

— Так тебе и надо! Сама виновата. — Сердце у меня так и колотилось. — Почему ты вечно вредничаешь?

— Потому что ты с твоим мелким братцем-нытиком мне поперек горла. Быстрей бы вы уже выкатились отсюда, — процедила Шлёпа.

— Привет, ребята! Что за шум? — Папа влетел в кухню в пижаме и теперь стоял и чесал голову. Он посмотрел на Шлёпу. — Не слишком гостеприимные речи.

— Они первые начали! Смотри!

Шлёпа задрала голову и показала ранку на губе. Папа присмотрелся к маленькому пятнышку крови:

— Как это тебя угораздило, Шлёп?

Та многозначительно воззрилась на меня.

— Розалинда? — изумился папа. — Розалинда, неужели ты и впрямь ударила сестру?

— Она мне не сестра, — пробубнила я сдуру.

— Поверить не могу, что ты полезла в драку! — покачал головой папа.

— Она меня защищала. — Робби выполз из-под стола.

— Прячешься за юбкой сестры, да, Роберт? — сухо спросил папа.

— Я драться не умею, — сказал Робби, и, в общем, не соврал.

— А из-за чего драка-то началась? — поинтересовался папа.

Мы уставились на свои босые ноги. Я погоняла большим пальцем кукурузные хлопья: мы ели прямо из пачки и просыпали немножко на пол.

Папа тяжело вздохнул:

— Ладно, бог с вами. А ты, Розалинда, держи себя в руках. Не вздумай больше драться! Я не потерплю в своем доме такого поведения. А ну-ка помогите мне на стол накрыть, шевелитесь. — Папа стал протискиваться к шкафу с посудой и наступил на пластмассового зверька. — Черт! — Он поднял слона и бросил его в Робби. — Ты хуже Моди, по всему дому игрушки разбрасываешь. Вроде бы взрослый уже играть в эту ерунду.

Робби понурился. Неужели папа забыл? Он сам подарил Робби первых трех зверят, еще когда приезжал к нам каждые выходные и мы ходили вместе в зоопарк.

— Не понимаю, — покачал головой папа. — Дочь дерется, а сын играет в игрушки под столом. У вас все перепуталось, дети. Придется положить вас в мешок и хорошенько перемешать. — Он пытался острить, только мы с Робби ужасно злились и нам ни капельки не было смешно.

Шлёпа смеялась над нами — конечно, к ней-то папа цепляться не станет. Нечестно. Мы знали, что папе Шлёпа тоже не нравится, но ее он не отчитывал: она ведь дочка Элис, а не его.

Сама Элис появилась, когда мы все уже позавтракали, а папа допивал вторую чашку кофе.

— Привет, пупсики.

Она впорхнула в кухню, расточая улыбки, — точь-в-точь артистка на сцене в ожидании оваций. Она не переоделась — была в тонкой ночнушке, чересчур прозрачной, — но волосы, длинные и светлые, уже успела расчесать и губы накрасила блестящей розовой помадой.

— Как замечательно, что мы все собрались вместе, — сказала она, сцепив руки.

Мы уставились на нее. Кого она обманывала? Никто из нас ей даром не нужен, даже Шлёпа, ее родная дочь. Обычно на каникулы мы приезжали по очереди: сначала мы с Робби, потом Шлёпа. Но этим летом Шлёпин папа умотал на Сейшелы — медовый месяц с новой женой, — а наша мама уехала в летнюю школу — она учится в Открытом университете. Так все мы очутились у папы в Суррее [1] , чтобы изображать Счастливую Семью.

Я уже очень соскучилась по маме, хотя мы только вчера расстались. Наверняка мама тоже по нам скучала. Она даже всплакнула, когда обнимала нас на прощание. Ужасно, что мама и папа больше никогда не будут вместе как нормальная семья. Конечно, мы хотели побыть с папой на каникулах — но не с Элис же. И уж точно не со Шлёпой.

Впрочем, против малышки Моди мы не возражали.

— Здрасте, здрасте, здрасте! — сказала Моди.

Тут как тут! Прямо крошечный полисмен. Она кое-как пришаркала вслед за Элис — в пижамных штанах, бежево-розовом лифчике на шее и сандалиях на высоченном каблуке.

— Я большая взрослая тетя, — объявила она.

Она заковыляла по кухне, улыбаясь нам. На этот раз все улыбнулись в ответ, даже Шлёпа.

— Моди! — я протянула к ней руки.

Обожаю свою смешную сводную сестричку. И я, похоже, тоже ей нравлюсь — она вечно ходит за мной хвостиком, когда мы живем у папы и Элис. Но теперь же здесь Шлёпа. Она вскочила, схватила Моди и давай ее кружить. Моди, болтая каблуками в воздухе, завизжала от смеха.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.