Искатель. 1992. Выпуск №6

Стаут Рекс

Серия: Журнал «Искатель» [192]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Искатель. 1992. Выпуск №6 (Стаут Рекс)

Рекс Стаут

СМЕРТЬ ДЬЮДА

РОМАН

I

Я начал письмо с инициалов «НВ» и подписался своими — «АГ» просто по привычке, а вовсе не потому, что хотел как-то выделиться. За много лет совместной работы почти все мои сообщения Ниро Вулфу писались на листках из блокнота. Фриц относил их к нему в комнату на подносе с завтраком, или я клал ему на письменный стол, когда возвращался с какого-нибудь очередного вечернего задания, а Вулф уже лежал наверху в постели. Все они начинались с «НВ» и заканчивались «АГ», как и это послание, хоть оно было написано не от руки. Я отпечатал его на «ундервуде», стоявшем в углу большой комнаты в хижине Лили Роуэн. Сама хижина притаилась в укромном уголке на ранчо. В то субботнее утро я вложил письмо в авиаконверт и опустил его в почтовый ящик в отделении связи Тимбербурга, столицы округа. Отпечатал я письмо на фирменном бланке, правда, не на столь великолепном, как тот, на котором указан адрес нью-йоркского дома Лили.

«РАНЧО Дж. Р., ЛЕЙМ-ХОРС, МОНТАНА

Пятница 2 августа 1968 г., 20.13.

НВ!

Тут заварилась такая каша, что я вынужден остаться еще на какое-то время. В понедельник по телефону я не стал вдаваться в подробности, поскольку на коммутаторе у шерифа или прокурора округа (в Нью-Йорке он называется окружным прокурором) мог оказаться свой человек, к тому же я опасаюсь, что телефон мисс Роуэн прослушивается.

Коль уж вы ничего и никого не забываете, то наверняка помните Харви Грива, который как-то в вашем кабинете сделал признание о закупке большой партии скота — лошадей, коров, быков и телят — для Роджера Даннинга, это и помогло в итоге осудить Даннинга [1] . Полагаю, я упоминал, что последние четыре года Харви служил управляющим ранчо мисс Роуэн — наверное, служит им и сейчас, во всяком случае, служил шесть дней назад, в прошлую субботу, когда ему предъявили обвинение в убийстве и посадили в тюрьму округа. Один дьюд [2] , некто Филип Броделл, отправился в горы за черникой, там его и убили двумя выстрелами — сначала выстрелом в спину, а точнее — в плечо, а потом в грудь. Я упоминал, что черника здесь особенная, и на сей раз постараюсь захватить вам немного.

Мы с мисс Роуэн пришли к выводу, что Харви тут абсолютно ни при чем, поэтому я остаюсь. Если бы я был уверен, что это его рук дело, я бы давно уже вернулся и смахнул пыль с вашего стола. Мисс Роуэи наняла знаменитого адвоката из Хелины [3] . Однако я подозреваю, что он придерживается иной точки зрения, чем мы. Голова его, безусловно, занята этим делом, но не думаю, чтобы он вкладывал в него душу. Зато я уверен в Харви и ставлю пятьдесят долларов против одного, что он чист, как стеклышко. Такие вот дела, шеф. Даже если бы у меня не было обязательств перед мисс Роуэн, чьим гостем и другом являюсь, все равно бы я не бросил в трудную минуту Харви Грива.

Разумеется, с тридцать первого июля, то есть с позавче- рашнего дня, я беру отпуск без сохранения содержания, но все же надеюсь вскоре вернуться, хотя в данный момент у меня нет абсолютно никаких идей относительно того, кем можно заменить Харви в месте его теперешнего пребывания — а, похоже, тут нужен человек с хорошими верительными грамотами. Телевизор здесь частенько барахлит, поэтому я хочу успеть вернуться к началу «Уорлд сиэриес» [4] . Если желаете, чтобы за моим столом пока сидел Сол или Орри, то знайте: мои личные вещи у меня в комнате и мои тайны никто не узнает. Передайте привет Фрицу, скажите, что по утрам я первым делом думаю о нем — вернее, о завтраках в его кухне, которые вынужден пропускать. В здешних краях оладьи называют либо «муколадьями» — либо «кишечными пластырями».

АГ».

Когда Ниро Вулф получит это письмо — а это, вероятно, произойдет в понедельник, — он откинется на спинку кресла и добрых десять минут будет с ненавистью взирать на мой пустой стул.

Перед тем как выйти из отделения связи, я просмотрел список намеченных к покупке вещей. Население Тимбербурга составляет всего семь тысяч четыреста шестьдесят три человека, хотя город считается самым крупным торговым центром между Хелиной и Грейт-Фолсом и занимает большую территорию — от реки Фиштейл на западе, где холмы постепенно переходят в горы, до хребта на востоке. Итак, примерно через час, сделав четыре остановки на главной магистрали и две на боковых улочках, я купил все, что было в моем списке: большую банку табаку «Сикс микс» для Мела Фокса (теперь, когда Харви в тюрьме, Мел слишком занят на ранчо, чтобы заниматься еще и покупками); хлопушки Питу Инглсу (прежде чем вставить ногу в стремя, ему непременно надо убедиться, что мухобойка свисает с луки его седла); ленту для «ундервуда» (о машинке я уже упоминал); тюбик зубной пасты для себя и ремень (мой лучший ремень сжевал дикобраз, пока я… Впрочем, это длинная история); увеличительное стекло и блокнот. В Нью-Йорке я никогда не отправляюсь на задание без этих двух предметов. Возможно, они мне и не понадобятся, но привычка есть привычка. Правда, это уже скорее образ жизни.

Потом я заехал в публичную библиотеку, чтобы просмотреть справочник «Кто есть кто в Америке». Статьи, посвященной Филипу Броделлу, там не оказалось, зато его отцу, Эдварду Эллису Броделлу, была отведена примерно треть колонки. Я знал, что он еще жив: неделю назад, когда он приехал закатить нам скандал, а также распорядиться, чтобы тело сына отправили домой, мы обменялись с ним несколькими словами. Он родился в 1907 году в Мент-Луисе и сейчас был владельцем и издателем городской «Стар бюллетин». Информации о том, кто собирается убить его сына, в «Кто есть кто» я не обнаружил.

У меня был довольно приличный вид, когда в четверть первого я вошел в «Континентал кафе». Оглядевшись, заметил за столиком в дальней части зала привлекательную особу в оливково-зеленого цвета рубашке и темно-зеленых широких брюках и направился к ней. Когда я подошел и отодвинул стул, она сказала:

— Либо ты сделал все уж очень быстро, либо что-то забыл!

— Отнюдь! — Я сел и поставил пакет с покупками на пол. — Да, я действительно обернулся быстро, но мне просто повезло. — Я наклонил голову к бокалу с мартини, стоявшему на столе. — «Карсоне»?

— Нет. Его у них не бывает. Зато есть хороший гороховый суп.

Новость показалась мне недурна, поскольку гороховый суп — единственное блюдо, которым повар «Континентала» имел право гордиться. Подошла официантка, и мы заказали две двойных порции супа, крекеры, одно молоко и один кофе, а пока ждали, я нащупал в пакете ремень и увеличительное стекло, желая продемонстрировать Лили, что, если речь заходит о покупках, Тимбербург ничуть не хуже Нью-Йорка.

Суп оправдал наши ожидания. Когда тарелки были почти пусты, а столбик крекеров стал вполовину ниже, я сказал:

— Мне не только удалось купить все, что было запланировано, но я еще и откопал кое-какие факты, пролистав в библиотеке «Кто есть кто». Отец Филипа Броделла состоял членом трех клубов, а его жена в девичестве носила фамилию Митчелл. Такая удача! Явный прогресс!

— Поздравляю. — Лили взяла крекер. — Поедем к Джессапу и все ему расскажем. Хозяин положения ты, я же в этом не разбираюсь…

Я проглотил последнюю ложку супа.

— Должен тебе кое-что сказать.

— Пожалуйста. Что именно?

— А вот что. Послушай, Лили! Я неплохой следователь. К тому же опытный. Но сегодня уже пошел шестой день, как Харви предъявили обвинение, а я все топчусь на месте. Никакого ключа к разгадке. Вероятно, я не такой умный, каким себя считаю, но ведь мне очень мешают. Я не здешний, я — дьюд. Когда речь идет о рыбалке, игре в пинокль или даже о танцах в холле, это одно, но когда речь заходит об убийстве, совсем другое дело — мне не доверяют. Черт, я много раз бывал здесь, давно знаю Мела Фокса, но даже он стал со мной юлить. Со мной все юлят. Я — дьюд. В Хелине наверняка есть частные сыщики, и, может, среди них даже найдется хороший. Досон наверняка знает кого-нибудь из местных парней.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.