Привидение

Кобликов Владимир Васильевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Привидение (Кобликов Владимир)

Привидение

Последние десять лет у совхозного сторожа деда Василия не было никаких происшествий. Старик даже подумывал, не уйти ли  на пенсию? Не нужны теперь, видно, сторожа.

А тут на тебе — привидение!

Дед Василий был сторожем-профессионалом. Он привык мало спать, любил темноту и ничего не боялся: ни домовых, ни оборотней, ни жуликов — со всей этой нечистью старик-сторож распрощался с последним колокольным звоном. Вот только привидение… Слышать о них приходилось, и даже упоминалось в какой-то старой книжке. А дед наивно верил всяким книжкам, даже старым.

Привидение завелось в ремонтной мастерской. Как и все «объекты», мастерская после работы закрывалась на глазах у деда Василия. Мастерскую запирали тогда только, когда он обойдет все закоулочки и скажет:

— Объект принимаю.

И хоть по-прежнему дед Василий к концу каждого дня говорил «объект принимаю», в мастерской творилось что-то неладное. Еще засветло там начиналось рычание. Дед шумнет — все стихает. Уйдет посмотреть склад или какой другой «объект», опять в мастерской кто-то появляется. На разные хитрости шел сторож, но узнать, кто же появляется по вечерам в ремонтной мастерской, не мог. Хорошо еще, что привидение на руку было чистым — все оставалось на месте.

Про свой секрет дед Василий никому не рассказывал — засмеют. Решил он сначала с глазу на глаз повстречаться с «привидением», а потом обнародовать тайну.

…Около часа сидел дед Василий в надежном укрытии. Затекли ноги, хотелось курить и, главное, поскорее выбраться на улицу, где сладко пахнет жасмином. Здесь же отдает старым железом, керосином и гарью…

В мастерской тишина. «Неужели мерещилось? — рассуждал сторож. — Может, от старости… Ну, какие могут быть привидения в совхозе?»

Дед Василий совсем собрался выйти из укрытия, да чутким своим ухом уловил шорох на чердаке. Старик замер, а потом осторожно взвел курки старенькой двустволки — все надежнее. Из чердачного лаза в потолке показалась пятка, за ней другая. Ноги! Маленькие! Они пошарили по стене, нашли уступ и подались вниз. В повисшем на руках мальчишке сторож узнал Ваньку, сына вдовы Настасьи Блиновой. У Настасьи ребят пятеро. Ванька — последний. «Эх! надеру же я тебе уши, шельмец», — предвкушал сторож, но решил посмотреть, что же будет делать Ванька. А босоногое привидение осмотрелось и, крадучись, подошло к трактору. Ванька забрался на сиденье, повозился с рычагами и вдруг затрещал, подражая тракторному мотору:

— Трр…тррр…трррр…

И из-за этого постреленка дед Василий сидел целый час как неживой на каких-то железках! Ну, нет!

От старости до детства — один шаг, может, поэтому Ванька был спасен: дед Василий вспомнил себя таким, как Ванька. И не что-нибудь там вспомнил старик, а именно пролетку в сарае управляющего. Она — черная, блестящая от лака, оглобли задраны вверх, сиденья мягкие… Вот бы прокатиться! Да знал Васятка — дорога плата. А потому забирался он на отцовскую телегу, размахивал прутом над головою и, как кучер управляющего, кричал:

— Эй вы, любезные!

И не видел мальчишка покосившегося двора, возле которого стояла телега. И телега становилась пролеткой, и несла ее тройка вороных по широкому тракту! А Васька все подгонял и подгонял:

— Эй вы, любезные!

Так он мчался до тех пор, пока не раздавался окрик мачехи:

— Опять, знать, спятил, окаянный!

И — прощай мечта!

…Привидение, между тем, рокотало. Ванькин трактор шел по огромному гону — Ваньке надо еще много гектаров вспахать рассыпчатой пахучей земли. Стало темнеть, а Ванька все пахал и пахал:

— Трррр… тррррр…

А деду Василию уже невтерпеж без дыма, ног теперь вроде и вовсе не было, но выйти из укрытия старик не мог: выйти — значит спугнуть мечту.

Наконец, спасительное с улицы:

— Вань, домой!

Не «глушит» Ванька мотора. И только когда с улицы в третий раз громко и не по-доброму прокричали: «Ванька-а-аааа! Домой!», Ванька затих, потом, крадучись действительно как привидение, неслышно подошел к стенке и стал карабкаться к потайному лазу.

«Заделать надо. Начальству сказать завтра», — вздохнул сторож и попытался встать на ноги.

…Дед Василий терпеливо ожидал в конторе заведующего мастерскими. На коленях старика лежали двустволка и шапка — сторож пришел прямо с дежурства.

— Иди поспи, Семеныч, не скоро он придет еще, — уговаривала уборщица.

— Нельзя — дело важное.

Заведующий пришел рано. Федотов — городской человек, обходительный. Он поздоровался с дедом за руку, назвал по имени и отчеству и пригласил в кабинет. Все это и нравилось старому сторожу, и не нравилось — с простым мужиком проще договориться, а Федотов — инженер.

«А может, оно и лучше. Образованные понятливее». — И решил без окольностей.

— Дмитрий Петрович, по важному делу к тебе.

— Слушаю вас. Да вы садитесь.

— Ничего, мы и постоим. Дмитрий Петрович, ты Ваньку-безотцовщину знаешь? Настасьи Блиновой сын. Младший.

— А! Вспомнил, вспомнил.

— Дмитрий Петрович, возьми его к себе в обучение: по технике мальчишка обмирает.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.