Путь ножа

Яр Надя

Жанр: Фэнтези  Фантастика    Автор: Яр Надя   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Ножи вернулись незадолго до рассвета. Они подплыли к моей груди серебряными рыбками в воздушном океане. Я взяла их за рукояти, ожидая тепла, но металл был холоден, как кровь дракона: ночь в пустыне Мохаб нередко покрывает инеем пески и травы. Я спрятала ножи. Чистить их не было нужды. Это серебро не удерживает капель крови.

На востоке засветлел горизонт, забеспокоились мои хоргор.

— Уводи их, Храдаш, — сказала я. — Ждите вечера. Я пойду по дороге к святилищу.

Храдаш коротко зарычал, и отряд растворился в тени горы. Я ждала, пока не уверилась в том, что они благополучно дошли до скал. На всякий случай я ещё раз приложила ухо к земле. Бесконечный шёпот песка, шорох жизни ночных насекомых, возня грызунов, медленный, неуловимый рост корней трав… В радиусе двух дней пути отсюда не было слышно шагов, слов, дыхания крупных скоплений людей. Только город пробуждался под сенью горы, да ещё довольно далеко шёл к нему небольшой караван. Ножи уничтожили весь разведывательный отряд. В таких ситуациях они работали безотказно — прекрасное оружие, если не ожидать невозможного. Трудно было надеяться, что ножи смогут решить предстоящее сражение в мою пользу. Врагов было слишком много. Они шли с юга, как саранча, ведомые голодом, который был больше, и злобой, которая была старше мира.

Шагов за сто от меня журчал ручей. Пахло водой. Я побрела на звук.

Прохладный широкий ручей спускался с горы Тхерема. Жители города считали его рекой. Сейчас, в разгар лета, он доходил мне до щиколоток. Тысяча-другая шагов, и он безвозвратно терялся в песке. Я села на скалу посередине потока, сняла сандалии и спустила ноги в холодную воду. В течении ручья было что-то старое, грозное и неуловимо родное. В недрах ближней горы, в глубине, из которой вышла эта вода, жил маленький хозяин Тхерем. Тхерем, охранитель города Тьлан. Мой брат Тхерем. Червь горы.

Взошло солнце, и я увидела перед собой огромный оазис — возделанные поля, далёкую овечью отару и у подножия горы город Тьлан. Всё было так, как мне описали: безлюдная дорога, впадающая в запертые ворота; жёлтая городская стена в добрых три человеческих роста, а за нею — скопление черепичных и глиняных крыш. Крыши вздымались вверх по склону пенистой волной. Город прилепился к подошве горы Тхерема, словно дитя, которое держится за отцовский сапог. Издалека виднелась и дорога к святилищу. Она вилась по склону и заканчивалась там, где, добрых полмили над последними крышами зданий, в теле горы зиял отверстый зев. Из пещеры в пустыню веяло тьмой.

Я пошла вверх по течению ручья и по пути нанесла на лицо тонкий слой глины, чтобы не так бросаться в глаза смуглым жителям этой страны. Глина пахла водою и жизнью. Стена Тьлана была цвета старого масла. Её камни выветрились за века, и неприхотливые кустарники и травы пустили корни в многочисленных щербинах и трещинах. Я взобралась на стену, держась за упругие цепкие стебли. По этой стене могли бы идти три человека в ряд, но сейчас на ней, сколько видел глаз, не было ни души. Изнутри стену здесь подпирали заброшенные здания, пепелища, мусорники и руины. Среди развалин скубли тощую травку пушистые белые козы. Земля была глинистой и измождённой. Я услыхала уличный шум и крики пастухов, которые гнали в городские ворота какую-то живность. Эти и другие звуки доносились ко мне будто бы из чужого сна.

Я спрыгнула со стены и пошла на недалёкий шум шагов и речи. Пробираясь среди развалин, я почувствовала на себе чей-то внимательный взгляд. Полуголый смуглый мальчишка сидел на корточках в пустом дворе и копался в сухой земле прутиком. Он быстро отвёл глаза, но у него был такой вид, как будто он меня узнал. Я улыбнулась мальчику, надвинула на лицо покрывало и скоро вышла к жилым домам, а потом в крытый переулок, выходящий на оживлённую улицу. В дверях низкого дома с крупными орнаментами на стенах сидела женщина и продавала колодезную воду, снедь и козье молоко. За медную монету я купила у неё большую миску кислого молочного напитка и пресную лепёшку с жиром. Я увидела, что многие люди покупают домашнюю снедь и, подобрав ноги, садятся завтракать прямо на землю. Я последовала их примеру.

Ближе к центру города людей было довольно много — мужчин и женщин, стариков, взрослых и детей, и мне понадобилось какое-то время, чтобы к этому привыкнуть. Ими полнились столовые, чайные, площади, крытые улочки. Люди галдели, ссорились и смеялись, таскали разнообразную поклажу и утварь, перегоняли овец и коз, несли на головах корзины и кувшины. Шла оживлённая торговля всякой хозяйственной мелочью, напитками и снедью. Женщины продавали с крылечек фрукты, расписную посуду и тканые шали. Большинство жителей Тьлана были небогаты и носили простую одежду из шерсти, но немало было и нарядных прохожих в одежде из тонкого льна. Для южного города улицы были довольно чисты. Испражнениями почти не пахло.

До полудня я просто гуляла по улицам и слушала разговоры горожан. Среди прочего я узнала, что у здешнего царя недавно родилась дочь, что летние жертвоприношения уже закончены и что какому-то жрецу приснилась буря, идущая из пустыни. Когда солнце подкралось к зениту и зной стал невыносим, я вошла в чайную, где за пару монет сняла нишу с чистой подстилкой, занавесками и окном. В этой нише я провела остаток дня, то и дело доливая себе горьковатый чай из бронзового чайника, под которым горел в ямке крохотный неопасный огонь. Чай был очень горяч и тем не менее прохлаждал. В открытое окно влетал гомон городской жизни. Где-то невдалеке шумел рынок; продавцы кричали похвалы своим товарам. Всё было мирно и спокойно, и я, кажется, спала. В полудрёме присутствие врага ощущалось острее. Мне грезился далёкий мёртвый огонь, пылающий над пустыней. Его войско было ещё далеко. Если очень повезёт, то зарезанный моими ножами отряд отобьёт у войска охоту двигаться в сторону Тьлана. Впрочем, я на это почти не надеялась.

Ближе к вечеру я оставила чайную. Город немного посвежел. Через улицы перекинулись длинные тени.

— Вяленое мясо, сушёные фрукты, вода… — женщина, толкающая тележку, приостановилась и глянула на меня почти без надежды. Я купила у неё полоску мяса и смотрела, как она удаляется в направлении рынка, уже не выкрикивая, а устало произнося обессмыслившуюся за день фразу.

— Прекрасная госпожа, дайте монету? — сказал мальчишеский голос. Я оглянулась. Это был тот самый парнишка с прутиком. Он явно не упустил меня из виду. И как это я не заметила его?

Глаза мальчишки были черны, как черно в полночь беззвёздное небо, и было в них что-то большее, чем бывает обычно во взгляде людей. Было в них то же, что я заметила в водах ручья. В лице мальчика трепетал отблеск Тхерема.

— Проводи меня к святилищу, — сказала я и откинула с лица покрывало.

— А монету дадите? — если моё лицо и показалось ему странным, он не подал виду.

Я вынула серебряную монету. Глаза мальчишки округлились. Я опустила сребреник в его ладонь.

— Пойдёмте, — сказал он и резво зашагал в сторону горы Тхерема. — Это не очень далеко, но надо взойти на гору.

— Пойдём, — ответила я.

Мы миновали пустеющий рынок и прошли переулки, где сидели песчано-золотые кошки и сверкали вслед нам янтарными глазами. Мы прошли площадь и несколько малолюдных храмов. Истуканы в них имели скучный, покинутый вид. Они были бездушны и бессильны, и создавшие их люди в глубине души это знали. Единственно живым божеством Тьлана был Тхерем, но я так и не увидела ни одной его статуи. Люди отдавали ему своих детей и в остальном жили так, будто бы маленький хозяин не существовал. Но он существовал. С горы полз неощутимый телом холод. Там ждало святилище и пещера.

Черноглазый мальчик вывел меня к дороге, ведущей в гору.

— Дальше я пойду сама, — сказала я мальчишке, когда мы вышли на гору. Он был мне больше не нужен, но я не удивилась, когда он всё-таки пошёл за мной, немного поотстав.

— Расскажи мне о жертвах, — не оборачиваясь, сказала я.

— Жрецы приносят четыре жертвы в год, — с готовностью отозвался мальчишка. — На зимнее солнцестояние, летнее солнцестояние, на годовщину открытия храма и праздник сбора урожая. Ещё бывают жертвы, если идёт война или когда рождаются дети царя. Войны уже не было очень давно, зато весной у нас царевна родилась.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.