Звезда Вавилона

Вуд Барбара

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Звезда Вавилона (Вуд Барбара)

Пролог

Александрия, Египет, 332 г. н. э.

Пробираясь в темноте потайного хода, жрица не смела остановиться даже перевести дыхание, хотя ноги изнывали от боли. За ее спиной шла смерть — не только за ней, но за всеми. Она обязана предупредить их.

Библиотека пылала в огне.

Жрица споткнулась, оцарапала голое плечо о шершавую стену и чуть не упала. Но, устояв на ногах, продолжала бежать, ее легкие разрывались от нехватки кислорода. Даже здесь, в относительной безопасности, она ощущала жар, вдыхала дым пожарища. Успеет ли она добраться до остальных вовремя?

Вытирая теплое масло с обнаженной кожи, Филос размышлял о том, как ему удалось привлечь внимание самого красивого создания во всем мире. Артемидия с этим, конечно бы, не согласилась, жалуясь, что ее лицо слишком округлое, а нос чересчур прямой. Но для верховного жреца Филоса она была прекрасна; он был околдован ею, впрочем, не он один: другие мужчины также смотрели на нее не отводя глаз.

Они только что занимались любовью, и теперь она принимала ванну, наполненную ароматизированной водой. После они должны вернуться порознь в Библиотеку, чтобы продолжить выполнять свои священные обязанности, сохраняя в тайне запретную любовь.

Артемидия посмотрела на него сквозь пар, поднимавшийся от воды. Филос всегда снимал свой парик, когда приходил на ее ложе.

Как и все жрецы, он брил голову. Это придавало ему вид орла, особенно с его выдающимся носом, который она обожала. Филос был самым красивым мужчиной во всем мире. И он принадлежал ей.

Если бы только они могли пожениться!

Но они были преданны службе в Библиотеке и ее тайной миссии с самого своего рождения. Будучи детьми, они приняли обет целомудрия, не особо задумываясь об этом, ведь что мог ребенок знать о физической любви? Если станет известно об их запрещенных отношениях, то они будут изгнаны из жрецов, отлучены от своей семьи и отправлены умирать в пустыню.

Филос резко обернулся — за дверью послышался какой-то звук. Кто-то идет!

Она тоже услышала.

— Прячься! — крикнула она.

Слишком поздно.

Дверь распахнулась, в проеме стояла жрица из Библиотеки, ее белое одеяние было разорвано у плеч. Страх застыл на ее лице. Она не заметила присутствия верховного жреца Филоса в покоях Артемидии.

— Библиотека в огне!

Теперь они почувствовали запах дыма и, раздвинув шторы, чтобы выглянуть в темноту ночи, увидели золотое сияние над Библиотекой. Они поспешно оделись и выбежали на улицу.

То, что предстало их взору, ошеломило их. Прекрасные колонны, арки и своды — все было объято пламенем. Улицы запружены людьми, которые бегали взад-вперед, вытаскивая из горящих зданий кресла, столы, книги, бросали их в большие кучи и поджигали.

Обезумевшая толпа тащила все, до чего могла добраться, вынося из Библиотеки кувшины с вином, священные масла и золотые лампы.

— Мы должны остановить их! — закричала Артемидия, но Филос удержал ее, показав, как жрецов и жриц выволакивали на улицу, стаскивали с них одежду и бросали на костры.

— Мы должны спасти то, что сможем, — произнес Филос, взяв ее за руку, и они побежали в гавань, где высокие стены на протяжении шести веков защищали Библиотеку со стороны моря. Здесь они нашли потайной ход и, спускаясь по задымленному тоннелю, встретили других жрецов и жриц, несущих то немногое, что удалось сохранить от глаз бушующей толпы.

— Идите к докам, — приказал им Филос. — Забирайте что сможете, но спасайтесь сами.

Филос и Артемидия пробрались в самую глубь комплекса Библиотеки — святая святых, где хранились священные книги. Используя свои одежды как сумки, они быстро собрали свитки, ощущая жар, идущий из-за стен, и вдыхая плотный дым.

Присоединившись к своим братьям и сестрам, они побежали в гавань, неся с собой ценнейшие реликвии, которые удалось спасти. Но толпа преградила им путь, лица безумцев освещала жажда крови и убийства.

— Язычники! — закричали они. — Дьявольское отродье!

Жрецы начали прорываться, но кое-кого из них толпа схватила.

Погромщики набросились на них с дубинками, разбивая несчастным головы.

Филос понял, что вдвоем с Артемидией им спастись не удастся — но, возможно, благодаря отвлекающему маневру один из них сможет выбраться отсюда.

— Беги! — крикнул он, отдавая ей свои свитки. — Возьми. Я отвлеку их. Они пойдут за мной.

— Я не пойду без тебя! — Слезы текли по ее лицу.

— Любимая, эти книги ценнее моей жизни. Мы снова встретимся с тобой в Свете.

Она побежала и обернулась лишь однажды, чтобы увидеть, как толпа схватила его и подняла над головами. Громко крича, обезумевшее сборище христиан несло свою жертву к костру, чтобы бросить ее в огонь.

Прежде чем пламя поглотило его, Филос прокричал:

— Не дай им забыть клятву, любимая! Не дай им забыть!

Библиотека стояла шесть веков — с тех самых пор, как Александр Великий основал Александрию. Шесть сотен лет она была центром знаний и мудрости, просвещения и мысли, хранилищем книг, писем и текстов, собранных со всех четырех сторон света. Теперь же она горела, вся объятая пламенем, и все, что было внутри — папирусы, пергаменты, свитки, мужчины и женщины, — превращалось в пепел, который будет развеян ветром.

На своих лодках уцелевшие жались друг к другу, держа в руках бесценные сокровища, которые смогли унести с собой.

Они последний раз посмотрели на пылающее сияние над ночным небом, потом отвернулись от своей стороны, отчалили от берега и поплыли прочь, подхваченные морскими волнами.

Часть первая

1

Кэндис Армстронг собиралась совершить вторую самую большую ошибку в своей жизни, когда стук в дверь остановил ее.

Сначала она его не услышала. Тихоокеанский шторм бушевал в горах Малибу, угрожая прервать подачу электроэнергии до того, как она сможет закончить электронное письмо, которое яростно набирала на своем компьютере. Эту отчаянную просьбу было необходимо отправить до отключения электричества.

И до того как мужество покинет ее.

Лампочки мигнули, она тихо выругалась и затем услышала стук в дверь, на этот раз уже громче, настойчивее.

Она посмотрела на часы. Полночь. Кого могло принести в такой час? Она взглянула на Хаффи — большую раскормленную персидскую кошку, жившую в хижине вместе с ней и не любившую, когда тревожат ее сон. Кошка продолжала спать.

Кэндис прислушалась. Может, ей просто показалось, ведь за окном и гром, и ветер, и молнии.

Тук-тук!

Она посмотрела на посетителя в дверной глазок. На пороге под дождем стоял мужчина. Она не могла разглядеть его лицо, скрытое под широкополой шляпой, похожей на те старомодные фетровые головные уборы, которые носили в сороковых годах. Еще на незнакомце был плащ.

— Да? — спросила она.

— Доктор Армстронг? Доктор Кэндис Армстронг? — раздался властный голос.

— Да.

Он достал жетон полицейского управления города Лос-Анджелеса. Затем что-то произнес, наверное, свое имя, но его голос потонул в грохоте грома.

— Я могу войти? — крикнул он. — Это по поводу профессора Мастерса.

Она удивленно моргнула.

— Профессора Мастерса? — Кэндис чуть приоткрыла дверь, чтобы было лучше видно. Незнакомец был высоким и насквозь промокшим. И это все, что она могла сказать о нем.

— Вы знаете, что ваш телефон не работает?

Она широко открыла дверь.

— Это происходит каждый раз, когда здесь идет дождь. Входите, офицер. Что случилось с профессором?

— Детектив, — поправил он ее и вошел внутрь. По его широким плечам стекали капли дождя. Кэндис захлопнула дверь, оставив шторм бушевать снаружи. — Вас нелегко отыскать, — добавил он. Словно он проделал весь этот путь под дождем, только чтобы сообщить ей об этом.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.