Угроза

Манро Гектор Хью

Серия: Орудия мира [16]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Угроза (Манро Гектор)Саки Угроза

Сэр Лалворт Квейн сидел в зале своего любимого ресторана, «Gallus Bankiva», обсуждая слабости мира с племянником, который совсем недавно возвратился из весьма насыщенного путешествия по мексиканским пустыням. Было то благословенное время года, когда подаются к столу спаржа и яйца ржанки, а устрицы еще не укрылись в своих летних крепостях; так что сэр Лалворт и его племянник находились в том самом возвышенном послеобеденном настроении, когда политика рассматривается в правильной перспективе, даже мексиканская политика.

— Большинство революций, которые в настоящее время совершаются в этой стране, — сказал сэр Лалворт, — являются следствиями моментов законодательной паники. Рассмотрим, к примеру, одну из самых драматических реформ, которые были осуществлены Парламентом в этом поколении. Все произошло вскоре после злосчастной забастовки шахтеров. Тебе, целиком и полностью погруженному в события куда более запутанные и противоречивые, мой рассказ может показаться вторичным и скучным, но в конце концов всем нам приходится жить в гуще этих событий.

Сэр Лалворт прервался на мгновение, чтобы сказать несколько добрых слов о бренди, которого он только что отведал. После этого он возвратился к рассказу.

— Симпатизируют ли люди агитации за женское избирательное право или нет, но им приходится признать, что суфражистки демонстрируют неутомимую энергию и неистощимую изобретательность в создании и реализации новых методов, ведущих к осуществлению их цели. Как правило, за периодом активности следует упадок и общее утомление, но были времена, когда они действовали весьма… выразительно. Вспомни хотя бы известный случай, когда они оживили и разнообразили традиционное королевское шествие в связи с открытием парламента. Они освободили многие тысячи попугаев, которые были тщательно обучены крику: «Право голоса — женщинам». Попугаи кружили вокруг кареты Его Величества огромным облаком зеленого, серого и алого цвета. Это был и впрямь поразительно эффектный эпизод — с известной точки зрения. Однако, к немалому сожалению изобретательниц, намерения не удалось сохранить в секрете, так что их противники в то же мгновение освободили стаю попугаев-соперников, которые возопили: «Не думаю» и другие враждебные крики. Таким образом, демонстрация лишилась единодушия, которое могло сделать ее политически убедительной. В процессе поимки птицы узнали немало новых слов и идиоматических выражений, которые сделали невозможным их дальнейшее служение делу суфражизма; некоторые зеленые попугаи были спасены горячими сторонниками Старого Порядка и обучены нарушать спокойствие оранжистских митингов пессимистическими изречениями о жизненном предназначении сэра Эдварда Карсона. И вообще, птица в политике — фактор, который, кажется, стал постоянным; совсем недавно на политическом собрании, проводившемся в слабо освещенном храме, конгрегация почти десять минут почтительно внимала галке из Уоппинга, находясь в полной уверенности, что они слушают канцлера казначейства, который на самом деле запоздал.

— Но суфражистки, — прервал племянник, — что они потом сделали?

— После фиаско с птицами, — сказал сэр Лалворт, — воинственная секта произвела демонстрацию более агрессивного характера; они собрались с силами в день открытия выставки Королевской Академии и уничтожили приблизительно три-четыре сотни картин. Это обернулось еще большим провалом, чем дело с попугаями; все соглашались, что на этой академической выставке было слишком уж много холстов, и решительное истребление нескольких сотен сочли положительным усовершенствованием. Кроме того, художники пришли к выводу, что вандализм стал своего рода компенсацией для тех, чьи работы постоянно «прокатывались», ведь картины, бывшие вне поля зрения, оказались вне досягаемости. В целом это была одна из самых успешных и популярных академических выставок за много лет. Тогда борцы за справедливость возвратились к некоторым ранним методам; они написали несколько приятных и убедительных пьес, чтобы доказать, что они должны получить право голоса, они разбили несколько окон, чтобы доказать, что они должны получить право голоса, и они поколотили нескольких членов кабинета министров, чтобы доказать, что они должны получить право голоса. И все равно последовал обоснованный или необоснованный ответ: права голоса они не получат. Их тяжелое положение можно описать несколько измененными строчками Гильберта:

«Нас двадцать безголосых миллионов, Безгласных против нашего желания, И будем даже двадцать лет спустя Мы — двадцать безголосых миллионов».

И конечно, великая идея их гениальной стратегической угрозы исходила от мужчины. Лина Дюбарри, начальница их отдела размышлений, однажды днем встретила в Аллее Уолдо Орпингтона, как раз в тот момент, когда Общее Дело пришло в совершенный упадок. Уолдо Орпингтон — фривольный маленький дурак, который щебечет на концертах в гостиных и может распознавать отрывки из сочинений различных композиторов без программки, но все равно у него иной раз рождаются идеи. Он и двух пенни не поставил бы на Общее Дело, но его радовала самая мысль о том, чтобы засунуть пальцы в политический пирог. Также возможно, хотя я и считаю это невероятным, он обожал Лину Дюбарри.

Во всяком случае, когда Лина дала довольно мрачный отчет о текущем положении дел в Мире Суфражизма, Уолдо не просто ей посочувствовал, но и выразил готовность помочь практическим предложением. Обратив пристальный взгляд на запад, к садящемуся солнцу и Букингемскому дворцу, он на мгновение умолк, а затем значительно произнес: «Вы расходовали свою энергию и изобретательность на то, чтобы разрушать; почему же вы никогда не пытались заняться чем-то куда более потрясающим?»

«Что вы хотите сказать?» — нетерпеливо спросила она.

«Создавать».

«Вы хотите сказать, создавать беспорядки? Мы ничем другим не занимаемся уже несколько месяцев», — ответила она.

Уолдо покачал головой и продолжал смотреть на запад. Из него вышел бы неплохой актер любительского театра.

Лина проследила за его пристальным взглядом, а затем озадаченно посмотрела на Уолдо.

«Точно», — сказал Уолдо, отвечая на ее немой вопрос.

«Но — как мы можем создавать? — спросила она, — ведь это уже было сделано».

«Сделайте это СНОВА, — сказал Уолдо, — и снова и снова…»

Прежде, чем он закончил фразу, она поцеловала его. Она заявляла впоследствии, что это был первый мужчина, с которым она поцеловалась, а он заявлял, что она была первой женщиной, которая поцеловала его на Аллее. Так что оба установили своего рода рекорд.

Через день-другой в тактике суфражисток произошли большие перемены. Они перестали нападать на министров и Парламент и взялись за своих собственных союзников и единомышленников — за фонды. Избирательные урны были на время забыты ради ящиков для пожертвований. Дочери вымогателей не могли бы добиться такого постоянства в своих требованиях, финансисты шатающегося старого режима не были бы так отчаянны в своих опытах по добыванию денег. Суфражистки всех секций объединились ради этой цели, и тем или иным способом, честными средствами и обыкновенным путем, они действительно собрали весьма значительную сумму. Что они собирались с ней делать, никто, казалось, не знал, даже наиболее активные собирательницы. Тайна в данном случае тщательно хранилась.

Некоторые сведения, которые просачивались время от времени, только добавляли ситуации таинственности.

«Не желаете ли узнать, что мы собираемся делать с нашим запасом сокровищ?» — Лина однажды поинтересовалась у Премьер-министра, когда она, по случаю, сидела рядом с ним за вистом в китайском посольстве.

«Я надеялся, что Вы собираетесь испытать старый метод взяток конкретным чиновникам, — добродушно ответил он, но некоторое подлинное беспокойство и любопытство таились за его внешней легкостью. — Конечно, я знаю, — добавил он, — что вы скупили строительные участки в стратегических точках в столице и вокруг нее. Два или три, как мне сообщили, находятся на дороге к Брайтону, а другие около Эскота. Вы же не собираетесь укреплять их, не так ли?»

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.