Зов крови

Шухраев Михаил

Серия: О.с.б. [4]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Зов крови (Шухраев Михаил)

Или ты или я, уж такая игра

Или свет или звук, или звук или яд

Поднимите им веки пусть видят они

Как бывает, когда слишком много в крови

Серебра!!!

Группа «Пикник»

Глава 1

Цветы на Обводном

Санкт-Петербург, конец декабря 2010 г.

До чего же приятно — снова оказаться в своем городе после долгой поездки!

Завтра — Новый год. А сегодня можно побродить по укрытому снегом городу.

Ольга поежилась, вспомнив, каким был прошлый Новый год — с огромными сугробами, которые никто не убирал. Приходилось скакать по ним, словно бы ты оказался не в «каменных джунглях», а в лесу. Тогда не удалось бы вот так спокойно пройтись по здешним переулкам куда глаза глядят…

А куда, кстати?

Сестру она уже навестила.

— Да ладно, я все равно пить на Новый год не буду! — Верка только отмахнулась от бутылки шампанского, купленного в Лондоне. — Одна-единственная подруга — и та будет отмечать отдельно, уже сказала…

— Это та, которую прозывают Ксеной? — спросила Оля.

— Она самая. Странная какая-то стала.

«Ты — тоже, — подумала Ольга. — Пить не будешь, подумать только! Пару лет назад не шампанское, а водку со своими мальчиками глушила. А сейчас — выпускной, ЕГЭ, тесты, поступление… Чудо!»

В чем тут было дело, Ольга понимала очень хорошо.

— А ты где будешь?

— У нас этот… корпоратив, — нашлась Ольга.

«Поговорить бы со своими, Верку оставлять не очень хочется, — подумала Ольга. — Ничего, еще успеется. А ведь года два назад все бы отдала, чтобы ее не видеть!»

Но сейчас Ольге хотелось просто погулять по зимнему суетливому городу. Еще бы не суетливому — казалось, что половина жителей отказывала себе во всем целый год, зато теперь ринулась по магазинам: успеть купить подарки, запастись сырьем к салату оливье. В прошлом году и гигантские сугробы их не остановили.

Девушка миновала тяжелое серое здание универмага и вышла к Обводному каналу.

Вот что значило идти куда глаза глядят! Неспроста она тут оказалась!

Поддавшись мгновенному порыву, Ольга почти бегом прошла через мост к переходу, терпеливо дождалась зеленого и оказалась около станции метро. Но прошла не ко входу, а к цветочному киоску.

— Вот эти розы, — проговорила она.

— Сколько? — спросила продавщица.

— Три. — Лицо Оли было настолько сосредоточенным, что неудивительным оказалось бы «две» или «четыре».

«Именно — три, — думала она. — Как живому…»

Обратный путь к мосту занял всего минут пять.

— Это тебе, — проговорила Ольга, стоя на мосту. — Мы тебя не забыли! Хотя у нас тут много чего сотворилось — за полтора-то года!

Она не плакала, просто спокойно прошептала эти слова, а потом выпустила из рук букет.

Розы упали в канал, который в этом месте не замерзал — в сгущающихся сумерках вода казалась иссиня-черной.

Ответа Ольга не ждала.

На набережной и на проспекте медленно разгорались фонари. Снежинки медленно танцевали в их свете. Прохожие торопились — кто в магазин, кто — домой. И на девушку, полминуты простоявшую на набережной около моста, никто не обратил внимания.

Глава 2

Побег в преисподнюю

…За стеной глухо бубнил телевизор. Был самый обыкновенный вечер. Да нет, какой там вечер — уже ночь.

Ян подошел к окну, слегка коснулся рукой прохладного стекла. Неожиданно ему захотелось распахнуть массивные створки, встать на широкий подоконник — и шагнуть вниз. Но не сразу шагнуть, а подождать, пока в комнату не войдет кто-нибудь. Только вот в таком случае ждать придется долго. До утра. Родители думают, что он уже спит…

Ян резко отшатнулся от окна, понимая, что он задумывал — всерьез. Ему стало страшно. Но к страху примешивалось еще что-то, чему Ян не мог пока подобрать названия.

На миг замерло сердце, свет резанул по глазам, словно в сети скакнуло напряжение. Юноша резко обернулся — ему показалось, что скрипнула дверь. Но никого за спиной, конечно же, не было, да и быть не могло.

Ян никогда в жизни не испытывал клаустрофобии, но сейчас он понял, что если еще хотя бы на минуту он задержится в этой квартире, то ему не жить. Он просто умрет в замкнутом пространстве.

Страх накатил жаркой волной. Ян быстро вытащил из-под шкафа спортивную сумку. Кинул в нее старый свитер, пару книг, початую пачку сигарет он сунул в карман. Потом он натянул потрепанные серые кроссовки и, стараясь почти не дышать, вышел из комнаты.

Непонятно откуда взявшийся ужас все же не лишил его некоторой рассудительности. У холодильника парень задержался, взяв нарезку ветчины и кусок сыра. Все это Ян проделывал машинально, прислушиваясь к каждому шороху и скрипу рассохшихся половиц. Больше всего он боялся, что его сейчас кто-нибудь увидит. И тогда…

Тогда в любом случае придется бежать сломя голову.

Он подошел к входной двери, осторожно открыл ее и только тогда оглянулся. Телевизор продолжал глухо вещать обо всех крупных гадостях, которые случились в мире за последние сутки. Из комнаты в коридор протянулся тонкий золотистый луч света.

Он поспешно шагнул за порог, опасаясь услышать: «А куда это ты в такое время да еще без куртки?»

Замок тихонько щелкнул, и Ян перевел дух. Он шагнул к ступенькам.

Пока радоваться было рано. Его окружала темнота, она надвигалась со всех сторон, и пространство по-прежнему было замкнутым, но теперь до улицы ему рукой подать.

Голос телекомментатора, доносившийся из запертой квартиры, стал чуть громче — видимо, кто-то вышел в коридор.

И, поняв это, Ян рванул вниз по лестнице изо всех сил, зажав уши руками и боясь оглянуться. Но нет — дверь не открылась, его опасения оказались совершенно напрасными.

Улица встретила его прохладой, необычной для лета — даже для летних ночей. Лето в Петербурге всегда было понятием относительным, а погода в любое время года здесь переменчива.

Ян поправил ремень сумки на плече и побежал через дорогу — там был проходной двор, ведущий к вокзалу.

Пробежав мимо низких и мрачноватых строений из красного кирпича и нырнув в узкий проход, рассчитанный как раз на то, чтобы через него смог кое-как пройти один человек, Ян остановился, прислонившись спиной к холодной и покрытой трещинами стене. Сердце гулко билось в груди.

Нет, никто и не думал его преследовать.

Ян перевел дыхание и огляделся по сторонам. Впереди, метрах в пятидесяти от него, тянулась насыпь, поросшая травой, а дальше, чуть левее, тускло светились огни вокзала.

«Я, наверное, сошел с ума», — подумал Ян. И в то же время он — непонятно почему — был твердо уверен, что все сделал правильно, что именно так и надо было поступить, а иначе с ним случилось бы что-нибудь страшное. Из окна выбросился бы, например.

И еще — ходу назад для него нет. А есть питерская беззвездная ночь, прохлада и восхитительное чувство свободы, смешанное со страхом. Но этот страх все же не идет ни в какое сравнение с тем, что выгнало его из квартиры.

Ян поежился от холода и медленно направился к вокзалу — мимо редких фонарей и освещенных рекламных плакатов. Наверняка на вокзале он сможет согреться и подумать о том, что делать дальше.

Года четыре тому назад по насыпи можно было запросто добраться до платформ и даже выйти на вокзал, сократив путь до метро. Потом в чьи-то не самые умные головы пришла идея устроить перронный контроль, и вход на платформы перегородили, заодно изуродовав до неузнаваемости весь Витебский — скорее всего, на их языке это называлось «благоустройством». Какого-то особого блага от этого не случилось, а люди моментально научились спокойно воевать и с новой системой контроля. Ян сам несколько раз так поступал — берешь билет на одну зону, а едешь куда-нибудь в Павловск. Если повезет — контролера не окажется, если нет — дашь ему «штраф» на лапу, он не жадный, много не возьмет.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.