Сага о саго, или Из-под почвы до верхушек деревьев

О'Брайен Флэнн

Жанр: Юмористическая проза  Юмор    2014 год   Автор: О'Брайен Флэнн   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сага о саго, или Из-под почвы до верхушек деревьев (О'Брайен Флэнн)

Флэнн О’Брайен

Сага о саго, или Из-под почвы до верхушек деревьев

Незавершенный роман

1

— Проклятый шотландец, чтоб его разорвало! — громко сказал Тим Хартиган, дочитав письмо, и, развернувшись на стуле, взглянул на Корни, поднявшего к нему голову и закатившему глаза.

Тим был умен на свой, Тимов, манер. Вероятно, не самым мудрым поступком было засунуть письмо в задний карман брюк и забыть о нем на неделю, но дело в том, что он не привык получать письма и к тому же как раз шел кормить свиней, когда почтальон Улик Слэттери вручил ему конверт. Нынешним же утром, за завтраком, на Тима нашло странное просветление: он вспомнил о письме, вытащил его из кармана и, что было умно с его стороны, прежде чем вскрыть, внимательно осмотрел марку и печать. Там действительно значилось: Хьюстон, Техас, США. И весьма умно было, открыв конверт, сразу же заглянуть в конец письма и убедиться, что оно в самом деле от Неда Хуллигана.

Прежде чем читать дальше, он в задумчивости прислонил письмо к солидному оловянному молочнику, взял кусок подсушенного хлеба с подставки литого серебра с двадцати двух каратной золотой окантовкой (предположительно флорентийской работы), обильно смазал хлеб маслом и смолол его крепкими сильными зубами. Затем поднес ко рту чашку жиденького черного чая и осушил ее отдающимися эхом глотками. Его спокойной жизни, внезапно понял он, угрожают страшные потрясения. Сможет ли он ужиться с чужаком?

В два года, после смерти овдовевшей матери, Тим Хартиган остался сиротой, а когда ему стукнуло четыре, его усыновил великодушный Нед Хуллиган, чья двоюродная сестра, М. Петронилла, была матерью-настоятельницей одной доминиканской обители в Кахирфаррене и возглавляла сиротский приют. Хуллиган решил взять на себя заботу о малыше, на том и порешили. Он был богат, так что вместе с прочим багажом привез в свою усадьбу Погмахон и это новое приобретение. Будучи человеком простых правил, он отправил Тима учиться не в частный колледж, а в местную государственную школу, в остальном же оставил мальчика на попечение экономки.

Прежде чем вернуться в то утро, когда Тим прочитал письмо, стоит добавить несколько слов о Неде Хуллигане. Значительную часть своего богатства он получил в наследство от отца, который занимался изобретениями автомобильных двигателей. Семейное предание гласило, что в свое время Константина Хуллигана, бакалавра инженерии из Бохула, графство Мейо, бессовестно обчистил Генри Форд-первый, но талантливый инженер изобрел счетно-вычислительное устройство, добавил крох с фондовой биржи и скопил капитал даже превосходящий утраченный. Его единственный сын Нед не последовал примеру отца. Он не стал изобретать ни машин, ни приборов, ни иных механизмов, призванных облегчить участь рода человеческого, — он был серьезным, прилежным молодым человеком и с ранней юности интересовался деревней, изобильными дарами Господними и тайнами Агрономии. Диссертация, которую он защитил в университете Дублина (хотя так и не опубликовал ее результаты), называлась «Стратификация щелочного гумуса», и в ней предлагалась система естественного удобрения почвы посредством преднамеренной культивации сорных полей для производства компоста и силоса — при таком подходе случайно произрастающие пшеница, лук или редька рассматривались как пагубные чужеродные культуры.

Купив замок Погмахон, поздненормандское сооружение на западе Ирландии, в весьма недурном месте, он занялся агрономическими изысканиями и экспериментами над корневыми и злаковыми культурами, в чем ему помогал приемный сын (ибо так он его называл) Тим Хартиган. Но уже сделавшись опытным, умудренным селекционером, Нед Хуллиган обнаружил, что окрестные фермеры и крестьяне — люди совершенно несговорчивые. Вместо того чтобы сеять «землетрясительное чудо», особый сорт картошки, невероятно изысканный и очень живучий, они, хоть Хуллиган и предлагал им семена почти задаром, упорно продолжали сажать дикие, слабо всходящие сорта, периодически страдавшие от парши, гнилей, насекомых и ужасного ризоктониоза (известного также, как черная парша). С такими соседями тихий, интеллигентный агроном то и дело терял самообладание. После нескольких лет разведения туберозы и бесплодных наставлений терпение его наконец было сломлено: они отвергли восхитительно здоровый и изобильный сорт пшеницы «Фантазии Фаддимана», за который он получил благодарность и премию от правительства Соединенных Штатов. Крестьяне упорно предпочитали семена своего домашнего производства, а поражавшую посевы стеблевую ржавчину, твердую, или вонючую, головню, рассматривали как попускаемые Господом испытания.

Нед Хуллиган подошел к неудачам как деловой человек: за неплохое жалованье назначил Тима Хартигана своим управляющим и уехал в Техас. Там он купил семь тысяч акров не самой лучшей земли, вспахал и удобрил большую ее часть и засеял «Фантазией Фаддимана». Ходил слух (хотя в письмах к Тиму не подтвержденный), что примерно тогда же он женился. Когда ростки едва показались из-под земли, несколько грязных черных фонтанов обезобразили посевы. Пятна эти выглядели отвратительно, но при ближайшем рассмотрении оказались нефтью. И фермер Хуллиган необычайно разбогател.

А теперь Тим Хартиган изучал его письмо. И хоть и было оно грубовато-кратким, в краткости этой сквозили теплые чувства.

Дорогой Тим, к тому времени, как ты получишь это письмо, у тебя, вероятно, появится посетитель, мой добрый друг, Кроуфорд Макферсон. Убери все чехлы с мебели, кожухи с каминов и ловушки с крысиным ядом из моих комнат, чтобы было уютнее. Если будут какие-нибудь приказания, исполняй их так, как если б они исходили от меня.

Благодарение Господу, эти мои нефтяные скважины приносят больше денег, чем я могу подсчитать. Тут у меня триста пятнадцать буровых вышек, и только что я создал нефтяную корпорацию «Хуллиган петролиум», сокращенно — ХП. Естественно, политики на меня наседают, но, думаю, я понял, чего им надо. Передавай от меня поклон Сарсфилду Слэттери, доктору и прочим соседям. Вкладываю в письмо еще денег.

Нед Хуллиган.

Так, так. Тим откинулся назад на стуле и задумчиво набил трубку. Чего ждать от этого проклятого шотландца: может, он будет ходить в килте, играть на волынке, требовать особенного сорта виски? Но это все нелепые, опереточные стереотипы — так и в Америке думают, что ирландцы едят все вареным и ходят с трубкой за лентой шляпы. Вполне может статься, этот шотландец — всего лишь перекати-поле, богатый охотник или, скажем, рыболов, который шляется по миру в поисках бекасов, или куропаток, или лосося. А Сарсфилд Слэттери? Тим чувствовал, что должен показать это письмо своему другу Сарсфилду, чье положение было до странности похоже на его собственное. Сарсфилд жил по соседству, в Саравадском замке, где постоянно проживал и его состоятельный владелец, доктор Юстас Беггли. Впрочем, справедливо будет добавить, что в определенном смысле доктор часто отсутствовал: он имел привычку принимать странные препараты, которые сам себе выписывал. Среди них упоминались морфин, героин и мескалин, но Сарсфилд полагал, что доктор употребляет смесь из всех трех средств и чего-то еще. Как и Нед Хуллиган, доктор был в своем роде первопроходцем. И так же, как Нед Хуллиган, он усыновил ребенка, Сарсфилда, сироту из Чикаго: доктор однажды побывал там на медицинской конференции, посвященной свойствам одного токсического гипнотического вещества, найденного в молоке крупного рогатого скота — по всей видимости, из-за потребления соломы, импортируемой из Мексики.

Помыв посуду после завтрака, Тим в сопровождении Корни поднялся по каменным ступеням наверх, навести блеск в комнатах хозяина, застелить свежим бельем огромную кровать с балдахином, подмести полы, протереть пыль в большой гостиной, зажечь огонь и повесить сливную цепочку в туалете. В ванной он предусмотрительно положил на полку бритвенные принадлежности, и даже принес удочку, и поставил незаряженный дробовик в углу гостиной. Приказ есть приказ: он не просто встретит Кроуфорда Макферсона — тот почувствует, что его встречают от всей души. Для разнообразия, сказал себе Тим, надо поработать и по-настоящему — ибо Тим был добросовестным молодым человеком. А посоветоваться с Сарсфилдом можно и позже.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.