Последняя женщина

Сергеев Михаил

Жанр: Современная проза  Проза    2009 год   Автор: Сергеев Михаил   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Последняя женщина (Сергеев Михаил)

Уважаемый читатель! Если вам меньше 35-ти лет, бросьте эту книгу, все равно вы это сделаете максимум на сороковой странице. Тем же, кому уже 35, предоставлена возможность, оценить не только собственную степень нравственности и порядочности, но и тех, кто идет рядом.

Эта книга о том, как мы расстаемся со своей душой. Как гоним ее от себя, не желаем говорить с ней. Как понемногу, по капельке уходит из нас добро. А душа не хочет такого конца. Ей жаль того, с кем она появилась в этом мире. Ее существование — в скорби о нас.

Но есть и те, кто, стараясь прогнать ее от себя, не желая иметь ничего общего с ней, бьют душу кнутом, прямо по лицу. Но она не уходит и только плача стоит перед ними. Лишившись разума, мы не можем понять, что ей некуда идти. Уйти можем только мы. Это и есть "безумие твари".

Но за все приходится платить. Гнал ли ты ее тысячелетия назад, сейчас, или на пороге гибели человечества — не важно. И хотя за страшным процессом расставания с душой, стоит чудовищная по своей силе личность, добро сильнее и оно торжествует. Непременно.

Книга будет переносить вас из времен Римской империи в недалекое будущее; прочитав ее, вы будете участвовать в его рождении. Вас, больше не оставят равнодушными многие вещи, на которые прежде вы не обращали внимания. Вы станете лучше, я очень надеюсь на это.

Тайна же откроется совсем немногим.

Кроме того, должен сообщить вам, что в романе использована музыка из первого концерта П. И. Чайковского. Вы обязательно почувствуете это место.

И еще. Не дарите книгу женщине, в которой не уверены. Вы расстроите ее.

С уважением Михаил Сергеев.

— Кто нашептал тебе эту книгу?

— Я написал ее сам.

— Нет, человек сам может услышать только ветер.

— Пусть так. Пусть я услышал только ветер.

— Так кто же нашептал тебе ее?

О вещая душа моя!

О сердце, полное тревоги,

О, как ты бьешься на пороге

Как бы двойного бытия!

Ф. И. Тютчев

СМЕРТЬ

Все произошло просто и неожиданно. Седьмая полоса пешеходного перехода, хорошо знакомый визг тормозов, мокрый от дождя асфальт на щеке. Асфальт почему-то удивительно теплый. Какая-то женщина сидит рядом и почему-то сильно кричит. А кругом — люди, люди, люди.

Лера ощутила дискомфорт, вызванный всеми этими "почему-то", даже скорее досаду оттого, что все вокруг, бегая и суетясь, делали это явно сознательно. Невероятным усилием воли ей удалось успокоиться. Нужно наконец понять, что происходит. Нельзя же просто так стоять и ничего не делать. Вдруг ее осенило. Это шок. Ну конечно, она видела такие случаи десятки раз: ее окна выходили на перекресток с переходом, и почти каждый вечер она слышала визг, ставший знакомым за эти годы, затем глухой удар, иногда их было два; потом она подходила к окну и каждый раз повторяла одно и то же: "Боже мой!" С годами она пробовала приучить себя не смотреть на такие случаи, но ощущение чьей-то боли где-то рядом не позволяло ей оставаться равнодушной.

Обычно кто-то тормозил у перехода, кто-то проезжал мимо, и заканчивалось почти всегда одним и тем же: два человека начинали активно обсуждать свои неприятности по мобильным телефонам. Правда, бывало и по-другому, но вспоминать об этом не хотелось.

Вот и сейчас чувство дискомфорта не покидало ее, но причиной тому было не очередное вечернее происшествие; просто Лера видела знакомую картину как-то иначе. Обычно собравшаяся толпа зевак не давала рассмотреть сразу, что же все-таки произошло, но сейчас она видела все. И это не был вид из ее окна, что уже ненормально. Ненормальным казалось и другое.

На цветном пешеходном переходе, каких сейчас в Москве много, лежала женщина в странной позе. Странность заключалась в том, что поза была "удобной". Обычно так отдыхают: на боку, положа руку под голову. Но асфальт не трава, да и сумочка скорее валялась, а не лежала на некотором расстоянии. Все было как-то неуместно. Мысль, что какая-то важная деталь ей знакома, медленно проникала в ее сознание. Ну да, это случилось сегодня, по пути домой, у овощного киоска; она поцарапала свою любимую сумочку, содрав позолоту с замка. Еще подумала: "Надо же, как неудачно: так долго подбирать пряжки на туфлях к этой сумке, и на тебе".

И тут Лера поняла все. И сумочка, и красная юбка, сшитая совсем недавно, и рука, лежащая ладонью кверху, были ее. "Это я, — отозвалось эхом в сознании. — Это я, и это происходит со мной! Но почему мне не больно? Ах да! Я же читала у Моуди: человек во время клинической смерти видит себя со стороны и ничего не чувствует. Но почему смерть? Зачем она? Может, это просто сон?"

Постепенно крики людей и вой "скорой помощи" начали быстро удаляться и перешли в рокочущий гул. Стало страшно. Гул оборвался, наступила гнетущая тишина; ощущение невероятной легкости и безразличия наполнило ее.

Лера ощутила полную перемену вокруг. Глубина этой перемены чувствовалась везде и касалась абсолютно всего. Сознание прояснилось. Она находилась в прозрачной, как ей показалось, сфере, заполненной меняющимися картинами: тоже прозрачными, но не призрачными — живыми и вместе с тем неподвижными! "Какая удивительная феерия", — мелькнуло в голове. Цветущие яблоневые сады, спешащие куда-то люди, которых не заслоняли стоящие перед ними здания, тоже прозрачные. Плывущие корабли и стада антилоп, океаны и горы, города мира и континенты сменяли друг друга перед ней в этой сказочной неподвижности.

Неожиданно она заметила, что, если смотреть в одну сторону, взгляд открывал одно за другим новые видения. Снежная равнина сменялась торжественным органным залом, наполненным людьми, и тут же — кувшинками на водной глади. Причем люди не исчезали и тоже оставались перед нею. Но не они удивляли ее и даже не то, что новые видения не сливались с остальными. Нарастающее ощущение того, что она становилась частью их величественного калейдоскопа, чего-то необъятного, что рождалось на ее глазах, — вот что завораживало Леру. Все еще находясь в оцепенении, она заметила невероятное: ожившие картины уже сами смотрели на нее и видели ее.

Описать и представить это в обычном сознании было невозможно. Удивительность происходящего поражала.

Вдруг у нее мелькнула догадка: "Я вижу мгновение времени! И я в этом мгновении".

— Ты угадала, — отозвалось в сознании. Но это был не ее голос.

— Кто это? — спросила Лера и удивилась отсутствию страха.

— Я буду здесь с тобой.

— Что значит "со мной"?

— Я буду сопровождать тебя здесь.

— Но кто вы? Человек?

— Нет.

— А кто?

— Ты поймешь позже. А пока считай меня твоим проводником. Здесь тебе многое предстоит пересмотреть и все переоценить.

— Что "все"?

Лере показалось, что она задала вопрос, не дождавшись окончания фразы.

— Не смущайся, это нормально; здесь все происходит одновременно: мы уже вне реки времени. Что касается твоего вопроса, тебе предстоит дать новую оценку своей жизни. От нее будет зависеть все.

— Что же здесь может зависеть от меня?

— Путь твоего восхождения к Свету.

— Свет? Что это?

— То, ради чего мы появляемся в этом мире. Он ждет каждого из нас. Но у каждого — свой путь к нему, и этот путь человек определяет сам: таков закон творения. Все предопределено в этом мире, кроме нашего пути к Свету, и в этом главный замысел Творца. Выбор пути — наша миссия и смысл нашего существования.

* * *
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.