Остерн

Головков Александр

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Остерн (Головков Александр)

Черная «Волга» развернулась перед изящно вогнутым, приподнятым на сваях зданием администрации Новокузнецка.

— Американцы прибыли, — пропел селектор.

— Самовар в мой кабинет, — распорядился Дронов и потер руки: приключения сами пожаловали…

Из-за большой двери появилось пятеро бледнолицых и встречавший гостей в аэропорту розовощекий личный шофер Дронова Гусев.

— Здравствуйте, господин мэр, — за всех приветствовал Дронова человек в расцвете сил с тонкими усиками, видимо, главный из группы прибывших.

— Конечно, ждали, — радушно улыбнулся Дронов, широким жестом приглашая гостей к столу.

— Я Пол Гром, режиссер и сценарист из Голливуда, — представился усатый, одетый в дорогой костюм с иголочки и с бабочкой. — Это — Майкл Пол, мой продюсер, — указал он на долговязого флегматичного человека в дешевом, но строгом костюме, при галстуке. — А это Бернар Джем, оператор, который снимает фильм, по поводу чего мы к вам и приехали. — Оператор был одет в полуспортивную, полупляжную курточку и штанишки, и жевал резинку. — А это Пол Гром кивнул на угрюмого человека в летном комбинезоне, — режиссер и оператор документального кино Дэйв Сведензналли. В некотором роде мой оппонент. Он приехал вместе с нами, но с другой целью, о которой он сам расскажет.

Пол Гром говорил по-русски, с трудом подбирая слова, и, когда не находил их, догадливая переводчица подсказывала. Поэтому переводчицу представили скромно: мисс Маргарет Холлс.

Секретарша внесла чашки и сахарницу на подносе. И вытолкала шофера Гусева вон.

— Как вам впечатления о Сибири? — учтиво спросил гостей Дронов.

— Между городами много неухоженной земли, — сказал Пол Гром. — Мы видели: мы ехали поездом с Урала до Новосибирска.

— Это вы про Барабинские степи?

— Но на юге Кузбасса — почти как в Америке, — дополнил Пол Гром.

Угрюмый в летном комбинезоне что-то пробормотал по-английски.

— Господин Сведензналли не удивляется: он бывал на Аляске, — перевела мисс Маргарет Холлс.

Начало складывалось неплохо. Дронов включил связь с приемной:

— Наташа, что у нас к чаю? Пройдись по отделам. или позвони коммерсантам.

К чаю были: блины, варенье из клюквы и виктории, мед, грибы, балык, мясное ассорти с зеленым горошком, конфеты…

— Бренди или коньяк? — предложил Дронов.

Оператор Бернар Джем крутился вокруг чашки: горячо. Сведензналли не морщась прихлебывал чай. А продюсер Майкл Пол флегматично ждал, когда остынет. Пол Гром предпочел к чаю французский коньяк. А мисс Холлс выбрала конфеты.

— Итак, что же вас к нам привело? — задал гостям деловой вопрос Дронов.

— Мы хотим снять художественный фильм о гангстерах в Сибири, — за всех ответил Пол Гром. — Мы очень наслышаны о русской мафии… не здесь… там, наверху… в Москве. А мы бы хотели понять процесс на уровне провинции. Да, мы знаем, в вашей стране тяжелая криминальная обстановка… везде. Наши специалисты рекомендовали выбрать местом действия фильма Новокузнецк. Так как по уровню преступности он занимает третье место в России после Москвы и Санкт-Петербурга, и четвертое в мире после Нью-Йорка. У вас на каждой улице можно встретить бандитов.

Дронов вжался в кресло.

— Ваши специалисты ошиблись, — угрюмо сказал он. — К сожалению, Новокузнецк — тихий, провинциальный город. У нас мирные граждане ходят на рынок, где ничего не случается… Правда, автомобильные аварии иногда бывают. Ну, бывает, выпьет человек лишнего… Но с чего вы взяли, что у нас бандиты гуляют по улицам?

— О, эпоха первоначального накопления капитала!.. Передел собственности — земли, построек, заводов, нефти, золота… Так было в Америке сто лет назад во времена ковбоев, когда богател тот, кто стрелял первым, у кого были крепкие нервы и кулаки. Неужели вы никогда не видели вестерн?

— Видели.

— Вестерн — это фильм о диком Западе, когда при грубых нравах и правовом беспределе деньги становились добычей бандитов, а бандиты — правителями. На Западе все это в прошлом. Но теперь это — на Востоке. То же самое — на Востоке! Поэтому и фильм мы назвали не вестерн, а остерн. Это будет фильм о дикой Сибири!

— Интересно, что же вы такое собрались снимать?

— О, не беспокойтесь, фильм художественный, и никаких ссылок на реальных ваших лиц не будет. Игровой фильм снимают совсем не так, как документальный. Наш фильм, собственно, уже снят.

— Уже? — рука Дронова непроизвольно потянулась к пульту связи с местным отделением госбезопасности, но Дронов вовремя спохватился, извинился и вышел.

— Какие американцы к нам приехали?! — спустя полминуты кричал он в трубку спецсвязи в другом месте.

— Из Голливуда.

— Вы поморгали: они уже сняли фильм о Новокузнецке! Как такое могло случиться? Когда? Где?

— Успокойтесь, они снимали фильм в штате Монтана.

— Где?

— В США.

Озадаченный Дронов вернулся в кабинет.

— Господа, вы сказали, что фильм уже снят?

— Да, сэр.

— Где?

— В штате Монтана.

— Но почему?

— Там небольшое население, чтобы мало кто видел, — объяснил Пол Гром.

— Чтобы не пугать Америку русской мафией. Америка боится Россию. Особенно после того, как ваша мафия навела в ней русский порядок, а газета «Филадельфия Икваерер» опубликовала статью из «Кузнецкого рабочего» о вашем уголовнике тиражом 900 тысяч экземпляров. Кроме того, там хороший климат, наша японская аппаратура не замерзает и не перегревается. Все актеры — наши и говорят по-английски: сами понимаете, на мировом рынке не ценится русскоязычное кино, а мы работаем на рынок. К тому же, там можно снимать, выпивая виски, что у вас нам не по карману, а водка поддельная.

— Но если фильм снят, зачем же вы приехали?

— О, нужен антураж: новокузнецкие улицы, Привокзальная площадь, коммерческие банки, здание администрации и другие, как это сказать по-русски… притоны.

— Может, лучше в Калтане или в Междуреченске?.. [1]

— О, мы будем снимать везде, мы создадим обобщенный образ.

— Тогда вам лучше в Красноярск.

— Нет, нас интересуют юг Западной Сибири, его природа. Понимаете, в Монтане совсем другая природа. Там нет тополей, терриконов и мало дымят трубы. А еще мы хотим записать шум улиц…

— Это в Таштаголе. [2]

— В каждом городе улицы шумят по-своему. Мы просим разрешение на съемку. Я плачу. О цене договоритесь с моим продюсером.

Дронов неопределенно повел бровью:

— А кто, собственно, все это придумал? Кто автор фильма?

— Фильм мой, — скромно сказал Пол Гром. — Я режиссер, я сценарист, я нанял актеров и оператора…

— Не хотите ли отдохнуть с дороги, вечерком попариться в бане?

— В русской бане?

— В сауне.

Американцы распрощались до вечера. Вечером Гусев из гостиницы отвез американцев в баню.

Фойе — небольшая, по-домашнему уютная комната. Жалюзи пропускали тусклый свет с улицы. За стойкой хлопотала банщица, она же буфетчица и хозяйка заведения, смешивая в миксере коктейли и раскладывая что-то по тарелкам. В углу заведения урчал холодильник. Американцы в ожидании расположились в креслах за столом.

Приехали два чиновника — один постарше, с большим саквояжем, другой помоложе, с кожаной папкой — оба в одинаковых черных костюмах.

— Господин Дронов извиняется, что не может попариться лично. Мы будем вести с вами переговоры, — с дипломатичной улыбкой объяснил ситуацию американцам тот, что помоложе. — Это господин Сидоров, — представил он товарища. — Моя фамилия Николаев.

— Мистер Тронов — очень вежливый мэр, — по-русски выговорил в качестве комплимента Сведензналли.

— Фамилия мистера мэра происходит не от слова «трон», а от слова «дрон», — поправила более сведущая в русском языке мисс Холлс, — это мистер Дронов, а не Тронов.

— Понимаю, — закивал Сведензналли, — Это от слова «царь». В России сильны традиции монархии.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.