Конев. Солдатский Маршал

Михеенков Сергей Егорович

Серия: Жизнь замечательных людей [1444]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Конев. Солдатский Маршал (Михеенков Сергей) «Молодая гвардия», 2013 Я знаю, никакой моей вины В том, что другие не пришли с войны, В том, что они — кто старше, кто моложе — Остались там, и не о том же речь, Что я их мог, но не сумел сберечь, — Речь не о том, но всё же, всё же, всё же… Александр Твардовский

И всюду, где это возможно, так хочется сохранить людей, дойти с ними, с живыми, до победы.

И.С. Конев. Из книги «Сорок пятый»

ОТ АВТОРА

Благодарен обстоятельствам и людям, доброй помощью, советами и хлопотами которых появилась эта книга.

Наталии Ивановне Коневой, дочери маршала И.С. Конева, сохранившей архив отца и помогавшей мне весь период, который ушёл на сбор материалов и написание книги.

Анне Васильевне, Елене Гелиевне Коневым и Дарий Николаевне Бажановой, внучкам героя этой книги, которые консультировали меня, всячески способствовали работе над рукописью, читали некоторые главы и вносили поправки и дополнения.

Библиотечным и музейным работникам Калуги, Тарусы, Жукова, Москвы, которые предоставляли мне необходимую литературу и информацию.

Глава первая.

ВОЛОГОДСКАЯ ДЕРЕВНЯ ЛОДЕЙНО

Когда бываешь в родных краях прославленного человека, судьба которого тебя волнует особенно, всегда пристально вглядываешься в черты его родины и пытаешься разглядеть в них нечто такое, что, кажется, и дало тот внутренний толчок, который помог выйти твоему герою, как говаривали совсем недавно, на широкую дорогу жизни.

У маршала Ивана Степановича Конева, как, впрочем, и у большинства крестьянских детей, родина довольно скромная — тихая северная деревня Лодейно. Когда-то, в пору детства нашего героя, она относилась к Щёткинской волости Никольского уезда, в то время входившего в Северо-Двинскую губернию. Потом, когда начались деления и переделы, связанные то с одной властью, то с другой, уезд и родная деревня Ивана Конева попеременно отходили то к Вологодской губернии, то к Вятской. Теперь Лодейно принадлежит Подосиновскому району Кировской области. Вот и спорят вологодские с вятскими, кому же из них приходится истинным земляком прославленный полководец XX столетия, кому он роднее. Подолью масла в огонь и я. Когда весной 1945 года в Южной Саксонии, где тогда стоял штаб 1-го Украинского фронта, маршал диктовал свою биографию писателю Борису Полевому, то начал буквально следующим: «Родился я в деревне Лодейно на Вологодчине…» Вот так и выпало из памяти маршала Конева северо-двинское его происхождение. Правда, как часто случается, всё своим мудрым ладом умиротворил поэт, причём здешний, подосиновский, — М. Рыбин:

Вологодские, вятские — Все мы крови одной, Наши судьбы солдатские Перевиты войной.

Лодейно же деревня, как уже было сказано, довольно обычная. Таких по речке Пушме когда-то стояло много. Слава богу, что Лодейно и по сей день жива, шумит, рожает детей, трудится и кормится как может. И особо хранит в своей памятливой душе образ одного из своих сыновей, который когда-то в смутный период истории России выпорхнул из родительского гнезда. Судьба его приласкала своей и доброй, и недоброй лаской, возложив на его плечи тяжкий груз ответственности за судьбы миллионов людей, которых он посылал на смерть, чтобы их потомки могли жить на своей земле хозяевами, в мире и довольстве.

Однажды, уже после войны, в стенах МХАТа в разговоре маршала с народной артисткой СССР Ангелиной Степановой зашла речь о его родине. Чуткая к слову актриса поразилась чистоте и богатству речи Конева, его особым интонациям, в которых чувствовался русский север, своеобразие, исконность. Её удивило ещё и то, что с годами он нисколько не растерял этот свой особый северный, родовой дар.

— Моя родина, — ответил Конев, — там, где не было крепостного права и не ступала нога завоевателя. Мы сохранили свободный и вольный язык славян, которые жили под Великим Устюгом.

Суровый северный край. Некогда Устюгский удел Ростово-Суздальского, а затем великого Владимиро-Суздальского княжества. Когда-то Устюг стоял несокрушимой крепостью на древнем торговом и военном пути новгородцев по реке Сухоне — вниз, к хлебородным землям. Устюгская земля дала России знаменитого путешественника и открывателя новых земель Семёна Дежнёва, воина, покорителя Приамурья Ерофея Хабарова, исследователя Камчатки Владимира Атласова.

О своей родной деревне Конев вспоминал так: «…вологодская деревня, высокие дома с подклетями, рубленные из толстых брёвен. Колодезные журавли. Корыта для пойки лошадей и коновязи чуть ли не под каждым окном. Это для проезжавших подводчиков, останавливавшихся на ночлег или постой. Деревня наша была большая, лежала на большаке, ведущем из Котельнича в город Великий Устюг. По этому большаку непрерывно в оба конца, в особенности зимой, ходили длинные обозы с хлебом вглубь страны и с водкой для всех казёнок [1] в обратную сторону. Вот этот оживлённый тракт в значительной степени и определял жизнь нашей деревни».

Речка Волосница, на которой стоит Лодейно, неподалёку расходится вширь и образует небольшой залив. Можно предположить, что когда-то он был полноводнее. Именно здесь, на этом плёсе и его берегах, как утверждают местные старожилы, их предки ладили лодьи.

В переписи 1895 года по Вологодской губернии значится буквально следующее: «Деревня Лодейно. Пушемско-Николаевского прихода Щёткинской волости Никольского уезда». В более ранних письменных источниках она упоминается в связи с событиями X—XII веков как место жительства угро-финнов. Когда новгородцы начали заселять земли Поюжья, то есть бассейн реки Юг, здесь, по всей вероятности, произошла ассимиляция народов. Из этой уникальной историко-культурной плавильни на берега рек Юг, Сухона, Вятка и их притоков вылилось удивительно красивое, самобытное и мужественное племя людей, веками пахавших свою землю, растивших на ней хлеб, строивших прочные и просторные жилища из кондовой сосны, защищавших порубежье от лихих и беспокойных соседей. Русский север. Суровый быт накладывал отпечаток и на характер здешних жителей, веками выковывая в нём чувство собственного достоинства, свободолюбие, стойкость и умение поставить общее, общинное, государственное выше личного.

Дом, в котором родился Иван Конев, в середине XIX века построил его дед, тоже Иван Степанович. Дед имел прозвище — Епишня. Происхождение прозвища таково. В русских деревнях детей, рано оставшихся без отца, называли не по отчеству, а по имени матери. Мать Ивана Конева-1 звали Епифа-нией. А её детей — Епишня.

Дом Коневых в Лодейно стоит до сей поры. Теперь в нём музей маршала.

Иван Епишня был человеком предприимчивым. И землю пахал, и лес валил, и извозом занимался, и торговлишку вёл. Его стараниями в Лодейно была построена школа для крестьянских детей. Тогдашняя Россия, в особенности сельская, детей рожала щедро. Не исключением был и Русский Север. Вот и у Ивана Степановича Конева-1 было четверо: трое сыновей и одна дочь.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.