Средний танк Т-28. Трёхглавый монстр Сталина

Коломиец Максим Викторович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Средний танк Т-28. Трёхглавый монстр Сталина (Коломиец Максим)

Танк Т-28 выпуска 1934 года выходит на Красную площадь во время парада. Москва, 7 ноября 1934 года (РГАКФД).

Советский средний танк Т-28 не так широко известен, как сменивший его легендарный Т-34. Между тем, Т-28 являлся единственным в мире серийным трёхбашенным средним танком. Его высокие боевые характеристики в полной мере проявились в ходе советско-финляндской войны, во время прорыва укреплений «линии Маннергейма».

Однако во время Великой Отечественной войны судьба Т-28 сложилась трагически — почти все они были потеряны в первые недели войны.

В данной книге на основе архивных документов рассказывается о проектировании, серийном производстве, модификациях и боевом применении танков Т-28, а также боевых машинах на их базе.

ВВЕДЕНИЕ

«Летом 1941-го я был курсантом артиллерийской школы и наша часть стояла недалеко от Минска в лагерях. Ну а мы тогда увольнение в город получили с Сашкой Рачицким. Ну, а как только отбыли, пока на перекладных до города добрались, так известие — «война!» Что делать? Положено было срочно в комендатуру, так как из города так просто не уедешь!

Числа так двадцать четвёртого или двадцать пятого добавили нам ещё двух курсантов, и каждый день мы стали выезжать на проверку слухов о фрицевских десантах. Сначала с нами был общевойсковик капитан, Сомов его фамилия. А потом передали нас танкисту — майору Васину, или нет — Васечкину! Он не то новые танки получал, не то списанные отправлял, не помню точно. Вот это мужик был, настоящий! У него вроде даже медаль была, не то XX лет РККА, не то какая ещё. Хотя, может, насчёт медали вру я, но это был настоящий герой.

Помню, как послали нас в одну деревеньку, что там вроде как немецкие парашютисты. Прибыли мы туда на «полуторке», а там, в самом деле, стрельба вовсю. Примерно рота под командой лейтенанта огонь ведёт по опушке леса, а оттуда отвечают из пулемёта и винтовок тоже. Но рота в атаку не идёт. Ждут артиллерию, чтобы как положено.

Ну, короче, это майор наш в бинокль углядел, что по своим стреляем. Приказал огонь прекратить, взял белый флаг и пошёл к опушке — разбираться. А тутошний лейтенант больше всего боялся, что это переодетые немцы и что они Васечкина в плен возьмут. Но не взяли, оказались наши это. Заблудились в дорогах, а тут слух, что десант немецкий у Березины. И надо такому случиться, что заблудившаяся рота аккурат с того направления бодро марширует, откуда все десанта ждут. Ну и стрельнули по ним. А они тоже слухами кормятся, что немцы кругом. Вот и обороняться! Так и поубивали бы друг дружку, если бы не Васечкин.

Ты знаешь, я сейчас уверен, что все рассказы про множество немцев в нашей форме в июне-июле сорок первого — это про таких же заблудившихся своих, которых за немца принимали и убивали. Мы-то тоже тот бой актировали, как сражение с переодетыми десантниками. Ну ладно, что-то я не о том…

Ну, в общем, майор наш был человеком, что надо! И матом крыл напропалую, и в морду давал, если кто зазнавался, и арестовывал, мог и оружием угрожать. По обстановке действовал. Многому я у него тогда научился. Дня мы три с ним были, а потом вдруг получаем приказ — получить танк. Прибыли на указанный хутор, а там во всём параде трёхбашенный Т-28, и с танком механик — сержант с такой чудной фамилией. Не то Маленький, не то Малько. Так и стал я вдруг заряжающим в танке, хоть снаряды в нём только учебные были — деревянные, пять штук.

Помню первое задание было — заправиться. Так мы три часа искали в указанном месте заправочную машину, пока не нашли аж в пяти километрах восточнее. И то, если бы не застряла машина, а водитель не драпанул, остались бы мы без горючего.

Но в машине был хороший бензин, «сладкий», для самолётов, как сказал наш майор. Правда, осталось его в баке уже немного, видно пограбила его, брошенный, шоферня наша. Но нам хватило, заправились.

Потом, помню, искали место, где взвод БТ в болото сел, а вылезти никак. Вроде как нам надо было их выдернуть. Но пока троса нашли, пока место то обнаружили, а бетешек там уж нет. Только вся земля перепахана, будто не пять БТ тут были, а десятка три. Ну вылезли, и слава богу.

На другой день нас кинули в подмогу танковой роте Т-26, что в реке засела. Пока их искали, сами застряли. Вылезали с бревном-самовытаскивателем, замучились, пока на твёрдое выбрались, глядь — а у нас трак лопнул, а запасных-то и нет. Вот и возились мы с ним потом весь вечер до темна. А пока с траком возились, гул от дороги, да и буханье пушек куда-то на Восток уползли. И все солдаты, что просёлком этим на Восток шли, будто испарились.

Страшно стало, как бы не угодить нам к немцам в тыл! Решили ночью караулить. Винтовок у нас две было. Пулемёты из танка решили не вынимать, всё равно патронов мало. Так и дежурили по двое, по два часа каждая смена.

Мне выпало в самый рассвет стоять с Сашкой. Тишина — закачаешься! Птички поют, коростели трещат, кузнечики стрекочут, красота. И перед самым рассветом вдруг, словно раскаты грома, на нас накатил гул. И прямо из тьмы к светлому небу потянулись стаи двухмоторных самолётов. Страшно.

Как взошло солнышко, слышно стало, как на дороге жизнь зашевелилась. Возникла надежда, что свои там. Взял тогда майор с собой здоровенного такого парня, Сергей его звали, и меня тоже (всё равно оружия у нас больше не было), и пошли мы к дороге. А там беженцы, только не на Восток идут, а на Запад. Что такое? А оказывается, вечером вчера фрицы перерезали шоссе у моста, поставили там зенитки с пулемётами и никого не пускают, по всем стреляют. Там нам не пройти.

Пока ходили на разведку, нашли ещё винтовку СВТ, что славяне в кустах сховали. Так что огневая мощь у нас увеличилась.

Потом вернулись к танку, майор приказал высказать свои соображения по дальнейшим действиям. Наши где-то у Борисова, Могилёвское шоссе перекрыто. Идти в обход — нет ни бензина, ни гарантии, что сильно натянутая гусеница выдержит.

Тут Сашка Рачицкий, а он местный был, предложил на Запад идти. В Минск, а оттуда уже по Московскому шоссе на Борисов рвануть. По слухам, на Московском шоссе немцы не так хозяйничали, как тут.

Сашку и сержант Малько поддержал, военный городок которого был неподалёку. Тогда майор и принял решение идти через Минск, но сперва где-то заправиться. Решили идти туда, где часть сержанта нашего стояла. Там автомобильный бензин нашли, качеством, правда, похуже, чем тот, что заправлялись раньше, зато три початые бочки. В смеси со «сладким» пошло, заправились, как надо!

Потом в складе артснабжения нашли выстрелы семидесятишести, что валялись на полу среди разбитых ящиков. Хоть осколочные и фугасные, бронебойных нет, а всё же хорошо! Пушка-то посильнее винтовки будет. Начали загружать. Но спешили и не смотрели на маркировку. А потом это нам боком вышло.

Загрузили уже все места под боекомплект, а ещё снаряды валяются. Не оставлять же! Ну сунули сверх БК ещё, наверное, штук 20 снарядов. Всего их у нас под сотню было. Потом нашли и патроны. Пусть вылежавшие срок, но патроны. Для пулемёта! Так что были мы теперь не пугачом, а настоящей силой! Уж совсем уезжать собрались, когда майор притащил нам четыре танкошлема, хоть рваненьких, а всё ж голову поберечь следовало.

Ну и, конечно, воевать все разохотились! И командир наш задачу скорректировал: не просто прорваться через Минск, а прорваться, нанеся противнику наибольший урон!

Вот так и пошли мы в бой. Собственно, я самого боя почти не видел. Заряжающим стоял у пушки, не особо до оглядываний было. Тем более, у танка переговорного устройства не было, да и мой перископ разбит был — только в пулемётный прицел что-то видно, и то лишь когда пушка заряжена.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.