Держите вора

Штайгер Отто

Жанр: Современная проза  Проза    1985 год   Автор: Штайгер Отто   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Держите вора (Штайгер Отто)

Автобус переполнен. В обед, когда Карин едет домой, автобус всегда переполнен. Люди толпятся в основном у дверей. Карин стоит в проходе, в середине. Здесь не так тесно. Мужчины, правда не все, но многие, поглядывают на Карин. Она это замечает, но ее это не очень трогает. Скорее наоборот. «Пусть себе глазеют, — размышляет она, — если им приятно». Карин знает, у нее красивая фигура. Особенно в желтых джинсах в обтяжку в сочетании со светло-голубым свитером. Бабушка говорит: «Чего тут удивляться — красивая фигура в четырнадцать лет! Подожди, вот доживешь до моего возраста, тогда посмотрим».

«Четырнадцать — когда это было. Теперь не четырнадцать. Через месяц исполнится пятнадцать. Только уж такой, как бабушка, быть не хотелось бы, — рассуждает Карин. — Нет, только не такой, как она».

«Какая разница — четырнадцать или пятнадцать», — говорит бабушка.

Но у Карин свои представления о возрасте. Ведь в четырнадцать лет она была еще совсем ребенком. Тем более в тринадцать. А вот в пятнадцать — в пятнадцать уже все по-другому.

Между тем автобус приближается к остановке, где обычно подсаживается Петер. Как правило, один, иногда вместе со своим школьным товарищем. Да вот и он, стоит и ждет. На сей раз один. Это хорошо.

Петер заходит, и автобус катит дальше. Наверно, он ее просто не видит.

«Да наверняка видит, — размышляет Карин. — Ясное дело, видит. Просто притворяется. И что только с ним происходит? Вот уже несколько дней. Какой-то ершистый стал. Словно я ему враг. И все после того, как он побывал со своим классом в пансионате. Наверно, там что-то случилось, но все молчат, словно в рот воды набрали. И Петер молчит. А Артур тем более. Отправились всем классом в пансионат в Валлис, вернулись на неделю раньше. А теперь, когда спрашиваешь, почему вернулись раньше, слышишь лишь пустые отговорки».

Карин протискивается вперед, непрестанно приговаривая «извините-извините». Чтобы ее пропустить, пассажирам приходится плотнее прижиматься друг к другу. Просто у Карин обворожительная улыбка, которая никого не оставляет равнодушным.

Пробравшись сквозь толпу, она наконец добирается до Петера.

— Привет, — говорит Карин.

— Привет, — отвечает он и больше ни слова. Даже почти не смотрит на нее. И что это с ним в самом деле?

— Сегодня утром в автобусе тебя не было, — говорит она.

— Нет.

— И вчера тоже.

— Нет.

— Что-нибудь случилось?

— Я теперь езжу чуть раньше, чтобы успеть позаниматься до начала уроков.

«Все-то он врет, — размышляет про себя Карин. — Раньше, только чтобы увидеться со мной, он поехал бы на любом автобусе. Нечего врать, если не умеешь. Просто он избегает меня. А жаль. Когда утром мы вместе с ним едем в школу, так радостно на душе. Даже если предстоит контрольная по английскому».

— За что ты злишься на меня? — спрашивает она.

— Я? Да нет. Откуда ты взяла?

— Ты очень изменился.

— Неужели? Просто утром я раньше обычного иду в школу. Видишь ли, сейчас мне приходится здорово вкалывать, вот и все.

— С тех пор как вы все вместе съездили в пансионат, тебя словно подменили. А ведь прошло всего девять, нет, десять дней.

— Неужели?

Раз он ни о чем не хочет говорить, ничего не поделаешь. К тому же автобус — не самое подходящее место для выяснения отношений. Здесь все, что говоришь, слышно. На следующей остановке им обоим выходить, а потом еще чуть-чуть надо пройти пешком. До Антеннен-гассе, где Карин повернет направо.

Они выходят из автобуса и идут рядом. День стоит ясный и теплый. Под ноги им на асфальт ложатся тени. Короткие, потому что солнце высоко. Карин разглядывает тень. Солнечные лучи словно обтекают ее руки и узкие бедра — прямо кусочек солнца на земле.

— И все это после вашего пансионата, — никак не успокоится Карин. — Что же там произошло?

— Ничего особенного. А что, собственно, там могло произойти?

— Вы ведь вернулись раньше времени. Почему?

— Разве Артур ничего не рассказывал?

— Он говорил, что помещение занял какой-то другой класс. Но это все выдумки. Никто и не верит. Когда папа сказал, такого не может быть, мне стало ясно, все это — ерунда, потому что тогда они должны были бы вернуть деньги. Посмотрел бы ты на Артура в тот момент, когда он доказывал: «Да ты что, ни в коем случае, и речи быть не могло о том, чтобы потребовать деньги обратно. Это выглядело бы смешно, никто бы так никогда не сделал, а мы чем хуже? Разве нам эти деньги нужнее, чем другим? Если будешь требовать деньги назад, то я вообще брошу школу. Тогда делай что хочешь». Вот так, и все же почему вы вернулись раньше?

— Артур наверняка тебе все рассказал.

— Мне в общем-то все равно. Только почему ты не желаешь больше со мной разговаривать — вот что мне хотелось бы знать.

— Разве мы сейчас не разговариваем?

— Но как! Так по-идиотски не разговаривают друг с другом даже мои родители.

«Может, он завел себе новую подружку, красивее меня, — размышляет Карин. — Попробуй тут разберись. Внешне-то я ничего. Стройна, хоть и ем все подряд. На мне это никак не сказывается. Тут бабушка всегда начеку. На ужин только чашка чая, да и то без сахара. Как бы не умереть от голода».

— Артур рассказал мне, что вы там подрались. Это правда?

— Кто с кем?

— Ты с Артуром.

— Если он говорит, значит, так оно и есть. А почему это тебя так интересует?

— Интересует, и все.

Петер не отвечает. Резким движением оп перехватывает сумку с тетрадями и учебниками другой рукой. И продолжает молчать.

«Еще заговорит, — думает она. — Просто не надо его теребить».

— Да, — нарушает молчание Петер. — В общем, мы подрались. Точнее говоря, он меня избил. Да, он меня избил. Потому что сильнее меня.

— А из-за чего?

— Да просто так. Я даже не могу сейчас вспомнить, из-за чего вышла эта драка. Просто так, безо всякой причины.

«Конечно, он знает причину, а сказать не хочет. Стесняется. Наверно, из-за меня», — размышляет Карин. Ей трудно представить себе, из-за чего ее брат мог подраться с Петером. Наверно, из-за нее.

Они молча идут рядом, стремясь настигнуть собственные тени. И вот уже Антенненгассе.

— Пойдешь сегодня купаться после обеда? — неожиданно спрашивает Карин.

— Куда?

— На Ааре. Куда же еще?

— Нет. Сегодня не получится. Я занят.

«Опять отговорка», — замечает про себя Карин.

— И все-таки почему? — резко бросает она.

— Не могу я, понимаешь?

— Знаешь, с этим пора кончать, — говорит она. — Если ты не желаешь больше со мной разговаривать, так и скажи. Можешь не сомневаться, бегать за тобой я не буду.

— Разве я с тобой не разговариваю? Разве нет?

— Только не так, пожалуйста. Не так, как сейчас.

— Хорошо, — отвечает Петер. — Если это для тебя так важно… Сегодня после обеда я буду красить свою комнату.

— Красить? Сам? Что это тебе в голову взбрело?

— Я уже и купил все, что надо: краску, кисть, каток. Покрашу потолок и стены. А то смотреть страшно. На потолке пятна, обои сильно пожелтели и кое-где отклеились.

— И все это обязательно сегодня?

— Да. Может, потом у меня не будет времени. Кроме того, есть еще одна причина.

— А вот я не стала бы переживать, если бы у меня в комнате пожелтевшие обои отстали от стены.

— Это все слова. Легко рассуждать, когда живешь на вилле. С огромным-преогромным бассейном в саду. И комната у тебя наверняка сумасшедших размеров. Да и красить ее тебе не приходится. Ну а если понадобится, в твоем распоряжении целая армия маляров.

— А мама помогает тебе делать ремонт?

— Мама на работе. Так что надеяться не на кого.

— Мне, правда, очень хотелось бы тебе помочь, — произносит Карин, чуть задумавшись. — Разумеется, если ты не против.

Петер удивлен. Такое предложение явно застало его врасплох.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.