Суета сует

Бутин Эрнст

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Суета сует (Бутин Эрнст)

АНОМАЛИЯ

Повесть

1

— Ну что ж, Андрей… э… Михайлович, работу вашу я изучил внимательнейшим образом, — главный геолог Сокольский, не поднимая головы, с силой потер широкой ладонью большой выпуклый лоб.

Андрей Шахов, притворяясь безучастным, смотрел в открытое окно, где в почти белых от солнца листьях огромной березы, заслонившей небо, суетились, галдели истошно воробьи, но не видел ни окна, ни этой березы, а, напружинившись, прислушивался, как Сокольский шуршит бумагами.

— М-да, — главный геолог подровнял листы текста, аккуратно сложил длинные ленты разрезов и планов. — Вы позволите быть откровенным?

Он быстро глянул на Шахова, увидел его окаменевшее лицо с выступившими скулами, длинную шею, на которой дернулся острый кадык, словно Шахов пытался, но не мог что-то проглотить, и взгляд главного геолога из настороженного превратился в снисходительно-насмешливый. Сокольский откинулся на стуле, достал не спеша массивный серебряный портсигар.

— Вы знаете мое мнение, — скучным голосом начал он, разминая папиросу. — Еще когда вы выбирали тему дипломной работы, я предупреждал, что надежды на северный участок довольно… проблематичны. — Щелкнул зажигалкой, прикурил, прищурив левый глаз. — Я предупреждал вас, а вы заупрямились. И вот результаты, — подтолкнул к Шахову папку.

Жест получился пренебрежительный — папка скользнула по полированной поверхности стола, слегка развернулась. Шахов покосился на нее, усмехнулся.

— Все, что вы предлагаете, похоже больше, простите, пожалуйста, за резкость, на научную фантастику, чем на научное предвидение, — голос главного геолога был ровным, скучным. — Выводы, к сожалению, бездоказательны, прогнозы не аргументированы, расчеты уязвимы, а общая картина рудного поля, и особенно — невероятная гипотеза рудообразования, весьма и весьма сомнительны.

Сокольский подождал, не скажет ли чего Шахов, но тот молчал. Сидел неподвижно, только иногда ощупывал торопливо верхнюю пуговицу рубашки, будто проверяя, цела ли она, и тогда видно было, что пальцы его слегка дрожат.

— Дался вам этот северный участок, — главный геолог щелчком сбил пепел в большую хрустальную пепельницу. — Разработали бы диплом по югу, и не было бы всех этих… — он помялся, вздохнул, — неприятностей.

— Я работал над югом, — Шахов наконец повернулся к главному геологу, и взгляд его прищуренных серых глаз стал злым. — Там ничего нет. Все выгребли. Бесперспективно!

— Не считаете же вы нас, стариков, дремучими невеждами, — Сокольский улыбнулся. — Во всех учебниках наш рудник — классический пример классического рудообразования, и двести лет он развивается именно в южном направлении…

— Рудник двести лет разрабатывает линзу, — раздраженно перебил Шахов. — Это аномалия, кулиса. Основное месторождение надо искать на севере.

— На глубине пятисот метров, как вы предлагаете? — Сокольский снисходительно посмотрел на него, ткнул окурок в пепельницу, тщательно раздавил.

— Да! И мощность его увеличивается в меридиональном простирании, по глубинному разлому. Вот смотрите… — Шахов торопливо подтянул к себе лист бумаги, выдернул из стаканчика карандаш, но вдруг опомнился, обмяк. — Впрочем, все это вы читали в проекте.

— Читал, читал, — главный геолог встал, повел плечами, разгоняя усталость. Прошелся по кабинету, опустив голову и сцепив за спиной руки. Развернулся. Остановился около Шахова, качнулся с пяток на носки. — А факты, доказательства?

— Факты? — удивился Шахов и тоже встал. — А шестьсот тринадцатая скважина? А семьсот первая?

— Всего две? Неубедительно, — Сокольский покачал головой. Вернулся к своему стулу, но садиться не стал. Уперся кулаками в стол, поджал губы.

— Две, конечно, мало, — желчно согласился Шахов. — Что ж, вы, Василий Ефимович, не согласились пробурить хотя бы одну по моему проекту? Особенно у Марковской горки.

— По вашему проекту? — главный геолог изумленно повернул к нему голову. — Да ты представляешь, сколько стоит скважина?! — перешел он от возмущения на «ты». — Представляешь?!

— Представляю. Точнее, знаю, — Шахов помрачнел. Стукнул с силой кулаком в раскрытую ладонь. — Ну что бы нам в прошлом году пройти поглубже пятьсот девяносто вторую!

— Она пустая, — поморщился Сокольский. Тяжело сел, заворочался на стуле, устраиваясь поудобней.

— Пустая… Еще бы сотняжку метров — и она подсекла бы рудное тело, — Шахов вцепился в спинку стула, качнулся имеете с ним. — Это подтвердила геофизика и наша установка «Импульс». Об этом же сказано в дипломе.

Сокольский сморщился, и его лицо стало кислым.

— Опять вы за свое, Андрей Михайлович, — покрутил в руках портсигар, кинул его на стол. — Ваша самодеятельная установка — не аргумент. Это несолидно, несерьезно. Кто ей поверит?

— Кроме данных электросейсморазведки, — не слушая, продолжал раздраженно Шахов, — я использовал материалы Твердышева. А он занимался севером много лет, — раскрыл портфель, согнулся, разыскивая что-то в нем.

— Вижу, вижу руку Твердышева, — усмехнулся Сокольский. Потер со страдальческим видом виски. — Этот фанатик и вас заразил своими… идеями?

— Вот. Нашел, — Шахов протянул главному геологу невзрачный серый журнал. — Прочтите, пожалуйста, если найдете время, там, где закладка. Пишут о совместной советско-французской установке. Конечно, у них база, мозги, фонды, но принцип тот же, что и в нашей самоделке. Разница в мощности и точности.

— Спасибо. Посмотрю, — Сокольский плавно вытянул из нагрудного кармана очки, тряхнул их, чтобы раскрылись дужки. — «Реферативный журнал Академии наук», — прочитал вслух. — И что же?

— А то, — слегка передразнивая его, ответил Шахов, — что наши парни изобрели, разумеется, велосипед. Им так и сказали на ВДНХ. Обидно, естественно, но диплом, который получила установка «Импульс», подтверждает ее абсолютную надежность. Ей можно верить.

— Ах, факты, факты, — задумчиво протянул Сокольский, листая журнал. — Вдруг вы правы, Андрей Михайлович, а мы ошибаемся? Тогда основное месторождение останется ненайденным, а рудник придется закрывать.

— Вы лучше меня знаете, что он и так уже на грани закрытия, — Шахов деловито защелкнул замки портфеля. — Я думал и об этом, когда писал диплом… Но главное все же — истина. Геологическая истина! Понимаете?

— Понимаю, понимаю, — Сокольский нахмурился, чтобы скрыть улыбку. — Можете мне оставить этот экземпляр? — показал взглядом на папку.

— Пожалуйста. Он лишний, — Шахов пожал плечами и вдруг испуганно вскинул голову: — А что, рецензия не готова? Мне же завтра ехать?

— Почему не готова? Готова. Зайдите утречком, я вам ее отдам… Хочу сегодня еще раз прочесть ее, чтобы быть предельно объективным, — главный геолог вежливо, одними губами, улыбнулся. — Но, извините, — и улыбка исчезла, лицо стало жестким, голос серьезным, — обманывать не буду, напишу честно. Изложу все, что думаю. Так что не обессудьте.

— Конечно, естественно, — Шахов потоптался. — До свидания.

И вышел.

Сокольский полистал без интереса журнал, отложил его. Подпер ладонью лоб, закрыл глаза и несколько секунд сидел неподвижно, сдвинув брови и почти не дыша. Потом резко выпрямился. Снял телефонную трубку.

— Директора! — потребовал властно. — Анатолий Степанович?.. Ты вот что, пригласи-ка сегодня на совещание начальника промразведки и их старшего геолога. И начальника бурцеха… Нет, нет, идея тут одна созрела. Может, я зайду к тебе, но не сейчас — попозже. Надо еще посидеть, обдумать все… Хорошо, договорились.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.