Запятнанная репутация

Аллен Луиза

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Запятнанная репутация (Аллен Луиза)

Глава 1

3 марта 1816, Лондонский Пул

— В самом деле, серый. — Эш Герриард облокотился о поручни палубы и, прищурившись, окинул взором раскинувшуюся перед ним Темзу, где бросили якорь множество мелких суденышек, гребных лодок и различного рода кораблей, превосходивших по размеру даже их четырехмачтовый «Восточный индиец». — Я даже представить себе не мог, что бывает столько оттенков серого. Коричневый, местами бежевый и зеленый. Но в основном серый.

Эш так хотел забыть Лондон, думал, что возненавидит его, что он покажется ему чужим, но перед ним предстал старинный процветающий и удивительно знакомый город.

— Дождя нет, а миссис Маккензи уверяла, что в Англии всегда дожди. — Рядом с ним, закутавшись в тяжелый плащ, стояла Сара. Ее голос был веселым и взволнованным, несмотря на постукивающие от холода зубы. — Здесь прямо как на «Гарден рич» в Калькутте, только суетнее. И намного холоднее. Вон даже крепость, видишь? — указала она.

— Это Тауэр, — усмехнулся Эш, не желая заражать сестру своим дурным настроением. — Вот видишь, я помню то, о чем читал.

— Очень впечатляет, дорогой брат. — Сара подмигнула, но взгляд ее быстро изменился, когда она увидела пару, стоящую вдалеке у поручней. — Мата очень хорошо держится.

Эш посмотрел в ту же сторону.

— Широко улыбается, хочешь сказать? Думаю, они оба хорошо держатся.

Его отец обнимал мать за талию и крепко прижимал к себе. В этом не было ничего необычного. Родители вели себя демонстративно даже по меркам свободного европейского общества Калькутты, но Эш хорошо знал отца и прекрасно понимал, что означает это спокойное выражение лица, когда стиснуты зубы. Маркиз Элдонстоунский готовился к битве против воспоминаний о стране, которую он оставил более сорока лет назад, однако это ничуть не упрощало положение дел. Отвергнутый собственным отцом и взявший в жены девушку, наполовину индианку, с ужасом принявшую новость о том, что ее супруг — наследник английского титула и однажды будет вынужден вернуться домой, полковник Николас Герриард не торопился покидать Индию и до последнего момента оттягивал возвращение на родину. Но у маркизов долг совсем иной, чем у военных дипломатов Ост-Индской компании, потому полковник прекрасно понимал, что в один прекрасный день унаследует титул и ему придется вернуться в Англию.

«И его сыну тоже», — подумал Эш, подходя к отцу. Будь он проклят, если позволит этой перемене разрушить семью, будь он проклят, если не сможет снять часть груза с родительских плеч, пусть даже ради этого придется превратиться в чуждое ему существо — идеального английского аристократа.

— Я возьму Пэрота и спущусь на берег, чтобы убедиться, встретит ли нас Томпкинс.

— Буду тебе очень признателен. Не хочу, чтобы твои сестра и мать ждали его на пристани. — Маркиз махнул рукой в сторону берега. — Подай сигнал, когда прибудет карета.

— Хорошо. — Эш отправился на поиски моряка и лодки, на которой он смог бы добраться до причала. «Новая страна, новая судьба. Новый мир, — сказал он себе, — и новый бой». В конечном счете там его ждут новые земли, которые предстоит завоевать. Уже сейчас Эшу было сложно представить жару, буйную растительность и стремительный поток жизни дворца в Калятве. Эти воспоминания постепенно превращались в сон, утекающий как песок сквозь пальцы всякий раз, когда он пытался мысленно ухватиться за них. Все стало каким-то нереальным, даже боль и чувство вины. «Решми», — подумал он и оттолкнул эту мысль почти физическим усилием. Ничто на земле, даже любовь, не возвращает мертвых.

«Должны же где-то быть надежные, благоразумные и рассудительные люди. — Филлида прошла от входа в узкий переулок и пристально посмотрела на оживленную набережную Кастомс-Хаус. — К несчастью, мой брат не из их числа». Удивляться не приходится, поскольку у их отца ни одной надежной кости во всем теле, и беспутная дочь все чаше убеждалась в том, что в его голове ни единой мысли, лишь игры, распутство и мотовство.

А теперь от Грегори уже сутки нет никаких вестей. Он ушел с деньгами на аренду и, по словам его друзей, растворился где-то между Тауэром и Лондонским мостом.

Она почувствовала, как ее дернули за шнурки полусапожек. Ожидая увидеть кошку, Филлида посмотрела вниз и с ужасом обнаружила пристальный взгляд черных глаз-пуговиц самой огромной вороны из всех, что ей доводилось видеть. Хотя, возможно, это ворон, которому удалось сбежать из Тауэра? У птицы были странно оттененные серым цветом голова и шея, а также перья, обрамлявшие массивный клюв. Значит, не ворон. Птица бросила на Филлиду надменный взгляд и снова принялась клевать шнурки ее ботинок.

— Кыш отсюда! — Девушка отдернула ногу. Птица отпустила шнурки, пронзительно каркнув, и принялась клевать другую ногу.

— Люцифер, отпусти леди. — Ворона взмахнула крыльями и устроилась на плече высокого мужчины без шляпы, стоявшего напротив нее. — Прошу прощения. Его привлекают шнурки, любые нитки, длинные и тонкие предметы. Но по отношению к змеям он, к сожалению, крайне труслив.

— В Лондоне это не имеет значения. — К Филлиде наконец-то вернулся голос. Откуда взялся этот красивый, странный, дьявольски фамильярный человек? Филлида взглянула на него, отметив темно-коричневые волосы, прямой нос, золотистого цвета кожу и зеленые, пристально изучавшие ее глаза. «Загорелая кожа в марте?» Нет, это естественный цвет. Почувствуй она сейчас запах серы, совершенно бы не удивилась.

— Я это уже понял. — Он посадил птицу на руку и взмахнул ею в воздухе. — Лети и найди Сару, пернатое чудовище. Он начинает выражаться, если его держать в клетке, — добавил незнакомец, глядя вслед птице, летящей к стоящим на якоре кораблям. — Но я боюсь, придется запереть его, пока он не начал соблазнять тауэрских воронов на всякие бесчестья. Если эти птицы в действительности существуют и не являются легендой.

— Они существуют. — «Он определенно иностранец». Незнакомец был одет со вкусом, в изящной неанглийской манере. Плотный черный плащ с подкладкой цвета немного темнее его глаз, темный жакет, парчовый жилет, отделанный шелком, белоснежная сорочка изо льна, хотя нет, сорочка тоже из шелка. — Сэр!

Он опустился на колено, встав на грязные булыжники, и принялся завязывать шнурки на ее полусапожках, продемонстрировав длинные волосы немодной длины, доходившие до плеч и завязанные сзади у основания шеи.

— Что-то не так? — спросил он серьезно, с изумлением подняв на нее зеленые глаза. Прекрасно он знал, негодяй, что именно не так.

— Вы трогаете мою ногу, сэр!

Джентльмен покончил со шнурками, напоследок затянув узел потуже, и поднялся на ноги.

— Боюсь, без этого завязывать шнурки довольно сложно. Куда вы теперь направляетесь? Смею вас заверить, ни я, ни Люцифер не имеем далеко идущих намерений относительно вашей обуви. — Однако его улыбка внушала опасение.

Филлида сделала еще шаг назад, но уйти далеко от человека, посягнувшего на ее лодыжки и самообладание, не удалось. Вдоль набережной в их сторону шел, пошатываясь, Гарри Бак в сопровождении одного из своих бандитов. От страха у нее сжался желудок, и она принялась судорожно озираться в поисках укрытия, желая избежать встречи с одним из самых отпетых отморозков Ваппинга [1] . Нервное напряжение вызвало приступ дурноты. Если только он вспомнит, что произошло девять лет назад…

— Этот человек… — Филлида кивнула в сторону Бака. — Я не хочу, чтобы он меня увидел. — У нее перехватило дыхание. — Он идет сюда.

О спасении бегством не могло быть и речи, это все равно что бросить клубок шерсти перед кошкой — Бак инстинктивно пустится в погоню. А она даже не позаботилась о том, чтобы захватить шляпу с полями, способными прикрыть лицо. Обыкновенную соломенную шляпку. «Растяпа, как можно появляться на его территории неподготовленной, с неприкрытым лицом!»

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.