Цветник бабушки Корицы

Соловьева Елена

Жанр: Сказки  Детские    2013 год   Автор: Соловьева Елена   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Цветник бабушки Корицы (Соловьева Елена)

ГЛАВА 1

в которой самым странным образом в город прибывают джентльмен с собакой, но об этом не знает никто, кроме девочки Маргариты

Если верить гороскопам, то день, который подходил к концу, не годился для начала путешествий по воде. Вот только путешествовать по воде никто и не собирался — должно быть, гороскоп составляли в других краях. Здесь люди ждали первого снега. Свистел ветер. И девочка Маргарита, ежась от сквозняка, влезла в своей комнате на подоконник, чтобы не пропустить момент, когда с темного неба полетят первые белые хлопья. И они полетели. Сперва редко и будто нехотя, потом быстрее и гуще.

В окно Маргарита видела, как облепленный снегом трамвай забирал с остановки последних пассажиров, больше похожих на компанию грустных снеговиков. Они стряхивали снег с курток и пальто, лица их хмурились. Двери за пассажирами бесшумно закрылись. Давно замечено — первый снег ощутимо приглушает все звуки. Укутывает точно ватой улицы, скверы, деревья. Чем дольше длится зима, тем больше к этому привыкаешь. Потом как-то совсем перестаешь замечать, пока не придет время гулкой капели, и мир опять не переменит звучание.

«Почему они не улыбаются? — подумала Маргарита. Лично ей всегда хотелось петь и немножко плакать, если вокруг что-то ощутимо менялось. — Разве не чудо, — размышляла она, — когда начинается первый снег? Вылетает первая сонная бабочка? Появляется весенняя трава или открывает желтый глаз одуванчик? Да мало ли? Еще сирень, черемуха, еще…»

Закончить перечень девочка не успела: снежинки в свете ближайшего фонаря повели себя вдруг совсем неправильно. Без всяких видимых причин они закрутились маленьким смерчем и сбились в плотное облако, которое зависло над серым льдом не припорошенной до конца лужи. Спустя минуту облако стало осыпаться веселыми блестками, да так ярко, что Маргарита зажмурилась. А когда открыла глаза, на сером льду лужи уже стоял — человек-человечек. Невысокого роста, не молодой и не старый, в веселых круглых очках, большом шарфе и берете набекрень.

Вслед за ним, кувыркнувшись в воздухе, шлепнулась на лед под фонарем скромная по размеру собачка. Она бодро вскочила на кривые короткие лапки и превратилась в мохнатого, как георгин, пекинеса. Пока человечек сбивал снежную пыль с темной курточки, песик, встряхнувшись, поднял над собой облако мерцающей взвеси. Помотал лупоглазой мордой. Чихнул. И резво попытался ухватить языком пролетавшую мимо снежинку. Но та — Маргарита видела — ловко увильнула в сторону.

«Не может быть, — подумала девочка. — Наверное, померещилось». Тем временем у человечка в руках появились саквояж и совсем неуместный при такой погоде зонт. Человечек зачем-то оперся на него, будто собирался танцевать, но едва не поскользнулся. Засмеялся, шагнул за кромку света и исчез в темноте. Пекинес еще какое-то время понаблюдал за нахальной снежинкой, а затем, гордо подняв пушистый хвост, засеменил прочь, сделав вид, что ему абсолютно наплевать на посторонние сгустки снега.

— Ну и дела-а-а-а! — сказала вслух Маргарита и осторожно сползла с подоконника. Пора подогревать ужин. Скоро придет из театра бабушка Женя, которую давным-давно прозвали в городе бабушкой Корицей. Вернее, сперва она была просто Корицей. А бабушкой стала со временем.

«Хотя какая она бабушка, моложе многих», — подумала Маргарита. Как тот человечек, который вывалился только что из снежного облака с собакой в придачу. Она еще раз представила себе его веселые очки, забавный берет и легкую походку. Нет, назвать его стариком Маргарита никак не могла.

ГЛАВА 2

в которой Маргарита исследует антресоли

Маргарита жила с бабушкой уже больше полугода. А перед этим папа с мамой чуть не затискали ее до обморока на огромном вокзале Большого города. Они то и дело поправляли запотевшие от слез очки, повторяя: «Милая, это всего два года! Такой шанс нельзя упускать! Он изменит всю нашу жизнь!» Часто звучали слова «стажировка» и «Африка», «экспедиция» и «лихорадка». Мама с папой были учеными-биологами. Мама носила модные очки с титановыми дужками, папа — очки с толстыми стеклами в роговой оправе. Жили они втроем в небольшой комнате, которую преподавателям-аспирантам дали в общежитии при институте.

Поэтому трехкомнатная квартира Корицы, пусть и в Маленьком городе, показалась Маргарите настоящим волшебным царством. К тому же маленьким город, где жила бабушка, казался только в сравнении с городом Самым Большим. А так вполне себе ничего: имелся и свой аквапарк, и два пруда, и театр, в котором Корица работала костюмершей.

Бабушкина квартира была полна самых удивительных вещей. И Маргарита совсем не тосковала по крошечной каморке родителей, где ей был отведен уголок между компьютером и столом с микроскопом. Тем более что ни к тому, ни к другому ее не подпускали, приговаривая: «Это не игрушки, дочка, а рабочие инструменты». Когда же Маргарита начинала канючить, что «ребенку пора гулять», устало поправляли очки и отвечали — «диссертация».

Бабушка Корица таких скучных слов не произносила. И позволяла внучке заглядывать во все шифоньеры, секретеры и большой сундук с тяжелой крышкой. Разрешала примерять треуголку и три дамские шляпки — с вуалеткой, страусовым пером и деревянными вишенками. Играть с ридикюлями, шелковые внутренности которых пахли корицей и мятой. Да разве можно вот так сразу описать, сколько чудес скрывалось в укромных уголках этой квартиры?! Иногда бабушка и сама забывала, где и что у нее припрятано.

Например, однажды, едва не свалившись со стремянки, Маргарита забралась на антресоли. В свои девять лет росточка она была небольшого и телосложения самого хрупкого, а потолки в квартире Корицы отличались изрядной высотой. Так что некрупным третьеклассницам на антресолях смело можно было оборудовать себе Штаб. Сидеть в нём, правда, получалось только согнувшись — зато… Да что тут объяснять, особенно взрослым, которые мало того, что на антресолях уже лет сорок не были, но и давным-давно забыли, для чего это надо.

В общем, Штаб — так Штаб. Но сперва пришлось отвоевать себе место у старых ламп, пыльных связок журналов, виниловых пластинок и облупившихся, очень смешных коньков. Потом Маргарита принялась потрошить коробку, стоявшую в самом дальнем углу. Спустить ее по стремянке на пол не получалось — слишком тяжело. Пришлось на ощупь доставать одну вещь за другой и «конечно, очень аккуратно» (как потом было доложено Корице) отправлять в планирующем полете на пол: зеленую бархатную накидку с золотыми кисточками, черную вельветовую шляпу с белым запылившимся пером.

Еще на самом дне коробки лежала смешная сбруя из тоненьких ремешков, скрепленных пряжками и цветными камушками. Тут Маргарита не на шутку озадачилась, соображая — а какому животному она впору? Конечно, лошади бывают маленькими, но не до такой же степени. Может, кошке или ежу? Она даже хихикнула, представляя себе это зрелище — ежика в сбруе. Повертела ремешки, потрогала пряжки и совсем не заметила, как домой вернулась Корица. Поначалу бабушка даже нахмурилась. Но, задержав внимательный взгляд на испуганном личике Маргариты, — улыбнулась. Та, справедливо рассудив, что гроза миновала, голосом «очень воспитанной девочки» спросила:

— Из какого это спектакля, бабушка?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.