Заговоры волховской целительницы на поиск, привлечение и возвращение любимых

Сытина Наталья

Жанр: Эзотерика  Религия и эзотерика    2009 год   Автор: Сытина Наталья   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Заговоры волховской целительницы на поиск, привлечение и возвращение любимых ( Сытина Наталья)

Волховский кладезь

Здравствуйте, уважаемые читатели. Зовут меня Наталья Сытина. Живу в небольшом поселке под Новгородом на великой реке Волхове – той самой, которая в русских былинах упоминается. Может, помните, в былине о Садко появлялась прекрасная царевна Волхова – воплощение одной из красивейших русских рек? Вот именно в этих краях я и проживаю. О себе расскажу совсем немного, только то, что к делу относится. Жизнь у нашей семьи была всегда самая простая, обычная. И у меня тоже: отучилась я в школе, поступила в институт, решила выучиться на филолога, а там или в школу пойти преподавать, или еще какое-нибудь занятие по душе найти. Я всегда любила читать и мне хотелось, чтобы моя работа была связана с книгами.

Но вот однажды началась для меня совсем другая, новая жизнь. На третьем, что ли, курсе поехали мы большой группой на практику. Называется это фольклорная экспедиция. Когда на геолога учишься – ездишь разные камни изучать, странствуешь, ну а у гуманитариев принято отправлять студентов по деревням. Вот и мы отправились с девчатами, ездим по селам и деревням, собираем по крупицам народные песни, старинные сказки да прибаутки. Иной раз даже случайное словцо, по-местному сказанное, в тетрадку заносишь, потому что это подлинное сокровище. Интересно было, увлекательно, но только вот одно «но»: не только я, но и вся наша группа неизменно спотыкалась, когда доходило дело до заговоров. Да, с заговорами просто беда какая-то была.

Попросишь местных, особенно женщин, они тебе и сказки припомнят, и былички – истории разные про лешего и домового, и потешки, и колыбельные. Все охотно рассказывают, и споют, и даже спляшут, если очень попросить. А как до заговоров дойдет – ни в какую дело не движется. Мне еще в институте сказали, что заговоры собирать интереснее всего, потому что народные песни у деревенских давно уже перемешались с советской эстрадой, а вот заговоры – это подлинная старина в чистом виде, истинная магия. А я всегда была упорная, до всего хотела докопаться, и меня просто хлебом, как говорится, не корми – дай задачку посложнее. Другие девчата в группе песенку запишут, быличку запомнят – и довольны. Мне же, что называется, загорелось собрать именно заговоры – не ради пятерки, из интереса. Что-то чудилось манящее и сказочное в этой области, куда современному человеку ход вроде бы и закрыт. Словом, как мы пускались в расспросы, так я наших бабуль деревенских все к заговорам подводила.

Только заведешь речь о магии, о приворотах, о порче или сглазе, – а старушки, которые до того бойко песни пели, сразу как в рот воды набирают. Спрашиваешь: «Знаешь, бабушка, какие заговоры?» Она в ответ: «Знаю». Просишь – расскажи, а старушка в ответ: «А тебе зачем?» Я отвечаю, так и так, для науки. Бабушка отмахивается: «Ой, не помню, старая стала, все забыла». Или еще так бывало: начало заговора расскажут, а конец – нет. Говорят «нельзя дальше сказывать» или отпираются, что не помнят. Я, конечно, раззадорилась от таких препятствий и решила: я не я буду, но до правды докопаюсь. Кстати сказать, тех заговоров, у которых начало есть, а конца нет, я много в последнее время вижу и в книгах, и в Интернете.

И вот порешила я разобраться, почему старушки так упирались и беспамятными притворялись – что за сокровище такое эти заговоры, раз ими делиться с нами, городскими, ни в какую не желают. Особое удивление у меня вызывала непоколебимая вера пожилых людей в силу слова. Про молитвы тоже не понимала. Ведь во времена моей молодости – а это было давно – все мы поголовно вступали в комсомол, нас учили, что Бога нет, мир материален и так далее. А с другой стороны, зубрили же мы в школе стихи: «Словом можно убить, словом можно спасти, словом можно полки за собой повести»? Или там из Грибоедова, что «злые языки страшнее пистолета». Значит, все-таки слово какое-то воздействие имеет и не на пустом месте эта убежденность у деревенских.

Уже девчата из группы в обратный путь засобирались, а я все по деревне ходила, долго ходила, приставала к местным, пока наконец одна из женщин не пожалела меня. Отозвала в сторонку и говорит: так и так, сказки и песни собирай, а заговоры не тронь. Если слова какие знахарка и знает, она тебе их все равно полностью и без ошибок не скажет никогда, если не увидит в тебе особого света. Это не из жадности, а потому, что сведущие люди верят: заговор от того силу потеряет, если его разбазаривать, его можно передавать только тому, кто сам наделен силой словом исцелять. Вот думай что хочешь, а только слова эти, заговорные, они необычные. Если их просто так, без дела, трепать, попусту говорить, они либо вред принесут, либо не будут больше помогать. Вроде как выдохнутся. И если ты будешь говорить местным, что заговоры для книжки научной собираешь, тебе никто ничего не расскажет. Для старух это все равно что попусту разболтать, они науку не уважают. А вот если для дела просишь (болезнь там какую снять, приворожить кого), да увидят они в тебе что-то свое, то, может быть, и помогут. Дадут заговор или сами нашепчут, а ты услышишь. Только смотри, не записывай при них, наизусть запоминай, ты ж, наверно, зубрить привычная, вас там в институте вашем учат. Но совесть и понимание имей: помни, что все равно теми словами бросаться нельзя. Нельзя стариков обманывать. А напоследок она добавила: вряд ли у тебя что выйдет, потому что старики сами тебя должны выбрать, поэтому советую – не приставай или записывай только начало заговоров, так многие ваши делают – вроде как старинный дух есть, а больше нам не надо, все равно для дела их никто использовать не будет, в них не верят.

Я даже расстроилась поначалу. И обманывать старушек не хотела, и верить не верила, будто заговоры и впрямь силу имеют, и уж конечно, в себе никаких особых сил не чувствовала. Но амбиции были – как так, чтобы у меня да неудача. Я решила воспользоваться одним из советов и попросить заговор как бы для дела, всерьез – и обратилась к одной из бабушек за помощью. И вот, будто по заказу, случай подвернулся. Шла я через лужок некошеный в сумерках, не увидела веревку, которой была коза Манька привязана. Манька дурная была, испугалась, дернула в сторону, веревка обмоталась мне вокруг ноги, кожу и мясо содрала почти до кости. Кому несчастье, а я даже обрадовалась, хоть и больно было: вот, соображаю, пусть мне рану заговорят, а уж потом и к фельдшеру можно сбегать.

Пошла за помощью к знахарке. В деревне, сами понимаете, старух много, песни да прибаутки они почти все знают, но знахаркой слывет далеко не каждая. Была в той деревне бабушка Степанида, старенькая совсем. Много она заговоров знала, да только полностью ни один не сказала мне. Вот я к ней и похромала. По дороге, правда, меня сомнение взяло: а ну как рискованно это, все же нога до крови разодрана, а веревка грязная, вдруг столбняк схвачу? Но раз уж я решилась, то, думаю, дело до конца доведу.

И вот что удивительно: не поверите, только я к избе Степанидиной подошла, а бабушка уже и на пороге стоит. Как услышала. Хотя собаки у нее дворовой не было и никак старушка не могла услышать, что я иду, – она еще и на ухо была туговата. И это было только первое чудо. Показала я бабушке Степаниде ногу, пожаловалась. Она отвечает: «Помогу твоей беде, в дом ступай». Потом принесла с огорода лопух, колодезной водой мне рану омыла, на лопух паутины положила – целый комок, вроде как пряжа серенькая. Сижу, жду, что будет. Старушка на ту паутину пошептала-пошептала, да и приложила мне ее вместе с лопухом к ноге. Что она пошептала, я запомнила слово в слово, но вроде и слова-то простые все были, ничего такого особенного. «А лопух зачем? – спрашиваю. – И паутина вон… антисанитарная». Бабушка Степанида только усмехнулась да головой качнула. «Ты, – говорит, – поправиться хочешь или колченогой остаться?» И велела тот лопух косынкой к ноге примотать да носить до следующего утра. Вышла я от бабушки, а нога-то болеть уже и не болит так сильно. Ни к какому фельдшеру я не пошла, притомилась за день, уснула на сеновале как убитая. А наутро, как старушка велела, я лопух сняла вместе с паутиной и вижу: рана почти зажила, закрылась. Через три дня только царапина и осталась. Я в благодарность бабушке Степаниде свою кофту подарила – новую, теплую, шерстяную, которую взяла на случай холодов и купила как раз перед экспедицией.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.