Сверхновая американская фантастика, 1996 № 08-09

Каннингем Патриция Элизабет

Жанр: Научная фантастика  Фантастика  Газеты и журналы  Прочее    1996 год   Автор: Каннингем Патриция Элизабет   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сверхновая американская фантастика, 1996 № 08-09 ( Каннингем Патриция Элизабет)

Колонка редактора

Привет, пришельцы!

Среди главных ветвей древа фантастики продолжает стабильно зеленеть та, что несет на себе произведения об инопланетянах и жителях сопредельных с нами миров. Может, оттого значительная или — говоря языком социологии — репрезентативная часть этих представителей внеземного разума имеет зеленый цвет кожных покровов? Но и без шуток, «инакость», взгляд (или хотя бы попытка взглянуть) на земные события и ценности извне — неотъемлемая составляющая огромного большинства фантастических произведений. Поэтому вновь и вновь мы встречаем на страницах книг и на телеэкране тральфамадорцев и минбари, разведчиков и послов, исследователей и торговцев, а то и просто туристов из разных концов нашей необъятной Вселенной. Это когда-то певали: «Всю-то я Вселенную проехал…» Сейчас мало кто сомневается, что тут до полного охвата еще очень далеко. И темой номера «Сверхновой», лежащего перед Вами, стало посещение нашего уголка Вселенной разными пришельцами. А также создание коллективного бессознательного образа инопланетян.

Сегодня каждый ребенок имеет представление о том, какими могут быть пришельцы из космоса: складывается родовой образ существ, обладающих сверхъестественными силами, но способных откликнуться на добро, общаться с людьми на равных. Не одному поколению фантастов, однако, пришлось потрудиться, чтобы от «Войны миров» Герберта Уэллса прийти к «Миру-кольцу» Ларри Найвена и Ойкумене — Лиге миров Урсулы Ле Гуин.

Наиболее наглядный пример — телесериал «Вавилон-5». На обозримом участке пространства — космической станции — пытаются разрешить свои конфликты довольно демократическим путем послы некогда воевавших разумных рас. Здесь также заметно сращение темы инопланетного разума с мистической струей в фантастике, не столько ищущей ответов, сколько направленной на выработку умения задаваться правильными вопросами.

А где-то по дороге родился образ благорасположенных «галактян», дарящих нашей планете суперменов. Он питает массовое сознание и проникает даже в совсем неразвитый ум. Но, как ни парадоксально, высоконравственная наполненность даже стереотипного представления о «пришельце из космоса» заставляет самозванцев отступить, как это происходит с Зивом из рассказа Бониты Кейл «Прибежище Энни». Умственно отсталая, но «адаптированная» к жизни героиня рассказа, которой нравится быть «Растительницей», самозабвенно растит в себе будущего ребенка бездомного Зива, сказавшегося инопланетянином. Тема самоотверженности, взаимопомощи в связи с темой пришельцев высвечивается на удивление постоянно и стабильно. И у других авторов данного номера — Марка Бурна и Рональда Энтони Кросса — мы вновь возвращаемся к ней, хотя с большой долей сомнения можно говорить об однозначности этики пришельцев. Разочарование застрявших на годы на Земле завсегдатаев кафе Мэри не может оставить равнодушным никого, а вот отрешенность сияющих тили заставляет мучиться другую Марию, из рассказа «Путь, ведущий в Тили-таун», неразрешимым вопросом — стоит ли обретение непостижимых высот власти над материей и сознанием гибели и страданий иных, пусть и более примитивных мыслящих существ планеты? Еще одна инопланетянка, вынужденная приспособляться к земным формам жизни, ценой своей энергии спасает умирающего ребенка в рассказе «Ведьма Элвина» Джо Л. Хенсли, известного прежде всего своим участием в сборнике Харлана Эллисона «Опасные видения» в 60-е годы, закрепившем новую психологическую струю в НФ.

В рубрике «Десять световых лет спустя» еще один рассказ Роберта Янга (см. «Великан, пастушка и двадцать одна корова» в № 5–6 «Сверхновой» за 1996 год), где пришелец — наш, земной, но из некоего тревожного будущего, сопоставление с которым делает неотразимо притягательными обычные семейные отношения, привязанность родителей и детей. У Каннингем в рассказе «Удовлетворение гарантировано» действуют герои, свойственные жанру фэнтези — юная ведьма, единорог, рыцари, прекрасная леди — но в результате игры писательницы со стереотипами получилась вещица если не о пришельце, то уж во всяком случае о страннице по нашему миру, где для того, чтобы выжить, вовсе недостаточно обладать даром перевоплощения, необходимо также уметь воздействовать на коллективные образы в сознании людей.

С этого номера мы начинаем публикацию романа Рудольфо Анайи «Благослови меня, Ультима», которую надеемся завершить в N 12 за 1996. Героиня Анайи Ультима стала со времени появления романа в 1972 году именем нарицательным в американской литературе, надеемся, что роман не оставит равнодушным и российских читателей.

В рубрике «Translated into Russian» вас ждет рецензия Максима Борисова на недавно вышедшую трилогию Дэна Симмонса «Гиперион», «Падение Гипериона» и «Эндимион».

Лариса Михайлова

Проза

Марк Бурн

Поломка [1]

Марк Бурн работает в планетарии орегонского музея науки и промышленности. Он преподает астрономию, пишет для астрономических журналов и разрабатывает программы для музеев. Бурн создал программу «Звездный путь: „Наука Федерации“, — национальную передвижную интерактивную научную выставку, где свое место занял и журнал F&SF. При всем при том он выбрал время приехать в Сиэтл и пройти тренинг в Клэрионе — творческой мастерской писателей Запада.

«Поломка» — первая публикация Марка Бурна.

Старый-престарый негр, сидевший за отделенным невысокой перегородкой соседним столиком, поглощал свой суп страшно медленно. Ложку он держал всеми пальцами, — так ребенок хватает палку, зажимая ее в кулачок. Бун наблюдал, как ложка с точностью микротома скользила у самой поверхности коричневатой пленки супа. Затем плавно поднималась ко рту, как бы увлекая за собой руку. Лысая голова по-черепашьи выдвигалась вперед. Толстые, прорезанные глубокими морщинами губы вытягивались в трубочку, прикрывая желтые зубы. И громко всасывали суп из ложки. Далее весь цикл повторялся снова, за прошедшие полчаса их уже завершилось около десяти.

Взгляд старика оторвался от ложки и остановился на Буне. Белки глаз мутноваты, а зрачки — черны как космос и глубоки как время. Множество морщин тянулось от глаз старика и складывалось на его лице в древнюю карту усталости и ожидания.

Смущенный ответным вниманием, Бун быстро скрылся за потрепанной обложкой «Собаки Баскервилей». Но как и до того, слова там просто лежали на странице, в них было не больше значения и жизни, чем в пятнышках от мух. Слова увяли и умерли вместе со всем остальным. Вместе с с Эммой. Вместе с ним самим.

Он обвел взглядом придорожное кафе, которое в силу обстоятельств стало его пристанищем на эти прошедшие четыре часа. Обитые апельсиново-оранжевой искусственной кожей кабинки-отсеки были заняты ничем не примечательными посетителями. Пожилые пары и утомленного вида одинокие мужчины поглощали одинаковую похлебку. Мистер Кофе клокотал на поцарапанной хромированной стойке прилавка, и кусочки пирога вращались на подносе под стеклом. На часах с рекламой напитка «Доктор Пеппер» была половина восьмого. Голоса под сурдинку из радио с кухни перекрывались песней из музыкального автомата, какой-то гнусавой тягомотиной — ковбой страдал по потерянной милашке. Господи! Пнуть бы этот чертов ящик незаметно по пути в туалет.

— Пообедать не желаешь, милок? — спросила остановившаяся перед столиком женщина в не очень свежем переднике. На вид лет сорока пяти — пятидесяти. Седеющие волосы были, верно, некогда темно-каштановыми. Высокая, худая, боевитая особа. Приглядевшись, Бун решил, что она выглядит все же моложе своих лет — должно быть, ей около шестидесяти. Женщина стояла перед ним, стандартно улыбаясь, держа наготове ручку и маленький белый блокнотик. На голубом пластиковом прямоугольнике над кармашком значилось: Мэри Элис.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.