Виртуальная подружка

Алешина Светлана

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Виртуальная подружка (Алешина Светлана)

Глава 1

18:26:28 KISKA: Уважаемый OPER, я игнорирую ваши сообщения.

18:26:34 OPER: KISKA: Ну и дура!

18:26:41 OPER: Еще живые есть?

18:26:59 MISTER_X: MAN: У меня комп виснет, собака страшная. Пожалуй, я сегодня вне общения. Или перегрузиться попробовать?

18:27:02 SOBLAZNITELNAYA: BIG: Тебе сколько лет?

К нам приходит LISICHKA.

18:27:07 MAN: MISTER_X: Я тоже еле прорвался — сервер перегружен. А насчет перегрузиться думай сам, только быстрей. У меня сегодня лимит по времени.

18:27:11 BIG: SOBLAZNITELNAYA: Восемнадцать. А тебе?

18:27:14 MAX: LISICHKA: Привет! Ты как после вчерашнего? У меня до сих пор бодун.

MISTER_X нас покидает.

18:27:18 MAN: OPER: А ты опер по профессии или по состоянию души?

18:27:22 SOBLAZNITELNAYA: BIG: Шестнадцать. А у тебя фотка есть? Пришли, а я тебе свою пришлю.

К нам приходит MONTE-KLARA.

18:27:29 LISICHKA: MAX: А я нормально. Меня с утра пивом похмелили. Ну вы вчера и ужрались, парни! Я в восторге!

18:27:33 OPER: MAN: По профессии. Только к милиции я никакого отношения не имею. А ты что за фрукт?

18:27:40 BIG: SOBLAZNITELNAYA: Может, лучше встретимся? У меня есть чем тебя удивить!

18:27:45 MAN: OPER: Ты опер, вот и иди оперы писать!

18:27:48 MAX: LISICHKA: Ха! Это разве ужрались?! Так — легкая разминка.

18:27:52 OPER: Я не понял, на этом треклятом чате хоть кто-то говорит о сексе, или это «Обо всем на свете»? Ы-ы-ы!

MAN нас покидает.

18:27:56 SOBLAZNITELNAYA: BIG: Что, прямо так сразу и встретимся? А чем заниматься будем?

18:28:01 OPER: Скукоти-и-ища! В картишки, что ли, с кем перекинуться?!

18:28:13 MONTE-KLARA: ЛИЧНО OPER: Можно и в картишки. Ты как насчет покера?

18:28:21 OPER: ЛИЧНО MONTE-KLARA: Легко! Не вопрос вообще! А какое это имеет отношение к сексу?

18:28:36 MONTE-KLARA: ЛИЧНО OPER: Ты откуда такой озабоченный?

18:28:43 OPER: ЛИЧНО MONTE-KLARA: Город Тарасов.

18:28:51 MONTE-KLARA: ЛИЧНО OPER: О'k! Земляки, значит. Может, в следующий раз на пару в казино прогуляемся? Пришли свой электронный адрес. Как соберусь, отпишусь.

— Ох! Тоска серо-буро-малиновая! Одни дебилы малолетние! — жалобно потянул носом Павел и рьяно защелкал мышкой.

— Павлик, кончай служебный трафик транжирить. Кошелев из тебя коврик подмышечный сделает. — Я встала из-за стола, без особого энтузиазма разминая ноги, и с ленивым любопытством заглянула ему через плечо, читая всю эту галиматью.

С тех пор, как на моем компьютере появился Интернет, Павел, и раньше большую часть времени проводивший в моем кабинете, просто перестал из него выходить. Я имею в виду из кабинета. Хотя и из Интернета тоже. Мало того, что мерзавец оккупировал самое удобное кресло, так теперь он его — и ведь не поленился, что удивительно! — подтащил к столу и часами просиживал, самозабвенно пялясь на монитор.

— Ничего! С Кошеля не убудет, а законопослушные трудяги после отбывания добровольной восьмичасовой трудовой повинности имеют полное право оправиться и покурить.

— Сударь! Да есть ли у вас стыд? — возмутилась я. — О какой такой повинности смеете вы заикаться, когда мы уже целую неделю курим бамбук!

В последнее время дела не ладились. Не то чтобы моя передача, пардон, наша передача «Женское счастье», будь она неладна, теряла рейтинг, просто давно не удавалось сработать ни одного порядочного сюжета. Тут я с Пашкой полностью согласна — тоска… Сюжеты эти были интересны разве что сытым домохозяйкам, трясущимся над своими благоверными и не знающим, на что еще потратить приносимые ими деньги, да заслуженным ровесницам Мафусаила — гордостью города. Евгений Иванович Кошелев, родное наше начальство, дай ему бог долгих лет жизни, ангельского терпения и частых приступов альтруистической любви к своим нерадивым подчиненным, ходит хмурый, словно туча над границей, цедит сквозь зубы «всех уволю» и с досады шлепает по стенам телецентра полусонных осенних мух свернутым в трубочку рекламным проспектом. Лера, помощница режиссера и моя ассистентка, носится по всему Тарасову, как колибри с подпаленным хвостом, в поисках достойной героини, даже про свое раздельное питание пополам с сыроедением забыла. Галина Сергеевна, наш славный режиссер, съедает по пол-облатки валерьянки за раз и говорит, что во всем виноваты арабские террористы, переманившие всех девочек — наших потенциальных губернских телезвездочек — для своих гаремов. И вот в то время, когда вся наша команда из кожи вон лезет, пытаясь придумать хоть что-то путное, этот трутень, эта раковая опухоль на изможденном теле трудового пролетария в дешевом чате по бабам шоркается!

— Стыд есть, но мало — приходится экономить, — без зазрения совести переходя в чат «Знакомства», прогундел Павлик. — А что до ваших гнусных инсинуаций на предмет бамбука, то вы, может быть, его и курите, а я в поте лица, не покладая рук своих, думы тяжкие думаю. Во как!

— Совсем обнаглел! — от праведного негодования я даже спонтанно распрощалась с состоянием ленивой расслабленности, коей выражался мой персональный абстинентный синдром после чрезмерного злоупотребления адреналином, а он у меня в последнее время зашкаливал на нервной почве. — Это ты-то, целыми днями за моим, между прочим, компьютером штаны протирая, с позволения сказать, думаешь?!

— Не надо делать поспешных выводов, — покачал головой Павел, ни дать ни взять Аристипп [1] , усердно корпящий над разработкой основных положений гедонизма. — Бывает же «человек на пепельнице», который на первый взгляд ничего не делает, курит себе в коридорчике, а на самом деле всякие пользительные для внешне активной, но в сущности бестолковой общественности идеи генерирует. Может быть, я тут вам персонажиху подыскиваю?

— Тоже мне «охотник за умами», главный консультант по подбору персонала на «Секс»-чате. Смотри не вспотей!

— Чем вам чат не нравится? Я же не виноват, что на нем больше всего народа тусуется. — А почему у тебя ник такой дурацкий, продуманный ты наш?

— Чего это дурацкий-то? — обиделся Павел.

— А чего остроумного в том, чтобы на «Секс»-чат под ником OPER лезть? Еще удивляешься, что с тобой никто общаться не хочет. С таким погонялом только на чате «Моя милиция меня стережет» хорошо.

— Ничего-то вы не понимаете. — Павел досадливо почесал свою бороду. — Я же оператор? Оператор. А сокращенно получается «опер».

— Атама-а-аны, вы мои-и, растама-а-аны-ы-ы, — раздался у меня за спиной до невозможности фальшивый голос.

Обернувшись на источник раздражения, я увидела голову Валеры Гурьева, репортера «Криминальной хроники», выглядывающую из-за двери. Неудачная попытка музицирования, очевидно, принадлежала именно ей, в смысле голове, поскольку других звуковоспроизводящих объектов в обозримом пространстве не наблюдалось.

— Чего это вы тут делаете спустя полчаса опосля конца рабочего дня? — спросила голова, подтягивая за собой субтильное, верткое тулово. — ГТРКарственный переворот замышляете? Дайте поучаствовать.

— Не-а, — ответила я. — Паша себе виртуальную подружку подыскивает.

— Совсем обленился, — прокомментировал Гурьев, занес-таки себя в кабинет и уселся на краешек моего стола. — А я еще его к себе взять хотел.

— Сказал, не буду «Женского счастья» разрушать, значит, не буду. Я человек слова, — не отрываясь от монитора, отрезал Павел, который в свое время решительно отказался от предложения Гурьева перейти к нему в криминалку, за что Павлику нашему глубокое мерси, поскольку оператор он просто от бога.

— Лучше бы ты был человеком дела, — сердито проворчала я. Таланты, знаете ли, талантами, а баловать этого лентяя тоже не стоит, а то он, чего доброго, заставит меня за ним камеру носить.

— Женское счастье — муж в командировке, хомячок и дети у свекро-овки, — пропел Валера, отчего мой слух, избалованный ариями Неморино и Радамеса в исполнении Хосе Каррераса — ну люблю я классику, а от эстрады нашей любого нормального человека с души воротит, и нечего обвинять меня в снобизме! — едва не спровоцировал организм на антигуманный поступок в отношении этого постсредневекового миннезингера.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.