Лопата

Чинарева Тамара Федоровна

Жанр: Детская проза  Детские    1988 год   Автор: Чинарева Тамара Федоровна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Лопата ( Чинарева Тамара Федоровна)

Весной в гости к Сереге Ветрову приехал дедушка. Специально посмотреть новую квартиру. Дедушка ходил по квартире, и все ему нравилось. Он садился в мягкие кресла, тихонечко подпрыгивал, прикрывал от удовольствия глаза и творил: «Мягко… Как на перине…»

Дедушка включал люстру и зажмуривал глаза, глядя, как ярко горят четыре лампочки в хрустальном абажуре.

Серега и родители ходили следом, переглядывались и пересмеивались. Такой старый дедушка, вся голова белая, а как маленький. Вон кран с водой холодной открыл, потом с горячей. Ладонь намочил. В сопровождении Сергея пожелал вынести в мусоропровод ведро. Совсем пустое ведро. В нем только яичная скорлупа да смятая коробка из-под сахара-рафинада. Дед высыпал мусор и прислушался, как летит, шурша, с пятого этажа по мусоропроводу коробка.

— Чудеса! — качал головой дед.

Серега понимал деда. Ведь всю жизнь жил дед в деревянном доме. Топил печку дровами, носил воду из колонки на коромысле, жег мусор в железной бочке, а золу рассыпал по огороду. Вот и удивляется он городской квартире, как удивлялся бы Серега, попав на борт космического корабля.

Когда дед завершил осмотр, сели обедать. Ели картошку с солеными грибами и бочковые огурцы. Дедушкины гостинцы.

— Да, хорошо пожить в таком доме… — сказал дед. — Только совсем облениться можно. Вода из крана течет, плита сама греется. Гвозди для занавесок, и то строители прибили. Женщине стирка-уборка, а мужику — совсем пропасть… А, Пашк?.. У тебя скоро брюхо через ремень висеть будет. Станут звать пузаном!

— Не станут… — засмеялся отец. — Я по утрам бегаю!

После обеда дед в окошко глядел. Расстроился, что по улице проехало сразу три «скорых помощи». Сказал, что без свежего воздуха и работы народ ослаб. Болеет. Похвалил девочку, которая возле подъезда голубей пшеном кормит. Помолчал, а потом говорит:

— Двор-то какой пустой… Взгляд остановить не на чем…

— Так дом-то новый совсем… — успокоил его отец. — Переселились только. Вес наладится. Детскую площадку построят, турник. Домоуправление деревья посадит…

— Ой, Пашка… — сморщился дед. — Ой, стыдно тебя слушать! Будто ты не на Агафоновке вырос, а в господском дому. Ты ж таким не был. Помнишь, мальчонкой-то в сарае строгал, и грядка своя у тебя была в огороде. И козлят пас, когда еще в школе не учился… А теперь… ждешь, когда чужой дяденька придет и у тебя под окошком дерево посадит!

Сереге смешно было наблюдать, как дед его отца, главного инженера большого завода, ругал, как маленького, и называл Пашкой. Отцу неприятно было, что дед так разговаривает с ним при Сереге. Он встал со стула и начал из угла в угол ходить. Он всегда так ходил, если нервничал.

— Это тебе, папа, не Агафоновка! — сердито сказал он деду. — Тут дерево нельзя сажать, где хочется. Архитектор двор спланировал. Где песочница, где столбы для бельевых веревок, где газоны — все на бумаге нанесено…

— Ну, Пашка, ты и жук… — оборвал его дед и пошел в прихожую.

Возмущаясь, кряхтя и качая головой, дед натягивал ботинки.

— Папа, ну что вы обиделись на такую мелочь? — испугалась Серегина мать.

— Я обиделся? — поднял брови дед. — Я и не думал обижаться. Просто у нас с Сергеем дела…

Сергей сунул ноги в кеды и через секунду стоял рядом с дедом. Ему нравилось, что у них с дедом бывают секреты. Никто сейчас не сможет догадаться, куда они идут. Мать с отцом, отодвинув занавеску на кухонном окне, будут смотреть вслед и теряться в догадках. И ни за что не догадаются, что дед с внуком пошли на рынок покупать саженцы.

Дед вошел в трамвай, как на агафоновскую улицу. Поздоровался, начал со всеми заговаривать, будто видел не впервые, а знал сто лет. С каким-то малышом, который плакал на весь вагон, начал играть в «козу рогатую». Сереге даже неудобно за деда стало. Все едут сами по себе, молчат, книжки читают, в окна смотрят, а дед смеется и разговаривает. Они проехали всего четыре остановки, а какой-то дядька в соломенной шляпе уже успел пригласить деда в гости с ночевкой. Чтобы встать на заре и сходить на рыбалку. У этого дядьки свой дом за рекой. Дед записал его адрес на пачке папирос и простился, как с родным.

Вторник — день не базарный. На рынке не было столпотворения, но торговля потихоньку шла.

Забыв про саженцы, дед застрял у ворот возле тетки, которая держала на руках толстого рыжего щенка. Дед брал щенка за каждую лапу, как будто здоровался. Он заглядывал ему в пасть и приговаривал:

— Ой, пес… Ой, друг… Сильный пес будет. Нёбо черное, злой…

— Купите… — с надеждой предложила тетка. — Акбаром звать, и прошу недорого три рубля!

— Я бы такого за пятерку взял… Да у меня дома две. Взял бы и третью до кучи, если бы не самолетом лететь…

Дед с большим сожалением расстался с рыжим щенком и пошел дальше. Мимо рядов с первой редиской в конец рынка, к саженцам. Он хотел купить черемуху.

— Черемушка, Серега, самое лучшее дерево… Душу греет. Сколько про нее песен написано…

Но саженцы продавал только один мужик. Смородиновые кусты, завернутые в мешок. Мужик был одет в старый военный плащ и кирзовые сапоги. Грязь на сапогах высохла и потрескалась. Видно, вез смородину он издалека, а никто покупать ее не торопился. Мужик устал. Повернувшись спиной к своему товару, он лузгал семечки из бумажного кулька. И смородина устала. Новенькие листочки поникли, съежились, будто задумали спрятаться обратно в почки.

— Твои? — кивнул на кусты дед.

— Мои… — лениво ответил мужик.

— А чего торгуешь квело? Надо подхваливать…

— Кому надо, тот и так возьмет…

— Какой ты сердитый, это надо же… Я к тебе с открытой душой, а ты губы сковородником…

Мужик присел на корточки и стал рассказывать деду про свое горе. Как у него лучший кролик заболел. Белый великан Тишка. Мужик рассказывал, какой это умный кролик, какие у него красные глаза и породистая морда. А теперь вот второй день ничего не ест и живот у него жесткий.

— А чем ты его кормил? — спросил дед.

— Да хозяйка сухарей принесла от соседей.

— А тебя сухарями накормить, у тебя какой живот будет? Эх, садова голова… Кролик — животное нежное. Ему надо молочай да вику… А ты его на сухарях…

И дед рассказал мужику, как надо вылечить кролика. Как сделать массаж и какое дать лекарство.

Потом они вспомнили войну. Дедушка фронт, а мужик работу в колхозе. И дед опять записал адрес на пачке папирос. А нового знакомого к себе в гости пригласил. В поселок Агафоновку, на Волгу.

— Дед, а чего это ты со всеми знакомишься? — спросил Серега, когда они шли домой и дед тащил на спине мешок с саженцами. — Ты же их первый раз видишь и не увидишь больше никогда… Думаешь, он к тебе в гости поедет…

— Глупый ты еще у меня, Серега… — засмеялся дед. — Мы же все люди, а значит, все родня…

Дед шумно вошел в прихожую, торжественно внес мешок, пристроил его под вешалкой и объявил Серегиным родителям голосом довольным:

— Ну вот… Посадим во дворе кусты, и будет совсем другое дело…

— Зачем вы тратились? — робко сказала Серегина мать.

— Я тратился? — удивился дед. — Ни копейки не заплатил. Эту смородину мне Петр Иваныч дал…

— Какой Петр Иваныч? — не понял отец.

— Очень простой… — дед достал пачку папирос. — С улицы Беговой.

— У тебя тут разве друг живет?

— Теперь живет. Мы с ним на базаре познакомились. Несите лопату и ведро воды. Надо смородину посадить, а то она заморилась….

— У нас нет лопаты… — пожал плечами отец.

Перехватив гневный взгляд деда, мать предложила:

— Может, совок для муки подойдет? Он железный…

— Эх, Пашка… Садова твоя голова… — печально пропел дед. — Мужик ты или кто? У тебя мальчишка растет, а в хозяйстве такой нужной вещи нету… Стыд-то какой, лопату просить по людям…

Дед послал Серегу к соседям. Но лопаты не оказалось ни в одной квартире на площадке. Дед прямо расстроился. Он сел на табуретку, закурил и, повесив низко седую голову, вздыхал:

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.