Маленький король Декабрь

Хаке Аксель

Жанр: Детская проза  Детские    2012 год   Автор: Хаке Аксель   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Маленький король Декабрь (Хаке Аксель)

Посвящается Урсуле

Приходит ко мне с некоторых пор маленький и толстенький король, Декабрь Второй. Маленький! — не больше моего мизинца, а уж толстый такой, что крохотную королевскую мантию из алого бархата, отороченную пышным белым горностаем, никак не удаётся ему на животе запахнуть. Декабрь Второй любит мармеладных медвежат. Обхватит медвежонка обеими руками и ест. Да и это королю трудно, медвежонка он едва поднимает: сам-то маленький, росточком, пожалуй, как два таких вот мишки. А как ест? Откусит, полный рот набьёт и жуёт долго-долго. Жуёт и между делом просит меня каждый раз об одном и том же:

— Расскажи-ка мне что-нибудь о своей стране.

В самый первый раз я вот что ему рассказал:

— Люди у нас рождаются на свет маленькими, потом они растут и вырастают большие, бывает, даже очень-очень большие, как баскетболисты. Живут, живут, потом, под конец, опять становятся чуточку поменьше ростом. Тут приходит смерть. И нет тебя.

— Не вижу в этом никакого смысла, — сказал на это король Декабрь и принялся за мармеладную мишкину лапу. — Почему бы вам не появляться на свет большими? Потом делались бы всё меньше и меньше, а под конец и вовсе исчезали. Становились бы совсем крошечными — такими, что и не увидать, вот и исчезали бы.

— Мне кажется, наша государственная служба похоронных услуг этого не допустила бы, — сказал я.

— А вот у нас всё в точности так, как я говорю. Мой отец, король Декабрь Первый, в один прекрасный день стал таким малюсеньким, что слуга его не нашёл в кровати: приходит утром, смотрит — а короля-то и нет. В тот день меня короновали, и я стал королём.

— Погоди! Разве можно родиться на свет большим? — недоумевал я. — Ведь до того, как кто-то рождается, он сидит в животе у мамы, а мама не может быть меньше, чем её малыш!

— В животе? — удивился Декабрь. — Хо-хо-хо! Да ну! Я вот проснулся однажды утром в своей кровати, встал да и пошёл себе на службу в Офис Юных Принцев, очень даже просто. В животе сидеть? Глупости! Проснулся — и вперёд, за дело!

— Да откуда же ты в кровати-то взялся?

— Сейчас, минуточку… — королёк замялся. — Кажется… Э-э… Король с королевой… Да как же это? Как всё это у них вышло? Забыл! Я ведь уже такой маленький. Понимаешь? Запамятовал, да-а… Помню только, что это было что-то очень хорошее. — Он тихонько рассмеялся и опять принялся за мармеладного медвежонка.

Я решил растолковать получше:

— У нас, когда ребёнок рождается на свет, он ещё ничего не знает.

И поначалу только и делает, что учится: есть учится, ходить, потом учится читать и писать. Даже нос ему другие люди вытирают. Ещё он играет в игру «Приятель, не сердись!» и приучается ни на кого не злиться. И всегда рядом с ним чьи-нибудь руки, большие руки, — они направляют ребёнка туда, куда надо идти, и голову ему поворачивают в нужную сторону или приподнимают за подбородок…

Король громко икнул и вдруг затрясся от смеха. Пока я что-то там объяснял, он успел отъесть медвежонку голову.

Но вот он посмотрел на меня и спросил, не переставая жевать:

— А потом что?

— Потом растёшь, становишься большим.

— Это больно?

— Хм… Растёшь ведь постепенно, очень постепенно, — сказал я. — Хотя нет, некоторые дети, бывает, за одну ночь вырастают на целых два сантиметра. Или вот, знаешь? Прижмёшься ухом к локтю или коленке и слышишь — что-то там тихонечко поскрипывает.

— Ну, у нас тоже что-то вроде этого, только наоборот всё происходит, — сказал Декабрь. — А сам очень редко замечаешь, что стал меньше. Вот как я недавно это заметил. Вечером сам поставил свою чайную чашечку на столик, а утром гляжу — надо на стул забираться, иначе не достать её со стола. Скажи-ка, по-твоему, это хорошо — расти, расти и вырасти большим?

— Никогда в жизни не слыхал, что бывает по-другому.

— Зато теперь услыхал.

— Расскажи ещё что-нибудь, — попросил я. — Вот вы, когда рождаетесь на свет, что вы уже можете, что умеете? И чему учитесь со временем?

— Да почти всё можем, — сказал маленький толстенький королёк. — Проснёшься, лежишь себе, потом встаёшь. А что умеем… Писать умеем, таблицу умножения знаем, компьютерные программы писать умеем, ходить на работу, обедать в офисе офисной едой. Ничего сложного. А со временем понемногу разучиваешься и забываешь всё это. Чем меньше мы делаемся, тем больше забываем. Вдруг видишь, кто-то разучился обедать в офисе офисной едой, ну, значит, ему и на работу уже не надо ходить — нечем там заниматься. Можно сидеть дома и забывать всё подряд. Забываешь — значит, в голове место освобождается, пустота в голове. А там, глядишь, уже и обед должен тебе кто-то другой готовить. Поел — и, пожалуйста, можно отправиться в гости к друзьям. Или в сад пойдёшь, будешь смотреть на тени и воображать, что это не тени, а привидения. А то ещё придумывать имена облакам на небе. Или ссориться со своим плюшевым мишкой, или…

— Да, если только большие не запретят тебе всем этим заниматься! — не выдержал я.

— А большим у нас положено помалкивать, — сказал Декабрь Второй. — Чем ты меньше, тем больше решений ты принимаешь сам, потому что… потому что у тебя жизненный опыт богаче, вот почему! Хе-хе… А большие обязаны отвечать на любые твои вопросы: зачем домам углы? Почему на грани игрального кубика не бывает больше шести крапинок? Почему идёт дождь? Ответят — и ладно, сразу можно забыть ответ. А так как всем заправляют маленькие, а не большие, то у нас и эскалаторы с низенькими ступеньками, и сиденья на горшках малюсенькие, чтобы не провалиться. Большим, пока они большие, приходится со всем этим мириться, а куда они денутся?

Король вдруг встал и горделиво вскинул голову, потом положил недоеденного медвежонка на пол и стал запахивать на животе свою маленькую алую мантию. Но ничего не получилось — он же такой толстопузый! Вздохнул и опять сел.

— Так, значит, у вас, — я сунул ему в руки недоеденного медвежонка, — у вас детство не в начале, а в конце жизни?

— А ты пораскинь мозгами! Разве плохо? У нас впереди что-то хорошее, радостное…

Сказав это, он долго-долго смотрел на меня и молчал. Наконец заговорил снова:

— Знаешь, что я думаю?

— Не знаю.

— Я думаю, неправда это — что вы становитесь большими. Я думаю, это только так кажется.

— С чего ты взял?

— Я думаю, вы тоже начинаете жизнь как самые настоящие большие люди. Если всё у вас так, как ты тут мне рассказываешь… По-моему, вот как оно у вас. Поначалу у каждого из вас великое множество разных возможностей, но каждый день какие-то возможности исчезают. Пока вы маленькие, у вас фантазия ого-го какая большущая, а знания очень даже скромные. Мало знаний — потому вы и фантазируете. Например, о том, откуда в лампочке берётся свет и откуда в телевизоре картинки. Или воображаете, как живут в лесу под землёй гномы, воображаете, что можно видеть и чувствовать, если, например, стоять у великана на ладони… А потом вырастаете вы большими, и те, кто уже совсем-совсем большие, объясняют вам, как устроена лампочка да как работает телевизор. Узнаёте вы и о том, что никаких гномов и великанов на самом деле не бывает. Фантазий всё меньше, знаний всё больше. Разве это правильно?

— Точно, — прошептал я. И чуть слышно возразил: — Но ведь это совсем неплохо — расти, учиться, узнавать мир и…

— Вы становитесь старше, — сказал королёк. — В начале жизни каждый из вас мечтает стать пожарным или медсестрой, или кем-то совсем другим, и в один прекрасный день вы и вправду становитесь пожарным или медсестрой. Но, выходит, кем-то совсем другим вам уже не стать — потому что тем временем убежало время. Но это ведь означает, что в жизни чего-то убавилось, а?

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.