Хроника «Персифаля»: Пришествие

Подымаев Дмитрий Александрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Хроника «Персифаля»: Пришествие (Подымаев Дмитрий)

0. Предисловие

В этом году в городе Глазго, что находится на территории старой Британии, весна выдалась не самая лучшая. Да и как этот период можно было назвать весной, если учесть тот факт, что по календарю на улице стоял месяц апрель, а на обочинах тротуаров все еще лежали серые снежные сугробы? Благо, они уже начинали таять, разливаясь маленькими ручейками и лужами на тротуарах дорог. По асфальту сновали десятки людей, каждый из которых торопился по своим делам: кто-то опаздывал на работу, кто-то вел полусонных детишек в школу или в детский сад, кто-то со всех ног бежал к остановке, от которой уже отходил, а точнее, отлетал аэроавтобус — огромная белая машина на антигравитационной подушке, формой корпуса напоминающая четырехугольную призму. С каждой минутой Глазго оживал. Проспекты и улицы наполнялись светом витрин магазинов, звуками клаксонов и ревом двигателей аэромашин, на огромных скоростях носящихся по аэротрассам в нескольких метрах над уровнем земли, а также звуками голосов граждан, общающихся друг с другом на самые различные темы — от обсуждения уровня своей зарплаты до результатов вчерашнего спортивного матча. Город потихоньку просыпался.

Из потока машин в воздухе вырвалась неуклюжая громада аэроавтобуса, которая медленно направилась к стальному каркасу остановки, что находилась на земле. Машина, управляемая виртуальным интеллектом, или сокращенно ВИ, затормозила, выровняла свой полет, и, зависнув напротив остановки в воздухе, распахнула створчатые двери.

— Транспорт прибыл на Площадь Единства, — сообщил приятный женский голос виртуального интеллекта машины, тем самым приглашая пассажиров сойти на землю.

Из нескольких десятков пассажиров аэроавтобуса на данной остановке сошел только один мужчина средних лет в черной куртке и кепке, из-под которой были видны черные волосы, в рядах которых местами виднелись редкие белые волоски. Этого мужчину звали Хоэнхаймом Джарвисом. Мужчина-терран ступил на землю, и быстро растворился в толпе обыкновенных людей, движущихся по улице. Почему обыкновенных? Потому что сам господин Хоэнхайм был далеко необыкновенным человеком. Дело в том, что под его черной курткой был одет белый китель генерала ВКС Земли, в котором Джарвис никогда не появлялся в общественных местах. Ну не любил этот человек излишнего внимания к своей персоне, не любил, когда на него смотрели как на какое-то божество и тыкали пальцами, едва завидев его фигуру. Другой вояка был бы только рад подобной реакции гражданских по отношению к себе, но только не Джарвис. Кстати, будет не лишним сказать, что благодаря этой особенности своего характера господина Хоэнхайма глубоко уважали как совсем «зеленая» солдатня, так и верхушка армии, включая главнокомандующего ВКС Земли Михаила Волкова, прочащего генералу блестящую военную карьеру, и, возможно, становление главой армии в будущем.

Джарвис вырвался из людского потока и пошел в сторону центра площади, в котором был установлен памятник Единства, и пускай две исполинские статуи были видны еще из окна аэроавтобуса, генералу хотелось увидеть их поближе. Подойдя к ним почти вплотную, Джарвис стал их внимательно рассматривать: каменная фигура террана, облаченная в боевую броню восьмилетней давности и на гранитном лице которой играла улыбка, пожимала трехпалую руку арктоса, представителя внеземной цивилизации, лицом и строением тела чем-то отдаленно напоминающего помесь собаки и ящерицы; голову пришельца венчали пять тонких загнутых назад рогов, один из которых рос на макушке, два других торчали из висков и еще два из затылка.

Рука стареющего генерала скользнула в карман куртки и спустя пару секунд извлекла оттуда маленький медальон в виде щита, внутри которого была фотография женщины лет тридцати пяти с темными волосами и глазами орехового цвета. Джарвис легко улыбнулся, глядя на маленькую фотографию. Будь сейчас рядом с ним Алана, его жена, умершая пять лет назад, то она ни за какие коврижки не ушла бы от этого памятника и разглядывала каменные изваяния воинов до позднего вечера. Уж очень любила его покойная супруга статуи, которыми был заставлен весь их дом, и картины, занимающие все свободное пространство на стенах их семейного гнездышка, и эта самая странная любовь к искусству появилась и у Джарвиса, но немного другая. Своим любимым жанром стареющий генерал, в отличии от своей жены, обожавшей пейзажи, избрал батальный жанр, посему в его хендкоме — миниатюрном компьютере, закрепленном на его руке и одевающемся подобно наручи — пестрели картинки с изображениями боевых сцен. Подержав медальон в руке еще пару минут, Джарвис убрал его обратно в карман.

Что-то необычное привлекло внимание Хоэнхайма, и, оторвав взгляд светло-голубых глаз от двух исполинских изваяний человека и арктоса, он взглянул на предмет своего интереса — это были двое арктосов, мужчина и женщина. Джарвис решил понаблюдать за ними: мужчина-арктос, сильно смахивающий на своего каменного собрата за исключением количества рогов (их у него было только три), нежно обнимал за талию женщину, имевшую плавные черты тела и лица, нежели ее кавалер — оба неотрывно смотрели на статуи.

Внезапно Хоэнхайм заметил, как по щеке женщины-арктоса покатилась слеза, а ее плечи мелко задрожали.

— Что с тобой? — спросил ее супруг.

— Восемь лет, Арфеус, — женщина вытерла слезинку изящной трехпалой ручкой, — моего отца нет уже восемь лет… А все из-за ошибки Консулата. — Она снова всхлипнула, и Арфеус прижал ее к себе, стараясь успокоить супругу.

Хоэнхайм отследил направление взгляда женщины — она смотрела на небольшую табличку, установленную напротив статуй. Надпись, выполненная на ней позолотой, гласила: «Посвящается солдатам Терранской Федерации и легионерам Арктосской Милитократии, погибшим в годы Первой Космической Войны».

— Война, начавшаяся с ничего, — произнесла женщина, поднимая взгляд с таблички на каменную фигуру собрата.

Джарвис, стоявший сзади и слышавший ее слова, печально вздохнул. Секунду спустя в его памяти начали всплывать образы восьмилетней давности.

Террано-арктосская, или просто Первая Космическая, началась с основания «Теневыми клинками», преступным синдикатом людей, своей базы в системе Менкент в созвездии Кентавра в 2341 году. Спустя пару месяцев на радарах «Клинков» появились сигнатуры неопознанных кораблей. Посчитав, что силы Совета вычислили их, флот синдиката открыл огонь по неопознанным кораблям, которыми оказалась разведывательная флотилия арктосов. В результате битвы флот «Клинков» был уничтожен, а база разрушена. Через неделю флотилия ВКС, узнавшая о месте нахождения базы синдиката, прибыла в Менкент и тоже была атакована неизвестными кораблями. Понеся большие потери, человеческая флотилия отступила. После этой самой битвы арктосы, посчитавшие людей потенциальной угрозой для себя, начали массовое продвижение своих войск на территорию Совета, в основном атакуя только военизированные планеты, не обращая внимания на планеты-колонии. Военные флотилии Совета всеми возможными силами старались остановить продвижение вражеских кораблей вглубь своего сектора, но флоты арктосов, большую часть которых составляли крейсеры класса «Центурион», с легкостью сминали строи человеческих кораблей и продвигались дальше. Не прошло и пяти месяцев как флотилии Милитократии достигли окраин Солнечной системы, где завязалась самая жестокая битва, участие в которой принял и Джарвис, в то время командующий фрегатом «Король Артур». Тогда его фрегат был в составе флотилии «Алых Рыцарей», которой командовал старый друг Джарвиса Гордон Персифаль со своего дредноута «Сокрушитель». Во время атаки арктосского крейсера «Король Артур» был сильно поврежден выстрелом вражеского корабля, в результате чего стал представлять легкую мишень для истребителей противника. Гордон, не желающий видеть гибель друга, прикрыл фрегат корпусом дредноута и продолжал руководить войсками своей флотилии до тех пор, пока ультра-рельсотроны арктосских крейсеров не пробили броню корабля Гордона в области реактора, после чего дредноут прекратил свое существование, исчезнув в пламени взрыва. И именно в этот момент случилось то, что изменило ход всей битвы. Как только корабли арктосов достигли орбиты Марса, гиперпространство разорвалось десятками вспышек, на местах которых стали появляться корабли, кардинально отличающиеся формами корпусов и вооружением от кораблей Милитократии. К удивлению сражающихся друг с другом людей и арктосов, новые корабли стали закрывать собой корабли Совета и всячески препятствовать ведению огня по ним. Когда стрельба полностью прекратилась, по голографической связи с людьми и арктосами связались представители еще двух разумных рас, входящих в состав так называемых Единых Рас — сайлокианцы и плойтарийцы, приказавшие войскам Милитократии немедленно капитулировать с территорий человеческого сектора. Испугавшись битвы сразу с тремя флотами, арктосы немедленно побросали свои позиции в человеческом секторе и вернулись в свою часть изученного космоса. Спустя месяц люди подписали мирный договор со своими бывшими врагами и под покровительством сайлокианцев вошли в состав Единых Рас. Арктосы, признавшие свою неправоту и неправильность начатой ими войны, предоставили терранам часть своих разработок, в числе которых были чертежи кораблей и оружия, а также формула создания тетрасплава — сверхпрочного сплава, в основном применяемого для создания корабельной брони, но немного позже тетрасплав стали применять и в других отраслях. Так и закончилась «война, начавшаяся с ничего».

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.